Дмитрий Лифановский – Тяжело в учении, легко в бою (страница 10)

— На тренажерах? — уточнил Сашка на всякий случай.

— А смогут?

Парень пожал плечами.

— Смогут. Я же смог когда-то.

— Значит и на тренажерах. Внесешь изменения в свой график.

— Хорошо, — Сашка кивнул. Дополнительные занятия его не радовали, но, по крайней мере, появилась какая-то определенность.

— Еще вопросы есть?

— Только по утверждению плана-графика занятий, но теперь его придется переделывать. Дополнительные шесть человек это много.

— Ничего справитесь, на фронте людям тяжелее приходится. Сашке ничего не оставалось, как согласно кивнуть. — Все товарищ лейтенант государственной безопасности, идите, работайте, если у товарища майора госбезопасности к вам вопросов нет.

— Пока нет, — буркнул Владимир Викторович так, что стало предельно ясно, что вопросы у него еще как есть. — Когда будет готов новый план-график?

— В течение часа.

— Хорошо, жду тебя через час!

[i] УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

О порядке принятия военной присяги

Утвердить нижеследующее Положение о порядке принятия военной присяги:

«1. Каждый военнослужащий при поступлении в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии, Рабоче-Крестьянского Военно-Морского Флота и войск пограничной охраны принимает военную присягу.

2. Каждый военнослужащий принимает военную присягу в индивидуальном порядке и скрепляет ее собственноручной подписью.

3. Военную присягу принимают:

а) молодые красноармейцы и краснофлотцы — после прохождения одиночного обучения и усвоения Устава внутренней службы, Устава о воинской дисциплине и значения военной присяги, но не позднее двух месяцев со дня прибытия в войсковую часть;

б) курсанты военных училищ и слушатели военных академий, не принимавшие ранее присягу, — по истечении того же срока.

4. Молодые красноармейцы и краснофлотцы, а также курсанты военных училищ и школ и слушатели комиссара полка (части), начальника и комиссара управления, отдела, учреждения.

5. Время принятия военной присяги объявляется в приказе по данной части. До этого в подразделениях проводится вся разъяснительная работа с принимающими присягу о значении военной присяги и статей 132 и 133 Конституции Союза Советских Социалистических Республик.

6. В назначенное время полк (часть) при знамени и с оркестром выстраивается в караульной форме. Принимающие присягу находятся в первых рядах. Командир полка (части) в краткой речи разъясняет молодым красноармейцам значение военной присяги и той почетной и ответственной обязанности, которая возлагается на военнослужащих, принявших присягу на верность своему народу и Правительству Союза Советских Социалистических Республик, а также значение статей 132 и 133 Конституции СССР.

После этой разъяснительной речи командир полка (части) командует полку (части) „вольно“ и отдает распоряжение командирам подразделений приступить к принятию молодыми красноармейцами военной присяги.

Командиры рот (батарей, команд и подразделений) собирают всех принимающих присягу красноармейцев своего подразделения в определенное место. Каждый военнослужащий поочередно читает вслух военную присягу, после чего собственноручно расписывается в специальном списке в графе против своей фамилии.

IV

Ребята только-только успели получить у Кикина тряпки и ведра и стояли у кабинета сержанта госбезопасности, ожидая дальнейших распоряжений, как к кабинету стремительным шагом злой и чем-то озадаченный подлетел Стаин. Приоткрыв дверь и не заходя в кабинет он рявкнул так, что его бывшие одноклассники отпрянули к дальней стенке коридора, с опасением поглядывая на Сашку:

— Кикин!

— Здесь, товарищ лейтенант государственной безопасности! — выскочил из кабинета сержант.

— Отбой хозработам! Забирай у них все это хозяйство обратно. Далеко только не убирай, еще пригодиться сегодня!

— Сделаю, товарищ лейтенант госбезопасности! Что-то случилось?

— Случилось. Сейчас расскажу, — Сашка повернулся к ребятам. — А вы сейчас возвращаете все это безобразие, — он кивнул головой на тряпки и ведра у них в руках, — товарищу сержанту государственной безопасности и бегом по комнатам, приводить себя в порядок! И чтоб с иголочки у меня были! Ясно?! Видя своего вроде бы насквозь знакомого товарища в новой непривычной для них ипостаси, ребята только молча и испуганно кивнули: — Сержант, знаю, что это не твое дело, но не в службу, а в дружбу, проверишь? И подскажи им, что, да как. А то они только вчера, можно сказать, призванные. Я бы Никифорова или курсанток попросил, но им тоже дело найдется.

— Не переживайте, товарищ лейтенант госбезопасности, сделаю все.

— Добро. Я к Никифорову. Они где, кстати?

— Да там же в столовой расположились. Пока график не утвержден из сектора их выпускать запрещено.

— Ясно, — Сашка развернулся и скрылся за дверями столовой. А ребята пораженно смотрели ему вслед. Такого Стаина они не видели и даже не предполагали, что он может таким быть. В чувство их привел окрик сержанта:

— Ну что встали. Заносим хозяйственные принадлежности ко мне в кабинет и бегом выполнять приказание товарища старшего лейтенанта госбезопасности!

Привести себя в порядок не составило особого труда. Парни действовали под руководством сержанта госбезопасности Кикина, ну а девушки справились сами. Кикин только зашел проверить, как у них идут дела и, увидев, как Лена привычно подшивает свежий подворотничок на гимнастерку, спросил:

— Ты где так научилась?

— Отец венный. Командир. С детства привыкла.

— Ясно, ну тогда я к парням. А ты подруге поможешь.

Лена слегка кивнула, откусывая нитку. Когда Кикин вышел, Настя спросила:

— Лен, как думаешь, из-за чего вся эта суета? Утром же все спокойно было. А тут Саша злой пришел, и завертелось.

— Да что тут думать? Высокое начальство нас посетить, наверное, надумало. Из тех, что с нами прилетели. Вот и забегали командиры. И, Насть, — Волкова внимательно посмотрела на подругу и, убедившись, что та ее внимательно слушает, продолжила, — забудь про Сашу. Заметив, как вскинулась Федоренко, Ленка со злой усмешкой поправилась. — Не дергайся, подруга, я не про это.

Настя густо покраснела:

— Я не дергаюсь…

— А то я не вижу, как ты на него смотришь. Но это не важно. Забудь, что он Сашка Стаин, с которым ты уроки делала и в кино ходила. Он теперь наш командир. Лейтенант госбезопасности. Я не знаю, кто он, и что сделал, чтоб получить такое звание и награды. Не так прост оказался наш Саша. Но мы теперь его подчиненные. И если ты действительно хочешь ему помочь, забудь про старые отношения. Ему сейчас и так не просто будет с нами. Не хотела бы я оказаться на его месте.

— Почему, Лен?

— Потому что, Насть! — резко ответила Лена. — Это сейчас мы здесь в тепле и безопасности. А что будет завтра? Командир он не просто командует. Он в бой посылает. Где могут убить. Понимаешь?

Лена вспомнила, как отец возвращался с боевых выходов. Веселый и добродушный, если поход был без потерь. Но бывало, что приходил чернее тучи. Односложно здоровался с мамой, тыкался колючими усами в щеку дочери, молча ужинал, а потом допоздна сидел на кухне, глядя пустыми глазами в одну точку, пока мать не уводила его спать. В такие дни дома стояла гнетущая, напряженная тишина и Ленка старалась не попадаться родителям на глаза. Нет, на нее никто не срывался и не ругался. Просто тяжело было видеть отсутствующий взгляд отца и тревожное настроение мамы. Лена тогда старалась задержаться в школе или на улице, а бывало, убегала на полигон и крутилась там, неподалеку от стрельбища, ища удачу в виде разрешения пострелять. Там же кучковались и другие дети командиров. Особо их не гоняли, ребята не лезли, куда не надо, порядок знали все. И какая радость была, когда их подзывал к себе кто-нибудь из командиров, выстраивал в одну шеренгу, проводил инструктаж и давал сделать по одному выстрелу из нагана, придерживая за руки. Какими взрослыми они тогда себе казались. Ведь все было, как у настоящих красноармейцев. С той поры и решила она для себя, что свяжет судьбу свою с армией. Ну и что, что девушка! В их самом передовом Советском государстве для всех открыты любые дороги!

Только привели себя в порядок, прибежал Кикин:

— Готовы? Отлично! Давайте в столовую на построение, только вас ждут.

В столовой все столы и стулья уже кем-то были сдвинуты к одной из стен, оставляя центр полностью свободный. Курсанты стояли одной кучкой, оживленно переговариваясь между собой. Ребята зашли в помещение и встали недалеко от дверей. В этом курсантском коллективе они не чувствовали себя своими. Прошло буквально несколько минут, в столовую заскочил Никифоров, тут же скомандовав:

— Курс, в две шеренги — стройся! Курсантки тут же привычно выстроились. Бывшие школьники остались стоять там же где и были. — А вам, что, особое приглашение надо?! — рявкнул на них Никифоров, — быстро в строй, на левый фланг!

Ребята суетливо, вызвав своей неуклюжестью недовольную гримасу на лице лейтенанта госбезопасности, заняли места в строю. В дверях появился Стаин, позади него своей журавлинной походкой вышагивал Мехлис. Никифоров подал команду:

— Равнясь! Смирно! — и шагнул навстречу начальству. — Товарищ Заместитель начальника училища, курс для ознакомления с Приказом по училищу построен, отсутствующих нет, преподаватель курса, лейтенант государственной безопасности Никифоров — и встал рядом с Сашкой, чуть позади Мехлиса. Сашка оглядел строй: