Дмитрий Лим – Реинкарнация: Последний из рода Тьмы (страница 10)

Но я ведь отчетливо помню комнату Ланы. Что за херня?

Был еще один не маловажный нюанс, свет луны, который освещал всю комнату через окно, тускнел в месте, где должна была быть дверь. Да, ее не было.

Я не боюсь замкнутых пространств, особенно понимая, что за спиной есть выход – окно, но паника и ужас, который начал сковывать меня – заставил мою кровь в жилах – застыть. Неприятный холодок по спине, закончился резким шумом в ушах, от которого я закричал и упал на пол, стараясь принять как можно более компактную позу, чтобы только было легче.

Ультразвук был таким же, как и на болоте, только нонсенс – добавилось шипение где-то около меня.

Мне было страшно, по-настоящему, страшно. Я боялся, что сошел с ума.

Я отчетливо помню сестру, все наши походы, , все эти праздники, да боже, мы мою новую жизнь вместе провели.

–– С… сука…

Страх того, что я не понимал, что со мной происходит, наводил на неприятные мысли. О том самом, за что отправляют в ад.

–– Ш-ш-ш-ш, – раздалось шипение над головой, заглушая ультразвук.

Я никак не отреагировал.

–– Ш-ш-ш-ш-Л-и-н.

–– Что? – удивился я, услышав свое имя, открыв глаза, машинально закрывая их от ужаса.

Надо мной что-то было. Мерзкое, темное, пахнущее сырым подвалом.

Ни с чем несравнимый запах. И перебить его – крайне тяжело.

–– Ш-ш-Лин. – повторилось шипение, но более четко упоминающее мое имя.

Я молчал, гадая про себя, открыть глаза или нет. Что могло быть хуже? Точнее, а что мне остается делать? Закричать как девка? Не вариант. Махнуть перед собой кулаком? Так и руку могут откусить. А тут со мной вроде пытаются заговорить.

Бред крепчал, но я здраво мыслил, и все панические идеи – отступили на задний план.

Единственное правильное решение, которое пришло в мою головушку – игнорировать.

Этот «сладостный момент» я оттягивал долго, на столько долго, пока шипение не превратилось в членораздельную речь.

–– Лин?

–– Да? – ответил я, резко распахнув глаза.

«И? Дымок? А че так воняет?»

–– Почему ты не откликаешься? Мы зовем тебя, долго зовем, а ты уходишь от нас…

–– Так. Стоп. Кто мы? И когда это вы меня звали?

–– Время. Миры. Отражения. – членораздельно ответило оно, – Мы давно рядом, мы давно зовем. Но ты уходишь. Каждый раз – ты уходишь. Это твое последнее перерождение. Ты хочешь поглощения?

–– Какого поглощения? – я резко сел, и уставился в дымок, – Я ни черта не понимаю, и все, что ты только что сказал или вы сказали – полный бред. Где Лина? Что с ее комнатой? Что ты такое?

–– Время…

–– Не, не катит. Это ты вылез из груди того парнишки? – ошарашенно спросил я, вспоминая события той самой ночи.

–– Да.

–– Зачем? Что ты такое?

–– Я – всё.

–– О, Иисус, так это ты? – с издевкой переспросил я, – Что значит все? Ты пространство? Время? Галактика? Что там еще у нас есть…

–– Абсолютная тьма. Мрак. Противовес света, противовес жизни. Я-то, без чего не будет весов мироздания.

–– Банально, – зевнул я, принимая событие – за очередной сон, или возможный глюк, я ведь уже сошел с ума?

Комната сестры – пропала, вместо нее логово готических подростков, так что, скорее всего – я сплю.

– Эй, тьма, мрак и прочая чепуха, долго меня так штырить будет?

–– Отсутствие веры – наказание для создателей. Как только будешь готов принять дар, вспомни обо мне.

–– Хочу домой! – радостно ответил я, думая, что моя кукуха играет в «веселые» игры.

–– Невозможно.

–– Это еще почему?

–– Время, Лин. Время… Помни, о ней.

Прозвучал хлопок, после которого дым, звон, шипение – исчезло. Просто и безоговорочно. А последующий удар в грудь – вышиб из меня весь дух.

***

Подобные удары повторялись дважды. И оба раза в тот момент, когда я пытался выйти из комнаты Ланы.

Родители нашли меня на следующее утро, когда Виталина, не смогла достучаться в мою комнату, дабы поднять на завтрак, который, как все думали, я проспал.

Дед открыл амбарный замок, и когда они вошли в комнату, то увидели меня, полностью обнаженного в саже, замерзшего и опухшего. Откуда взялась сажа – никто не смог объяснить. И что самое забавное, комната ланы – была пустой. Пустая комнаты, голые стены, и ничего. Ни знаков, ни свечей, ни прочей ереси.

Началась моя трехдневная пытка, участие в которой принимали деревенские шаманы и лекари. Они ничего не могли поделать с моим состоянием. Их амулеты, идолы, камни и прочие артефакты – волшебным образом – пустели, как будто в них и не было маны.

Я все время – спал. Спал, ел, даже в туалет не ходил, и кстати, не хотелось ни капельки.

Мерз, как проклятый.

Отец уже было подумал набрать долгов у местных, чтобы свозить меня к городскому лекарю, но все прошло само собой на третью ночь.

За время «отсутствия» меня в жизни семьи, мне не снилось ничего. Я просто закрывал глаза, находился в полной пустоте, так скажем, и открывал глаза через пару часов, с состоянием выспавшегося. Но силы так же быстро покидали меня.

В этот раз, все изменилось.

Я открыл глаза от неприятного жжения в области сердца. Притянул руку к точке, где были неприятные ощущения и слегка сжал.

Свечение, которое начало появляться на моих пальцах, окончательно развеяло остатки сонливости.

Ногти… Мои ногти светились тусклым светом… Это было, своеобразно.

Как только я протянул руки перед собой – свет пропал, а жжение в груди появилось.

Я встал с кровати, натянул на себя пододеяльник и побрел к зеркалу, которое висело около выхода из комнаты.

–– Темно… – подытожил свои рассуждения и вернулся к прикроватной тумбе, дабы зажечь свечу.

Ничего в собственном отражении не увидел, пока жжение не повторилось.

Скинув с головы пододеяльник, я замер, рассматривая пульсирующее сияние. Ровно в том месте, где биологически у человека находится сердце.

Точка «света» была небольшой, но, когда я начал снова касаться ее, началось настоящее световое шоу.

Коснувшись пальцем «сердца», сияние прошлось по всему телу. Только светился не весь, а вены. А когда коснулся, чисто на автомате другим пальцем, голубоватое свечение отразилось в глазах.

Закономерность – пришла быстро. И меня это – восхищало.

Сияние пропало ровно тогда, когда пропали и силы.

Мое бренное тело с глухим грохотом рухнуло на пол.