Дмитрий Лим – Реинкарнация: Последний из рода Тьмы (страница 4)
Сами по себе они тупые как пробки, мои издевательские шутки они не понимают. И стоит только представить, что ждет их семью, если они придут к власти, как в голову лезет всякая дрянь, а кулаки сжимаются от злости.
Прибил бы собственными руками.
***
Мы отошли всего на километр от деревни и оказались в лесной чаще. Уселись на привычной полянке, расстелили плед, взятый из моего походного рюкзачка. Дед о чем-то задумался и начал свои приготовления.
Спустя двадцать минут дедушка вывел меня из транса после окуривания:
– Лин, что чувствуешь? Искра пробежала? Что-то в душе отозвалось?
– А-а-а-а, – зевнул я. – В душе только одно – надо пожрать да рюмашку бахнуть!
– Ну что ты за человек-то… – огорченно пробормотал дед, дробя травы в банке, возле которой я сидел по-турецки. – Откуда ты слов таких странных-то понабрался?
– Дедуль, ну чего обижаться-то? Я же не виноват, что я такой.
– Лана так же говорит, и мама твоя. Но все остальные…
– Да плевал я на всех остальных. Ну зачем мне магия? Тварей убивать? Лечить кого-то? Уничтожать?
– Магия не только сеет мрак и свет, Лин, она дает знания.
– Знаю, знаю, – отмахнулся я, вставая с травы. – Я и клинком могу знания сеять. Вон вспомни змею с залива. Отрубить ей голову, вырезать сердце, продать и – хренак! – хлопнул я в ладоши. – Мы купим себе новый дом в центральном городе, где мне по статусу городского дворянина полагается иметь доступ в библиотеку.
– Твои слова, да эльфам в уши, – отмахнулся дедушка. – Лин, помоги встать.
Я с некоторой горечью посмотрел на то, как старик девяносто семи лет, с длиннющей седой бородой, в причудливой бежевой шапке, попытался подняться, и схватил его за локоть.
– Дед, мази бы тебе. Сам понимаешь, возраст… Восстанавливать бы тебе тело…
– Ой, не надо мне ваши мази и зелья, – притворно сплюнул он. – Я полон сил!
– Ага, вижу…
***
Сеанс окуривания ничего не дал. Магии во мне не появилось, время потрачено зря. По логике событий, дальше я должен был закопать бычье сердце в землю, развеять пепел певчей птицы над закопанным органом и вставить туда же тотем. Но дед лишь отмахнулся и показал в сторону дома.
– А чего? Деда?
– Лин, пошли домой. Я что-то устал сегодня.
Я покорно кивнул, подхватил дедушку под локоть, и мы двинулись к дому.
По факту до дома было рукой подать, и обычно любая дорога давалась мне достаточно быстро, ибо я прекрасно понимал, с какой скоростью двигаюсь, где какие ямы и так далее. Привычка или фотографическая память – не знаю. Но сейчас половина пути длилась вечность.
По дороге встречались жители деревни, которые с уважением и каким-то почтением кланялись дедушке, а на меня смотрели с грустью в глазах. Даже встретились те самые рыжие извращенцы, которые попытались в своей тупой манере пошутить, что, мол, я подружку под локоть веду.
– Эй, Лин. Че, девку старую себе нашел? – сказали они одновременно, мерзко ухмыляясь.
Но я весьма ловко парировал, оставив их в долгом раздумье.
– Да я, как вы, – за старое не берусь.
– А? Че?
– М-да, тупорылые вы ребятки… Если б ваш отец не чпокнул ишака, мир был бы лучше…
Кто такой ишак, они не знали, но на их тупые рожи смотреть было одно удовольствие.
Вишенкой на торте в конце трудового дня была мама, которая суетилась на кухне, готовясь к завтрашнему дню.
Завтра я и Лана станем совершеннолетними, и начнется у родителей новая головная боль – женить меня, чего я чертовски не хочу, ну и выдать замуж Лану.
Глава 3
Я стоял в центре какого-то города, на который начала опускаться ночь. Причудливые здания разных форм и размеров при свете луны отбрасывали тени на каменную брусчатку, по которой шлепали чьи-то босые ноги.
«Как же много здесь беспризорных…» – подумал я, глядя, как толпа детишек, которые стырили корзину яблок, убегает от продавца, заметившего пропажу.
Торговые лавки закрывались, людей на площади становилось все меньше. Приятный холодок ласкал мое лицо.
Странное чувство силы в груди разливалось теплом по всему телу, завершая свои импульсы в руках. Это чувство дарило покой. Я был жив, я был настоящим – мне нравилось это ощущение. Оно такое… Непривычное. Будто бы я могу свернуть горы и мне хватит на маленькую тележку славы и почета.
– Сражайся, мертвая дрянь, покажи мне, чего ты стоишь! – взревел мужчина двухметрового роста в блестящих серебряных доспехах, что стоял в двух десятках шагов от меня. Его крик заставил меня остановиться. – Я вырву твои зубки и повешу себе на шею, как талисман от тебе подобных!
«Это он мне?»
Но нет. Существо, к которому обращался благородный, материализовалось возле меня, зыркнуло на рыцаря, покрутило пальцем у виска и просто пошло в другую сторону.
– Женщина?
Меня бросило в пот. Ведь я не почувствовал никого рядом. Как она так незаметно появилась? Она маг? Я тоже так хочу!
Мои глаза сверлили ее спину и упругие бедра, обтянутые кожаными штанами.
– А ничего такая…
Мое мнение мужчина в доспехах явно не разделял. Дальше он начал нести полную чушь с вкраплениями проклятий и большой порцией оскорблений, что явно было слишком.
Она обернулась.
Худая женщина среднего роста, с мраморно белой кожей, в долю секунды вонзила свои зазубренные кинжалы в подшлемник рыцаря в серебряных доспехах.
Сдернула с его башки шлем и вгрызлась в глотку.
А дальше – тьма. Тьма, которая вырвалась из ее глаз, как только она закончила грызть.
Потом все было как во сне.
Крики, суета, ее полный ненависти взгляд, обращенный ко мне.
– Что ты такое? – прошипела она. И все оборвалось.
Это видение было вспышкой в чудесном сне, где я силой мысли уничтожаю каменные валуны, познав магию после очередного трюка дедули.
Видение было настолько странным, что ничего, кроме ее красных глаз, я не вспомнил после пробуждения.
***
– Лин, вставай! Лин! – раздался приторно писклявый голос моей сестры. Она явно испытывала мое терпение. – Лентяй! Просыпайся!
Я открыл глаза.
Остаток сна как ветром сдуло, если не считать оставшихся в памяти глаз того существа.
Первое, что я увидел, кроме серого потолка, это голубые глаза Ланы, которые всматривались в мой лоб так, будто на нем выскочил огромный прыщ.
– Ты че?
– Я? Ниче! Ты праздничный завтрак проспишь!
– А сколько уже?
– Солнце встало, братец, какая разница, сколько времени? – как-то странно ответила сестренка.
– Лана, брысь. Дай одеться.