Дмитрий Леонидович – Западный Дарфур (страница 22)
Мы решили разбить операцию на две части. Сначала с помощью техники и крупнокалиберных минометов разнести в щепки кампус. В кампусе семейные не жили, там селили новичков и тех, кто жил на казарменном положении. Потом мы будем штурмовать жилую застройку, каждый двор по очереди. А техника в это время заставит боевиков сидеть под крышами, помешает им передвигаться. Исходя из этого плана, мы запросили доставку техники: «Черепах» с пулеметами, сколько получится, комплект из машины обеспечения и восьми стрелковых дронов, крупнокалиберные минометы. А главное – затребовали гранаты со слезоточивым газом и светошумовые. Ручные и для гранатомета. Какие удобнее окажутся, посмотрим. В сумме – тысячу штук гранат, из расчета по несколько на каждый дом.
Когда я обсуждал наш план с Александром Борисовичем, тот предложил вместо минометов использовать самоходный тяжелый огнемет, «Солнцепек-Автомат». Как раз площадь кампуса ему на один веерный залп, примерно три гектара. Одна минута – и нет больше кампуса. И как мера устрашения для будущих переговоров хорошо подходит. Я согласился. С минометами действительно возились бы долго, противник начал бы разбегаться, прятаться. Раненых много осталось бы. Потом все это дочищать как-то… Лучше уж так, одним ударом по площадям.
С учетом нашего аппетита пришлось следующей ночью сажать два самолета – в один все не поместилось. Не потому что мы жадные, но там же еще и броневик пришлось везти взамен подбитого, и «Солнцепек» – а это уже один самолет, они большие, почти весь грузовой отсек заняли. Туда еще комплект запасных тел для нас загрузили и боеприпасы. Во второй транспортник поместилось четыре «Черепахи», миномет и машина с дронами.
Операцию решили начать после обеда, сразу, как разобрались с полученными грузами, техникой и снаряжением.
Мы с командой вышли из пассажирского терминала, который стал нашим складом и опорным пунктом, и направились в здание аэровокзала, к пультам.
Рядом с периметром суетились сервисные роботы – меняли поврежденные пулеметы и камеры на новые. Стояла тишина. Город вокруг жил своей обычной ленивой жизнью и еще не знал, что скоро он содрогнется.
В здании аэровокзала роботы убрали обломки перегородок и битое стекло. Здание превратилось в единое пустое пространство. Пустое и гулкое. Гудел генератор. Шумели вентиляторы в блоках системы связи. Через разбитые окна свободно дул ветер, несущий тонкую рыжую пыль. Пыль успела покрыть легким слоем экраны и скопиться на полу в углах.
Фронтальные пристройки выгорели, туда поставили «Черепахи» с минометами – крыши там нет, она рухнула, ее остатки разобрали. В тыльных пристройках снесли участки задних стен и превратили помещения в гаражи для бронетехники.
Систему обороны и пульты управления развернули в центральной части здания, самой защищенной. Рядом с мониторами нас ждали обычные пластиковые кресла-вертушки.
Мы расселись.
Вошли в систему.
– Начинаем? – поинтересовался я. Очень уж эта операция была непростой.
Все промолчали.
– Поддержка, включайте распознавание лиц в системе.
На картинке с «Солнечных зайчиков», их сейчас в небе было два, начали появляться метки противника. Крылья летали вокруг объекта «Лагерь», одно держалось прямо над объектом, второе – чуть в стороне, чтобы видеть людей сбоку и распознавать их лица.
– Суслик, размечай цели для «Солнцепека», залп по готовности.
Вот и всё… началось.
– Толстяк, запускай дроны, пока пусть над нами кружатся, чтобы их не заметили слишком рано.
Парень ушел к дронам – с пульта их не запустишь, нужно руками ставить их на взлетную катапульту.
Стрелковых дронов в этот раз у нас много. Шестнадцать. Они будут работать в автоматическом режиме, Толстяк им только маршруты патрулирования будет задавать. Автоматическое распознавание целей именно этим и удобно, что можно запустить птичек самих охотиться, и не тратить время на их контроль.
«Солнцепек», стоящий под крышей пристройки, взревел двигателем, плюнул струю дыма, выехал наружу.
– Всем переключить картинку на общий план. Убрать увеличение.
Не нужно никому из нас сейчас детали видеть. Совсем-совсем ненужно.
Через минуту послышалось шипение взлетающих ракет.
На полосе, которую занимал бывший кампус миротворцев, начали вспухать клубы пламени. С интервалом в две-три секунды. В шахматном порядке: пара взрывов по краям полосы, один со смещением вбок – в середине. Потом опять со смещением пара взрывов по краям. И снова в середине. Этот порядок нарушился только дважды – для дома командира группировки и для штабного здания не пожалели отдельных ракет.
– Кошмар, – тихо сказала Малышка вслух, когда пакет ушел. – Сколько там было?
– Человек пятьсот там жили, еще пара сотен пришли из своих домов на службу.
– Кошмар. Там же не только боевики были?
– Как минимум семья командира – четыре жены и десяток детей. Может, слуги еще, работники какие-то.
– Есть в этом какая-то суровая справедливость, – отозвался Пинок. – Что мы их именно сожгли.
Это он намекал, что «Песчаные львы» были неравнодушны к огню: во время акций устрашения любили хватать в людных местах несколько случайных жертв, сковывать их наручниками, обливать бензином и поджигать на глазах у толпы. В отчетах разведки и такая информация была, там много всего было.
– Им, считай, повезло, – поддержал Будда. – Огонь или пуля для них – это чистая смерть. Если бы повесили или собакам скормили – было бы хуже, их бы к гуриям не пустили. А смерти они не боятся.
– У армейских плохо с фантазией, – отозвался Дедун. – Если бы ведомство Санитара этой операцией занималось, они бы заранее привезли несколько тонн сырых свиных шкур, после удара отправили бы роботов, чтобы все трупы разыскали и похоронили их завернутыми в шкуры. Я читал, так делали, и это хорошо действует на религиозных фанатиков, очень способствует мирным настроениям.
Представители военных вяло возразили, что издеваться над трупами и религиозными чувствами – нехорошо. Дедун ответил, что быть бандитом и террористом еще больше нехорошо, а использовать все возможности – практично. Дублон вдруг сказал, что с точки зрения местных они уже давно не террористы, а государство, просто очень уродливое. Поспорили немного о том, когда кончается бандитизм и начинается государство. Перешли на обсуждение того, как зарождалась европейская аристократия.
А в это время…
На месте удара горели деревянные обломки. Сборные деревянные домики уничтожило полностью, кирпичные стояли без крыш – их сорвало взрывами, и они легли на землю смятыми жестяными полотнищами.
Из окружающих домов начали подтягиваться жители. Кричали «Аллах велик», плакали, пытались искать раненых и вытаскивать трупы, тушить очаги пожаров.
Мы подождали еще минут десять. Пусть подтягиваются. Наш удар был задуман, как двойная засада. Сейчас последует второй.
– Толстяк, выводи «Черепах», гони их на начальные позиции.
Я наблюдал, как машины выезжают с территории аэродрома, сворачивают в сторону саванны, по ней объезжают жилые районы и из пустоши выходят к бывшему кампусу.
Толстяк: – Готово.
Я посмотрел на экране вид сверху. Основная часть толпы уже подошла к месту удара.
– Включай автоматику на поражение помеченных целей. И дроны тоже отправляй.
Толстяк: – Готово.
Начался второй акт.
Пулеметы «Черепах» стреляли одиночными, чтобы не ранить мирных граждан. Над местом резни и районом, где проживали семейные члены группировки, летали дроны, тоже отстреливали распознанных боевиков.
Началась паника. Люди не понимали, по какому принципу убивают, поэтому разбегались все – и боевики, и мирные из соседних кварталов, и женщины.
Через несколько минут все, кто мог и успел, разбежались и попрятались.
– С кампусом закончили. Толстяк, переводи дроны на новые маршруты, пусть контролируют жилые кварталы объекта «Лагерь». И «Черепах» переводи на новые позиции, отсекай угловой двор от остальных.
Оглядел всех. Все уже ждут команды.
– Нам пора выдвигаться.
6. Плацдарм
Первая часть операции прошла хорошо. Мы одним ударом устранили больше половины боевиков. Город ненадолго замер. Другие группировки притихли, видимо, их уже предупредили, что вмешиваться и помогать «Песчаным львам» не стоит. Мирное население сначала испугалось, а потом продолжило свои повседневные дела.
Зачистку кварталов жилой застройки мы решили начать с дома, который был угловым, с юго-западного угла района. Его длинная сторона, перекладина буквы «П», смотрела на юг. Там раскинулся обширный пустырь, на котором были расположены стоянки грузовиков и контора транспортной фирмы, занимающейся перевозкой фруктов и овощей. Здание офиса стояло как раз напротив нашей цели и перекрывало жильцам района обзор в эту сторону. К западу от нашей первой цели протянулась узкая полоска кустарника, а дальше – саванна. Кусты позволяли скрытно подтянуть технику и спрятать ее от обстрела из других домов. Впрочем, нам они тоже закрывали обзор с той стороны и мешали использовать оружие издалека.
В общем, место для начала зачистки было довольно удобным.
Чтобы не бегать пешком, мы влезли на броневик. Все, кроме Толстяка, тот остался за пультом – управлять техникой.
Броневик заехал со стороны саванны и довез нас до кустарника.
Спешились.
– Малышка, ты занимай позу с запада. На окна других домов тоже поглядывай.