Дмитрий Лим – Одиночка. Том I (страница 4)
Добравшись до леса, смог немного передохнуть. Через четверть часа выбрался на региональную дорогу. Выдохнул. Сверился с системой, отметив про себя, что с начала задания прошло всего полтора часа.
Теперь нужно добраться до Волхова, а там уже — сесть на поезд до Великого Новгорода. Автобусная остановка виднелась неподалеку. Пришлось немного подождать. Наконец, дождавшись нужного автобуса, я запрыгнул в него, стараясь занять место у окна, чтобы наблюдать за дорогой.
Теперь дело за малым. Купить билет до Новгорода и сделать это так, чтобы меня не смогли отследить. Приехать в новый дом, а там заниматься своим развитием. Всё же прошлых сил из моего мира у меня нет. И чтобы получить хотя бы часть, нужно как можно быстрее попасть в разломы.
А потом… я узнаю, что случилось в моём мире. И я найду способ вернуться домой.
Савелий Громов рвал и метал. Его кабинет, обычно безупречно чистый, сейчас напоминал поле боя: бумаги разбросаны, монитор компьютера с треснувшим экраном валялся на полу, а в воздухе витал запах жжёной сигары, которую он раздавил в пепельнице.
— Как вы его не нашли? — рычал Савелий, расхаживая из угла в угол. — Как он мог исчезнуть прямо перед вашим носом?
В кабинете стояли двое мужчин в строгих костюмах. Их лица были непроницаемы, как у кремлёвских солдат.
— Савелий Андреевич, он же охотник… — сказал один из них. — Мальчишка явно не пальцем делан, знает, как выживать.
— Охотник? Да этот мерзавец только-только получил удостоверение! — выплюнул Савелий, тяжело дыша. — Прочешите всю территорию! Проверьте все камеры! Я хочу, чтобы каждая собака в округе знала его запах! Найдите его, чего бы это ни стоило! — заорал он на своих подчинённых. Мужчины молча кивнули и вышли, оставив Савелия психовать в одиночестве.
Вибрация телефона вырвала его из пучины ярости. Он злобно посмотрел на аппарат, прежде чем поднести его к уху.
— Слушаю, — процедил он.
— Савелий Андреевич, напоминаем вам о вашем долге, — прозвучал холодный голос на другом конце провода. — Срок оплаты истекает через неделю. Мы надеемся, вам не нужно напоминать о последствиях. Наш клан не потерпит промедлений.
Савелий сглотнул. Долг. Этот проклятый долг, который тянул его на дно уже целый год. А всё из-за того, что он не обеспечил охраной группу авантюристов из мелкого питерского клана. Собственно говоря, вся группа мертва.
«И на кой-хер я вообще ввязался в это? Нахер я им дал доступ в семейный разлом?»
— Я помню, — прорычал он в трубку. — Усадьба будет вашей, когда я разберусь с бумагами.
Савелий откинулся в кресле, чувствуя, как злость постепенно уступает место отчаянию. Ситуация выходила из-под контроля.
Сбежавший наглый щенок, долг, который на него повесили за смерть группы… всё это давило на него с такой силой, что казалось, будто вот-вот сломается.
Но Савелий Громов не привык сдаваться. Он всегда находил выход, даже из самых безнадёжных ситуаций. И сейчас найдет…
Он достанет этого мелкого сучонка, убьёт его по закону: так, чтобы никаких улик не было! И получит право на владения семьи! Покажет всем, кто здесь хозяин. А потом разберётся и с долгом. Он всегда платит по счетам. Всегда.
Глава 2
Барон Волков с трудом сдерживал гнев, выслушивая насмешки от «друзей», выходя из зала инициаций. И тому была причина: получение лицензии охотника его сыном обернулось кошмаром. Глава рода отдал круглую сумму — едва ли не полугодовой доход с большой части его владений, — чтобы приглашённый скандинав, известный своим артефактом, провел предварительную диагностику. За месяц до инициации. Чтобы быть готовым к результату… чтобы пригласить серьёзных людей на это событие…
Показать себя и силу семьи. А по итогу… обосрался!
Калле Рясянен красноречиво расписывал невероятный потенциал юного Алексея, убеждал, что В-ранг — это минимум! Всё указывало даже на А-ранг! Теперь же, когда вместо ожидаемого свечения силы аура сына едва ли дотягивала до жалкой отметки «С», барон чувствовал себя оплёванным.
И что было самым неприятным, так это то, что провал сына бросал тень на всю семью. В мире, где силу оценивали превыше всего, родовитость и богатство без подтверждающего потенциала были ничем. Потеря лица на фоне амбициозных планов, связанных с карьерой Алексея, казалась невосполнимой.
Все те, кто имел способности проходить в разломы и порталы семьи Волкова, имели минимум В-ранг. А Алёша…
Но была ещё одна проблема, которую срочно нужно решить. И именно эта проблема напрочь выбила все мысли о собственном сыне.
Кто-то украл машину прямо из-под носа! Пропажа была обнаружена, когда Волковы собирались выезжать домой. И ладно бы украли только машину…
В багажнике премиум-внедорожника лежали малоактивные артефакты, добытые из редких порталов Петрозаводска: его маленькая, но прибыльная контрабандная коллекция. Которую Волков должен был передать сегодня заказчику за очень крупную сумму.
И проблема этой ситуации была в том, что артефакты были вывезены из портала, который находился в месте, охраняемом государством. То есть вся добыча там принадлежала государству.
Мысль о том, что кто-то может вскрыть багажник и обнаружить честно украденный товар, заставила его взмокнуть от пота ещё до приезда в участок. А полиция, как оказалось, обнаружила брошенную машину ещё до момента, как Волков придумал, что делать и как подавать заявление…
В данный момент Волков стоял у кабинета следователя и… потел как мог.
Но, к его удивлению, в участке никто не спешил предъявлять обвинения. Следователь, молодой парень с уставшими глазами, лишь разводил руками, показывая фотографии с места обнаружения автомобиля. Машина чудесным образом оказалась в ста десяти километрах от места угона, на заброшенной лесной стоянке в области Волхова.
Камеры, которые следователь проверил до вызова Волкова, как назло, в момент угона «не работали», а парень, отвечавший за ключи, клялся, что ничего не помнит. Медицинская экспертиза подтвердила: его память действительно вычистили.
Эльдар Борисович чувствовал, как холодок ползёт по спине.
«Это не просто угон, — думал мужик. — Это тщательно спланированная акция, демонстрация силы!»
Волков думал, что кто-то знает о его грязных делишках. Он столкнулся с кем-то более могущественным, чем он сам.
— Что вы думаете, Роман Сергеевич? — спросил Волков, стараясь не выдать своего волнения, обращаясь к следователю.
Тот пожал плечами:
— Пока ничего конкретного, Эльдар Борисович. Работаем. Ищем зацепки. Вашу машину осмотрят завтра, после сможем вам вернуть её.
Волков понимал, что «искать зацепки» в данном случае — это пустая трата времени. А осмотр нельзя допустить. Нужно пробраться на стоянку полиции и изъять всё из багажника. Иначе… дай бог, если тюрьма. Есть места и похуже, особенно для охотников.
Выйдя из участка, Эльдар Борисович достал телефон и набрал номер. Голос в трубке был хриплым и равнодушным:
— Что случилось, Элик?
— У меня проблемы. Очень серьёзные. Нам нужно встретиться. Через час.
Встреча была назначена на окраине города, в заброшенном ангаре, где Волков обычно решал свои «деликатные вопросы». Он чувствовал, что на этот раз всё будет иначе. Дело пахло не просто деньгами, а предательством и большой опасностью. Его мир, тщательно выстраиваемый годами, начал рушиться, и он понятия не имел, кто стоит за этим.
Я доехал до вокзала за три часа. Дорога выдалась спокойной, проблем никаких не возникло, если не считать оплаты. Терминал кондуктора напрочь отказывался работать, так что я расстался с последней наличкой. Но это ладно.
Система уведомила меня о том, что мне осталось почти двадцать часов на выполнение миссии, и я успевал! Ближайший поезд до Новгорода прибудет через час. А уже там… всего восемь часов пути со всеми остановками. Были и другие поезда, скорые, но ждать их — тратить время. По факту всё те же восемь-десять часов поездки.
Из автобуса я выходил самым последним, отвлекаясь на приложение в телефоне по покупке билетов. У меня была одна проблемка, которую нужно был решить, да побыстрее, пока были билеты на нужный маршрут.
— И чё расселся? — донёсся до меня женский голос.
Я поднял голову, уставился на большую бородавку на носу кондуктора и, ничего не ответив, молча покинул автобус. Но именно здесь началась череда встреч с разными людьми. Первое «знакомство» с жителями Волхова началось с небольшой стычки с представителями местной гопоты.
Мужики встретили меня на остановке, так сказать, случайно. Увидели во мне якобы смазливого паренька в школьной форме и почему-то решили, что я захочу отдать им свои деньги. Которых у меня уже и не было. Обстоятельства, как говорится.
Глядя на эти рожи, я начинал понимать, что обстоятельства сейчас будут складываться не в мою пользу. Трое их. Двое здоровенных, с перегаром и явным желанием «пообщаться», третий — щуплый, вертлявый, явно на подхвате. Классика.
— Ты чё, стену не видишь? — заявил один из них, явно указывая на то, что стена — это он.
— Деньги есть? А если найду? — просипел второй крупный, загородив мне дорогу, и дыхнул перегаром.
Фу, мерзость.
Попытаться договориться? Бессмысленно. Эти ребята понимают только один язык: язык силы. Придётся немного потратить своего времени.