Дмитрий Макаров – Игра (страница 3)

Судя по всему, вертолёт больше поблизости не зависал. Остальные участники должны быть далеко от меня. В радиусе километра-полутора друг от друга.

Обследованный ящик находился метрах в семидесяти западнее. Я пошёл на север.

Прошёл метров пятьдесят и снова очутился в непроглядной тайге. Ошейник ещё даже не начал бить меня током, когда я заметил справа, едва виднеющийся среди хвойника, синий парашют.

Я сразу побежал туда.

Передвигаться по лесу быстро было проблематично, но меня ничто не останавливало. Я несся, раскидывая руками ветви перед лицом. Паутина, возможно вместе с пауками, прилипала к ладоням. Валежник трещал под ногами. Тонкие упругие ветви молодых берёз и осин хлестали по щекам. Один раз досталось прямо в открытый глаз — мозг не успел сообразить, что его нужно закрыть.

Но я долетел до синего парашюта и увидел под ним заветный металлический ящик.

Открыл его, надеясь увидеть внутри палатку, спальник или набор инструментов. И почти угадал. Там была одноручная пила с большой синей ручкой. Как и в прошлом ящике там лежали, тушёнка и сгущёнка, а также журнал с голыми девками и гроздь бананов, килограмма полтора весом.

Пила — отличная вещь. С ней можно построить укрытие. Развести костёр. Защититься, в крайнем случае. А вот зачем мне тут такой журнал?

Убрав всё в рюкзак, я достал батарейку и отсканировал код. Среди пустых ячеек появился второй знак. Двадцать восьмая ячейка, цифра 2.

Я закрыл ящик и выпрямился. Лес вокруг был тихим. И вдруг совсем рядом что-то мелькнуло.

Моё сердце подскочило к горлу. Я замер.

Кто-то резко прошмыгнул от одной ели к другой, а потом убежал дальше.

Я присел, спрятавшись за ствол дерева, и прислушался. Моё дыхание было слишком громким. Я зажал рот ладонью, заставляя себя дышать носом.

Затянувшуюся тишину нарушил шорох травы, а потом и треск веток.

Существо появилось из-за куста. Крупный заяц чёрно-белого окраса. Он не ожидал увидеть меня, так же, как и я его. Косой замер на мгновение, а потом рванул в лес.

Я выдохнул и опустился на землю. Руки дрожали.

«Успокойся, — сказал я себе. — Успокойся, чёрт возьми. Это был всего лишь заяц».

Но я знал, что в следующий раз это может быть другой участник. Человек с КПК в руке и желанием забрать мои цифры.

Я поднялся, закинул рюкзак на плечи и двинулся дальше к северной границе. Нужно было найти другие ящики, укрытие. Нужно было подготовиться. Потому что Игра только началась. И я должен был выжить.

4

Прошло всего два часа игры, и я уже нашёл целых два ящика. При таких темпах участники скоро обнаружат все тридцать контейнеров, и тогда нам придётся добиваться успеха единственным доступным способом — убивая друг друга ради найденных цифр.

Металлический ошейник оказалось невозможно сломать. Я нащупал петли с одной стороны и замок с другой. Вскрывать ошейник не стал — есть вероятность, что он запрограммирован выдавать смертельный ток при попытке снять его. Зато я нащупал отверстие с внешней стороны, похожее на замочную скважину.

Да и какой был смысл его снимать? Идти всё равно некуда. Я примерно представлял, откуда прилетел вертолёт, но не мог быть уверен в правильности этого направления. А раз уж решил играть, то нужно следовать правилам. По-другому спастись и разбогатеть не получится.

Я пошёл по заранее запланированному маршруту — вдоль северной границы к северо-восточному углу. Сначала пришлось подниматься в гору. Подъём длился метров шестьсот-семьсот. Не сказать, что он дался тяжело, всё-таки я хоть и бывший, но спортсмен. Я готовился к испытаниям, похожим на те, что были в первом сезоне, хотя уже по отборочным можно было догадаться, что второй сезон будет кардинально отличаться от первого.

Месяц назад я и ещё три претендента собрались возле новенькой станции метро в нашем городе. Оттуда нас забрал на машине огромный мужчина в медицинской маске, который катал нас по всему городу не менее часа, проверяя, нет ли за нами слежки. Потом мы заехали в один из старых дворов в центре моего района, где стоял грузовик. Внутри была рамка с металлодетектором, как в аэропорту — по правилам нельзя было брать с собой ни телефонов, ни даже кредитных карт. Мы прошли рамку и поехали в лес на окраине района.

Нас заставили на скорость искать предметы, раскиданные на площади не меньше ста гектаров. Возле каждого дерева или камня мы находили шкатулки или записки. Проходил отбор тот, кто первым находил десять вещей. Так организаторы проверяли, насколько мы умеем ориентироваться в лесу, искать нужное и какова наша физическая подготовка. Закончились отборочные испытания, когда на улице стало уже темно. К несчастью, я оказался шустрее всех в тот день.

Почему я сразу не догадался, что во втором сезоне игра будет изменена до неузнаваемости? На отборах нам обещали, что второй сезон будет намного интереснее, вот только интереснее он оказался для зрителей, а не для участников.

Я снова схватился обеими руками за ошейник. Ну не нравилось мне, что он надет на меня, и так дышать было тяжело, а под конец подъёма я совсем запыхался. Но вскоре рельеф изогнулся, и я начал спускаться.

Шёл я не так быстро, как хотелось бы. Лес был очень густым, приходилось часто останавливаться, осматриваться по сторонам, искать синий парашют, а ещё я сверялся с картой в КПК, чтобы не сбиться с пути и идти ровно вдоль северной границы метрах в сорока от неё. На спуске мне пришла идея ходить зигзагом: метров сорок проходить на юго-восток, а потом то же расстояние на северо-восток. Так я охватывал больше территории, но скорость моего передвижения сильно замедлилась.

В КПК не было часов, и по собственным ощущениям и солнцу, изредка показывающемуся через просветы в облаках и кронах деревьев, я понимал, что уже давно началась вторая половина дня.

Когда я дошёл до северо-восточного угла, лес стал редким, а небо очистилось от облаков. Я увидел, как передо мной ложились на землю длинные тени росших позади деревьев. Постояв минут пять на одном месте и оглядевшись по сторонам, я понял, что этот угол границы находился в самой низине. Вокруг меня рельеф поднимался вверх, здесь росло много высокой крапивы и даже смородина. Погода сегодня была сухая и, скорее всего, такой она была уже довольно долго, потому что даже в низине было сухо. Судя по разошедшимся облакам, ночью дождя не ожидалось, поэтому остановиться здесь на ночлег была неплохая идея.

Вокруг я не заметил ни синего парашюта, ни других участников игры, не учуял запаха костра. Если поблизости и остановился один из моих противников, он тоже ведёт себя скрытно и не хочет конфликтовать в первый день игры.

Я начал отламывать пышные ветки елей и таскать их на выбранное место ночлега — небольшой участок между двух поваленных берёз, где не росла крапива и поблизости не было других деревьев, которые могли бы также упасть. Сооружая себе кровать, я обдумывал правила и в какой-то момент пришёл к выводу, что в первые дни участникам совсем не резонно убивать друг друга. Искать ящики оказалось не так просто, как я представлял себе утром, когда нашёл их сразу два. А вшестером найти тридцать ящиков можно гораздо быстрее. Но вот потом начнётся мясорубка.

Если честно, мне и сейчас было страшно ложиться спать. И не потому, что я боялся, что ночью меня сожрёт медведь или стая волков — здесь это тоже являлось большой опасностью, но больше всего я боялся людей, моих соперников. Вдруг кто-то из них следил за мной, пока я шёл. Светящийся ярко-красным ошейник хорошо видно в вечернем лесу. Возможно, сейчас соперник спрятался где-то неподалёку и ждёт, когда я усну, чтобы пробить мне голову и забрать мои вещи и цифры кода. Где-то я слышал, что на спящих в лесу людей нападают под утро, перед рассветом, когда сон самый крепкий.

Мысли не давали мне покоя весь вечер и почти всю ночь.

Я тщательно подготовил себе уютное ложе. Нарезав множество еловых веток, я уложил их плотным слоем на площади метр на два. Высота импровизированной кровати составила полметра, а вокруг я разбросал ещё охапки веток. Они, конечно, кололись, но зато придавали ложу мягкость и наполняли воздух приятным ароматом хвои.

Расположившись на своём сооружении, я накинул на ошейник перчатки, чтобы яркий цвет не выдавал меня и не бил в глаза, и достал из набора банку говяжьей тушёнки. К счастью, она была с ключом, потому что без открывашки или ножа открыть её было бы проблематично. Рядом с собой я положил пилу — моё единственное оружие — и КПК, предварительно сменив на нём батарейку. К этому моменту солнце уже опустилось за горизонт.

Начались вечерние сумерки. В лесу стало тихо, словно в библиотеке. Лишь редкие уханья совы да скрипы елей с соснами нарушали эту тишину. Становилось холодно. Пластиковой вилкой, лежавшей в наборе, я смолотил всю банку тушёнки, потом достал плитку тёмного шоколада и бутылку виски.

Вскрыв её, я почувствовал запах крепкого напитка, и казалось, он стал согревать меня ещё даже до того, как я начал его пить.

Где-то неподалёку скрипнула ветка.

Кто-то идёт сюда? Или этот звук из-за ветра? Я напряг зрение, вглядываясь в сумеречный лес, но нигде никого не было видно. Больше ничего не скрипело, но я почувствовал, как по спине пробежал холодок — то ли от того, что еловые ветки сильно кололись, то ли от холода, который стремительно опускался на лес и с особым рвением проникал в низину, где я обосновался.