Дмитрий Малиновский – Бессмертные (страница 30)

— Что, с… у… к-ка… а-а-ах… — выдохнул я. — Прости, Рэйден, я не хотел так выражаться при тебе. Что это было?

— Тот самый короткий, но очень пронизывающий холодок. Мы его назвали «Мёртвый ветерок». О, сейчас вторая волна пойдёт.

Я смог выдержать четыре таких волны, после чего телепортировался на землю.

Рэйден поддержал меня.

— Для первого раза ты очень много впитал в себя «ужаса», Кадзицу. Согласись, что было страшновато? Я в том плане, что не будь у тебя импульсов, ты бы сразу подумал, что сейчас умрёшь, а так отделался только страхом. Но и страх создан искусственным путём, можно сказать, поэтому на понижение твоих вибраций не повлиял. Ты доверяешь тому, что я сказал?

— Д-да, — неуверенно ответил я.

На самом деле я думал и о словах Рэйдена, и о том, насколько необычные вещи придумываются, чтобы получить хоть какой-то контроль над импульсами.

Что же, в целом я одобряю такой выбор, но будет не так просто наладить дружеские отношения с «Мёртвым ветерком».

— Я дал тебе начальные знания, а дальше всё зависит от тебя самого, Кадзицу. Прежде чем я оставлю тебя наедине с твоими мыслями, не хочешь ли ты мне что-то сказать?

— Ты про что?

— Ты знаешь, о чём я, но сейчас забыл, потому что увлёкся тем, что для тебя стало важнее… чему я рад, признаюсь.

Я действительно не понимал, о чём Рэйден хотел, чтобы я его спросил.

— Когда Юкио упомянул название лаборатории, что-то в тебе изменилось, Кадзицу…

— А, точно!

Я поведал предводителю Бессмертных всё, что думал насчёт Ризруида, исходя уже из тех данных, которые получил.

— Вот поэтому я и считаю, что он какой-то необычный репт, — завершил я.

— Ты ему не хочешь доверять, но в прошлой нашей беседе ты говорил то же самое, Кадзицу. Видимо, в прошлый раз ты пообщался с Ризруидом и тебе стало ясно, что он не предатель. Теперь ты снова усомнился в его преданности, когда сложил два плюс два, взяв Ёри Сато, Призирагдара и те знания, которые получил за всё время нахождения на «японских землях». В следующий раз ты ещё что-то обнаружишь, что даст тебе новый повод усомниться в его верности. Я не говорю, что он на сто процентов чист, но поверь моему опыту: за пятьсот лет я не раз усомнился в преданности своих воинов, но они не подвели меня ни разу. Знаешь, почему?

— Почему?

— Потому что мёртвый не может предать.

Ответ меня не только озадачил, но и напугал.

— Ты всех убил?

— Нет, Кадзицу. Но я взял катану, крепко сжал её обеими руками и представил, как отсекаю голову тому, к кому у меня нет полного доверия. Я ни разу не почувствовал лёгкости, когда представлял это. Естественно, я ни разу не отсёк голову тому, в ком усомнился. Я не могу навязывать тебе такой метод, но если ты прислушаешься к нему, то катана сама подскажет, стоит ли тебе отрубать Ризруиду голову. Моя катана сказала, что не стоит. Но это твой друг, поэтому послушай свою катану.

Я проглотил слюну. Мысленно я прокрутил этот момент без катаны, но уже почувствовал, что не смогу отрубить Ризруиду голову, чего мне хватило на первом этапе не думать о предательстве со стороны ящера.

— Фух!.. Давай замнём эту тему. Я, если честно, не знаю, зачем я всё это рассказываю тебе, но твои советы действительно помогают… не всегда они приятны на слух, но помогают постоянно. — Я сделал глубокий вдох… выдох… — Хотел спросить ещё одно, а потом тебя отпущу…

— Спрашивай, — снова улыбнулся Рэйден. Ну явный наркоман, который «замедитировался» на своих сакурах и деревьях-гигантах.

— Твоя молния… я тоже чем-то таким могу обладать?

— Если бы ты знал, чего ты хочешь, чем бы ты хотел обладать, то при встрече с теми инопланетными цивилизациями, которые подарили нам бессмертие, можно было бы дать этому начало, некий зародыш, который ты бы развивал в себе. — Рэйден положил руки на мои плечи. — Кадзицу, чем бы ты хотел повелевать?

— Временем, — сразу же ответил я, даже не думая о том, нужно ли мне именно это. В этот же момент ко мне пришла то́лика адекватности, и я добавил: — Вообще, я не знаю. Мне нужно подумать над этим вопросом. В следующий раз скажу, хорошо?

— Вот когда ты сможешь дать ответ так же быстро, как со словом «время», тогда ты будешь готов развить это, а пока что практикуй то, что пригодится тебе сейчас — восстановление импульсов и их «экономия» при использовании. — И Рэйден оставил меня одного под снежным гигантом.

— Что ж, Дима, на сегодня с «Мёртвым ветерком» ты закончил, а вот с моментом «здесь и сейчас» можно продолжить, но только на нашем любимом месте, — сказал я сам себе.

Обновление 79

Уже через час я сидел на вершине знакомого мне гиганта. Именно здесь я чувствовал огромный прилив сил и вдохновения.

Так всегда бывает, когда первый раз приходишь куда-то, но понимаешь, что ты лох в этом. Проходит день, два, неделя, и ты чувствуешь себя профессионалом в этой сфере… даже задаёшься вопросом: «Как я мог считать э́то чем-то сложным и непонятным?» Вот и для меня первый гигант у озера стал тем местом, где я мог расслабиться, помедитировать, выйти на связь со своим космическим другом.

В этот раз мне удалось уже к полудню настроиться на нужную волну. Не скажу, что именно сейчас я был готов к какой-то долгой беседе, но получить жизненный совет от Рэйдена, а потом и от Аша — весьма приятно.

— Аш, я чувствую по вибрациям, что ты где-то рядом. Мне хотелось бы получить твой совет: стоит ли жить как в последний раз, чтобы не заморачиваться по поводу ящера и его возможного предательства, да и вообще стоит ли заморачиваться по любым вопросам, которые терзают меня?

Ещё несколько минут спокойствия…

БЕЛЫЙ СВЕТ!

— Здравствуй, Дима! Рад, что ты снова со мной. Я услышал твой вопрос, но прежде хочу кое-что процитировать из твоей недавней речи в Миядзаки: «Не напрягайте мозг. Расслабьтесь, потому что я уже́ расслаблен и говорю: «Это охренительно круто — быть расслабленным, не думая о завтрашнем дне»» Честно, меня эти слова рассмешили. Уверен, ты говорил их под влиянием Тёмных.

— Это почему?

— Ты очень прямо воспринимаешь мои слова. Когда я говорю, что мысли необходимо подавить, чтобы они не доминировали над чувствами, то это не означает, что их нужно вовсе убрать. Нет, их необходимо гармонизировать. Однако Рэйден дал тебе подсказку, а ты её вовремя принял и теперь знаком с тем, что я тебе говорю. Это здорово. Я вижу, как ты растёшь, и, признаюсь, очень рад этому.

— А что тогда плохого в том, чтобы не думать о завтрашнем дне?

— То, на каких вибрациях ты это говорил, совсем по-другому отзывается как в тебе, так и в людях, которые тебя слушают. Есть очень тонкая грань между: «не думать о завтрашнем дне, а жить в моменте «здесь и сейчас»» и «не думать о завтрашнем дне, а жить так, будто сегодня последний день». Именно второе ты заложил в свои слова, когда сказал: «Это охренительно круто — быть расслабленным, не думая о завтрашнем дне» Я же предпочёл бы первый вариант, нежели второй.

— Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь.

— Нет, не понимаешь. Я читаю твои мысли, поэтому могу вообще не слушать тебя, но мне приятно, когда ты говоришь, хоть мы и общаемся телепатически, даже там я мог бы монотонно отвечать на вопросы, которые ты бы мне даже телепатически не успевал бы задавать. Однако прелесть общения заключается в том, что два божьих создания делятся своими мыслями и чувствами через слова, несмотря на то что общаются телепатически.

— Ну ты закрутил.

— Бывает. Но, возвращаясь к твоему непониманию, скажу: репты не имеют настолько прекрасной души, как у человека, поэтому они смертны, что бы там ни говорил Ризруид, который верит, что он и после смерти будет жить. Понимаю, у тебя сейчас по этому поводу возникнут сотни вопросов, но постарайся послушать меня, а вопросы забудь, чтобы они не отвлекали от понимания того, что я пытаюсь до тебя донести, хорошо?

— Хорошо, — посмеялся я, потому что Аш настолько всё правильно описал, что это не могло не вызвать у меня улыбку до ушей.

— Так как репты и другие низковибрационные существа смертны (их душа смертна), они и придумали такое выражение: «живи так, словно это твой последний день». Для них это верно сказано, но не для человека с его божественной душой. Однако многие люди придерживаются такой позиции, из-за чего, когда переходят в другие миры, сожалеют, что жили не так, как хотела их Душа, а она точно не хотела жить так, как навязали ей репты. Конечно, если Душа молодая, то ей для опыта, может, и стоит разок-другой испытать такие «извращения», но в большинстве своём люди это не раз проходили, поэтому в Высших мирах сожалеют о том, что снова поддались на уловки Низших.

— Если честно, то в Миядзаки мне показалось, что…

— Говорил не ты, — завершил Аш. — Да, я с этим согласен. Энергетика больших городов очень пагубно влияет на сознание людей, особенно городов, которые «перестроены» рептами, и Миядзаки не исключение. В таких городах очень тяжело держать себя в руках, потому что энергии в этих городах настолько страшные, что, если не ставить на себя защиту, можно быстро окутать свои тонкие тела ужасными «друзьями» из нижнего астрала.

— Это тоже какие-то твари, у которых свои уровни, как и у рептов, как и у момента «здесь и сейчас»?

— Что-то похожее, Дима. Каждый имеет свою структуру, свои уровни. Но название «нижний астрал», я думаю, говорит само за себя. Я сейчас не буду углубляться в эту «ветку», а отвечу на те вопросы, которые волнуют тебя гораздо больше. Я вижу в твоей голове большое количество нужных вопросов, но с твоей манерой задавания тех самых вопросов, я не уверен, что ты сможешь выбрать правильный. Однако всё волшебство заключается в том, что в конечном счёте мы придём к тому самому выводу, который ты бы получил, если бы задал именно правильный вопрос.