Дмитрий Леонов – Бар "Последняя остановка" (страница 41)

– И что ты ему предъявишь? – ответил генерал. – Кроме того, его объяснительная есть в материалах расследования. Он там пишет, что во время патрулирования с семнадцатым на связь не выходили и в целях безопасности держались далеко от трасс звездолётов.

– Врёт! – уверенно заявил вахтенный.

– А ты попробуй докажи! – прикрикнул на него генерал. – Даже если предположить, что они тогда приближались к семнадцатому, вряд ли это была инициатива Мак-Грегора. Он тогда был рядовым спасателем и ничего не решал. И уж тем более спасатели никак не связаны с пилотами семнадцатого. Если они участвовали в этом преступлении, то руководил кто-то другой. Но вот как на этого другого выйти?

– Замкнутый круг, – повторил свою мысль Василий. – Без мотива не найти организатора, не зная организатора – не понять мотив.

– Мотив тут может быть только один – политика! – категорично заявил генерал. – Столько людей могут убить только по приказу политика.

– Но на борту семнадцатого не было политиков! – возразила Сью. – Только простые обыватели, в крайнем случае – мелкие чиновники.

– Всё дело в политике! – настойчиво повторил генерал. – Уж поверьте мне, я эту кухню хорошо знаю!

– В таком случае скажите – из-за чего политик может приказать убить три сотни ни в чём не повинных людей? – спросил его Патрик.

– Из-за денег! – предположил вахтенный.

– Из страха разоблачения каких-то тёмных делишек, – выдвинул свою версию Василий.

– Из жажды власти, – у Мустафы было своё мнение. – С кем-то власть не поделили.

– С кем там власть делить? – возразил Патрик. – С мелким чиновником каким-нибудь?

– Нет, ребята, вы плохо знаете политиков, – ответил генерал. – Массовые убийства политики затевают только в одном случае – когда они свято убеждены, что действуют на благо общества.

– Мне кажется, что для блага общества стоило бы поубивать таких политиков! – возмутился вахтенный.

– Что же это за идейки такие были у политиков тридцать лет назад, что они вот так легко готовы были убивать своих же граждан? – всё недоумевала Сью.

– Идейка одна – избежать ещё больших неприятностей, – объяснил генерал. – Значит, кто-то на борту семнадцатого представлял серьёзную угрозу обществу.

– Тогда почему его нельзя было просто арестовать?

– Может, для ареста не было законных оснований.

– А может, арест, наоборот, привлёк бы внимание к этому человеку, – предположил Патрик.

– Или к его идеям, – уточнил Мустафа. – Политики обычно боятся не конкретных людей, а каких-то идей.

– Верно мыслишь! – согласился со штурманом генерал. – Вот в этом направлении и давайте работать.

– Как же работать? – удивилась Сью. – Мы же не знаем, о какой идее идёт речь. А если человека, придумавшего её, убили, то уже и не узнаем.

– Узнаем! – успокоил её генерал. – Идею нельзя убить. Есть у меня старый знакомый. Как раз лет тридцать назад наши пути разошлись – он из космических сил ушёл в одну хитрую правительственную структуру. Конечно, у них там всё секретно, но он давно уже от дел отошёл – может, чего и расскажет. Тем более, что он мне кое-чем обязан. Попробую его найти. А вы ещё раз изучите список пассажиров – кто из них выдвигал какие-то общественно-значимые теории.

Глава 24. Пожар на борту

На этот раз рейс был скорее не спасательный, а грузовой – предстояло заменить оборудование на одном из приводных маяков, которыми была помечена трасса звездолётов. Огромный контейнер несуразной формы прикрепили на внешней подвеске корабля спасателей.

– Тяжёлый, зараза! – ворчал Василий, крепя груз.

– Невесомость убирает вес, но не массу, – объяснил Патрик, заводя крепёжные ленты. – Если как следует не зафиксировать, то когда дадим тягу движку, инерция эту штуку просто сорвёт.

Уже в рубке Мустафа поинтересовался:

– Какая масса у этой штуковины? Мне для навигационных расчётов надо.

Патрик заглянул в документацию.

– Ничего себе! Почти с наш корабль! Чего они туда напихали?

– Портативный реактор небольшой мощности, необслуживаемый вариант, – объяснил Василий. – Рассчитан на долгий срок службы. У нас на подводных объектах похожие используются, только поменьше. А тяжелый такой, потому что с биозащитой.

– Кому в космосе нужна биозащита? – удивился вахтенный.

– Нам с тобой. Сейчас он ещё не активирован, поэтому в принципе можно было бы и без защиты. А вот старый, который назад потащим, без защиты светил бы так, что мы тут поджарились.

– Зачем же старый назад тащить?

– Ну как ты не понимаешь? – вмешалась Сью. – На переработку. Там же куча всяких полезных изотопов. А кто новый будет активировать?

– Мы и активируем, – ответил Василий. – Там ничего сложного нет, я это не раз делал.

– Я всё посчитал, можно трогаться, – сказал штурман.

– Экипаж, стартуем! – предупредил Патрик и осторожно двинул рычаг управления тягой двигателя.

– Что-то ты плавно сегодня, – довольным тоном отметил штурман.

– С этой штуковиной не погоняешь, – проворчал Патрик. – Кроме того, я боюсь, как бы она с креплений не сорвалась.

– Так мы с ней долго плестись будем.

– Ничего, тише едешь – дальше будешь. Сью, ты чего со скафандром возишься? У тебя ещё рука не зажила. Сиди спокойно, мы без тебя справимся.

– Решила проверить на всякий случай, – смутилась Сью. – Всё равно делать нечего.

– Вот и хорошо! – одобрил штурман, включив автопилот. – Можно поговорить не спеша.

– О чём?

– У меня всё из головы не выходит эта история, что генерал рассказал. Про патрульный звездолёт спасателей, который тогда был рядом с семнадцатым. Что они там делали?

– Да мало ли? – пожал плечами Патрик. – Вот как мы сейчас, тоже по каким-то своим делам мотались.

– А почему у них возник пожар на борту? Патрик, вот ты давно в космосе, ты слышал про пожары на звездолётах?

– Только страшилки от инженеров по технике безопасности. Мустафа, ты же знаешь, пожар в замкнутом пространстве – жуткая вещь. Поэтому предусмотрено всё – негорючая изоляция, специальные материалы, всё оборудование, выделяющее тепло, вынесено за пределы гермозоны… Ну и ко всему этому драконовские меры безопасности.

– Патрик, я поэтому и спрашиваю. Что у них там могло гореть? Да к тому же это спасатели, у них на каждого члена экипажа на борту имеется скафандр. Даже в случае возгорания просто надевают скафандры и разгерметизируют корабль – без кислорода ничего гореть не будет.

– Мустафа, скафандры ещё надо успеть надеть. Это мы, спасатели, постоянно в скафандрах, а, например, когда я был линейным пилотом, то скафандр, можно сказать, только на картинке видел.

– Да ладно тебе! – не поверил штурман.

– Тебе говорю! Это же не такая простая штука. Кроме того, в лёгких скафандрах используют чистый кислород, а это тоже вещь небезопасная. Сам же про пожар вспомнил, а в чистом кислороде что угодно хорошо горит.

– Патрик, ты хочешь сказать, что линейные пилоты звездолётов не умеют обращаться со скафандрами? – вмешалась в их разговор Сью.

– Ну да! А зачем им скафандры?

– И если не уметь обращаться с заправленным скафандром, то теоретически можно вызвать пожар? – продолжала выпытывать Сью.

– Сдуру можно что угодно в трёх местах сломать! – ответил ей штурман. – А чего ты спрашиваешь?

– Да так, есть кое-какие мысли, – уклончиво ответила Сью. – Вот поэтому я скафандр и взялась проверять.

– Я, пожалуй, тоже своим займусь, – Василий потянулся за своим скафандром.

– Вы как хотите, а я посплю, пока не моя смена, – встрял вахтенный.

Полёт шёл размеренно. Патрик нёс вахту, вахтенный и штурман дремали, Василий возился со скафандром. И только Сью беспокойно поглядывала на главный экран.

– Нам долго ещё? – не выдержав, спросила она.

– Примерно половину прошли, – ответил Патрик.

– Выведи на экран мониторинг систем корабля, – попросила Сью.