Дмитрий Леонидович – Западный Дарфур (страница 2)
Главная и самая насыщенная часть нашей работы и жизни проходит в реале, но не в человеческих, а в механических телах. Или правильнее сказать – кибернетических. Мы так работаем в Африке, в двух странах.
В Конго у нас база на шахте, где добывается кобальт, стратегически важное для производства аккумуляторов и роботов сырье. Шахта небольшая, но она разрушает монополию китайцев, не позволяет им использовать контроль над ресурсами для давления. Мы контролируем, защищаем и лечим три ближайшие к шахте деревни. И руду с нелегальных разработок у них скупаем. Сейчас в Конго середина сезона дождей и эпидемия желтой лихорадки. И анархия.
В Судане мы захватили и удержали базу посреди пустыни, на пересечении маршрутов, которыми пользовались боевики. Там сейчас засуха и гражданская война.
Как нам удается одновременно удерживать такие отдаленные объекты? Мы просто входим при необходимости в механические тела, которые там уже находятся. Кроме наших тел со стрелковым оружием там стоят автоматизированные системы обороны, к которым подключены броневики, пулеметы на вышках, стрелковые дроны и прочее необходимое. Именно эти средства создают основную огневую мощь.
1. Бросок на юг
Периоды ленивого безделья у нас всегда заканчиваются двумя способами: либо боевой тревогой из-за нападения, либо выходом на связь начальства.
В этот раз появился Санитар, руководитель нашего проекта по линии Службы санитарного контроля.
После взаимных приветствий он предупредил, что военные хотят использовать нас для новой операции в Судане. И это, собственно, всё, а подробности – у координатора от военных.
Скоро появился на связи координатор, Александр Борисович.
– Рад вас видеть, товарищ майор.
– Соскучились по делу?
– Да, не без этого, – признался я.
– Ну так у меня есть для вас много дел!
– Давайте я сразу всех соберу, чтобы дважды не повторять?
– Собирай. Через… полчаса?
Через полчаса вся команда была в виртуальном зале для совещаний.
Даже Малышка оторвалась от своих больных, хотя ей я не приказывал, сама захотела. Такой уж у нас медик – повоевать тоже любит. Одно радует: спасает она гораздо больше людей, чем убивает.
– Ну что, товарищи наемники, соскучились? – начал координатор.
Все заухмылялись. Действительно соскучились.
– Наше руководство приняло решение расширять зону контроля в Судане. Серьезно расширять.
Палец даже поднял, чтобы все прониклись.
– Для начала по тем недостаткам, которые выявились во время прошлого контакта с противником. Напомню: тогда оказалось, что оборона базы в пустыне недостаточна при атаке крупных сил, а средства ПВО неспособны полностью защитить даже от одного пакета «Града». А «духи» со своей стороны продемонстрировали, что и «Градов» у них много, и собрать достаточно сил – тоже могут. Чтобы такого не повторилось, вам прислали установку залпового огня «Град».
Суслик не выдержал: – «Духи» не дебилы, в компактную толпу посреди пустыни сбиваться и ждать залпа не станут. «Град» будет бесполезен.
– А вот и нет. Вас укомплектовали ракетами с кассетными боеголовками, в каждой – пять планирующих мин с индивидуальным наведением, осколочных или кумулятивных. Ракеты специально создавались под взаимодействие с автоматической системой целеуказания. Так что с одного пакета вы сможете уничтожить несколько десятков машин и до десятка единиц бронетехники. За одну минуту.
– Это солидно, да, – согласился Суслик. – А запас ракет прислали?
– Есть и запас, и машина заряжания, и даже отдельный робот для обслуживания комплекса. Так что, даже если начнется массовое бегство «духов» из Ливии в Судан, у вас найдется, чем их остановить. По средствам ПВО вас тоже усилили: еще один «Панцирь» вам прислали. И как резервный будет, для подстраховки, и на случай, если все же получится у «духов» подкатить на расстояние удара «Град» или что-то похожее.
Александр Борисович помолчал, обвел всех взглядом. По этой теме вопросов не оказалось.
– Хорошо, с этим ясно, теперь о том, что происходит в регионе. Нас интересует западная часть Судана. Эта местность называется Дарфур, если забыли. Делится на три штата, Южный Дарфур, Западный и Северный, большая часть Северного – пустыня, и в ее центре находится наша база.
Банды «Джанджавид», они же «конные джинны» или «духи», сейчас теряют позиции. С юга их теснят войска Южного Судана. Формально они наши союзники, но на самом деле полностью подконтрольны Китайскому сектору, который там плотно сидит на добыче нефти еще с прошлого столетия. Так что весь Южный Дарфур они захватят, без вариантов.
– Погодите-ка, – остановил его я. – Вы говорили раньше, что «Джанджавид» поддерживается правительством Судана, а правительство поддерживается Китайским сектором. Что, китайцы сами с собой воюют?
– Почти. Правительство Судана давно косит глазами в сторону Иранского сектора, а китайцам это не нравится. Поэтому патроны они продают обеим сторонам конфликта, но советников предоставили Южному Судану, где у них серьезные интересы и полный контроль.
Александр Борисович продолжил:
– А с запада «духов» теснят наемники из Чада и повстанцы из лагерей беженцев, наши прямые союзники. Они почти полностью взяли под контроль Западный Дарфур. Но с ними тоже не все так просто: очень уж чернокожие обижены на арабов. Не забыли, как те уничтожали их деревни и публично людей сжигали на площадях. Хотя, если честно, важнее то, что у них месторождения нефти отобрали и плодородные земли. В Северном Дарфуре арабов много, так что если негры его захватят, начнется резня. Это будет плохо для нашей репутации. К тому же воюют черные не очень успешно, без нашей поддержки самые сладкие куски у них китайцы перехватят. А посему…
Координатор сделал многозначительную паузу.
– Мы с вами захватим столицу штата, Эль-Фашир.
–Чего??? – примерно так отреагировали мы.
– Одной боевой группой захватим крупный город? – уточнил я вопрос.
– Именно. Одной боевой группой, с поддержкой техники с автоматическим или удаленным управлением.
От такого заявления мы прониклись и заткнулись, приготовившись слушать дальше. Сразу стало очень-очень интересно.
– На первом этапе операции вам нужно будет захватить аэродром Эль-Фашира. Город вполне цивилизованный, в основном – одноэтажная кирпичная застройка, есть и большие современные здания. И хижины тоже есть. Сейчас там около трехсот пятидесяти тысяч населения. Аэродром имеет трехкилометровую взлетно-посадочную полосу с хорошим покрытием, способен принимать тяжелые транспортники. Есть запасная грунтовая полоса, двухкилометровая. Для военных транспортников тоже подойдет. На территории аэродрома – небольшая трехэтажная диспетчерская вышка, здание аэровокзала, вспомогательные строения. Сложность в том, что от стоянок самолетов и конца ВПП до жилых строений города всего метров триста. Соответственно, безопасность там поддерживать будет сложно.
– Обеспечить оборону и безопасность – практически невозможно с нашими силами, – высказался Толстяк. – Группа с зенитным комплексом в паре километров от полосы засядет – и нет самолета. Или стоянку из миномета обстреляют.
– Вот! И чтобы этого не произошло, вы должны тихо добраться до объекта, быстро его взять, и тут же дать посадку тяжелым транспортам, которые выгрузят компоненты системы обороны. В том числе пулеметы для периметра, бронетехнику, комплексы ПВО и связи. И сервисных роботов, конечно. А дальше наши специалисты удаленно обо всем позаботятся – и периметр смонтируют, и за окрестностями проследят. После чего можно будет принимать новые грузы и двигаться дальше. Аэродром станет нашей главной базой в окрестностях города. Самолеты с оружием долго над вами кружить не смогут, поэтому захват нужно очень точно согласовать по времени.
Я прикинул, как это организовать. Если захват провести ночью, то вполне может получиться. Пока противник разберется, что там за стрельба (а может и не будет стрельбы, если тихо охрану убрать), пока пришлют кого-то… Реально, серьезная атака возможна только утром, самолеты успеют разгрузиться и перелететь на другой, безопасный, аэродром. И у нас появится броня и прочее полезное имущество.
– Это все может выгореть только в том случае, если мы доберемся до объекта незамеченными. А там местность заселенная, – перешел я к конкретике.
– Вопрос правильный. Первые триста километров маршрута вы можете проехать по пустыне на технике, дальше полторы сотни – начинается сахель, это полоса саванны и редколесья на севере Африки, южнее Сахары. Там могут повстречаться кочевники-скотоводы, и рельеф там для техники сложнее. По обстановке решайте, как передвигаться. А последние полторы сотни километров придется идти по плотно заселенным местам. Этот участок вам придется преодолеть пешком, скрытно.
Пробежка в полторы сотни километров нас не пугала, в механических телах усталость нарастает гораздо медленнее, чем в родных, человеческих. Так что, пожалуй, за два дня сможем пробежать. Или за две ночи, с приборами ночного видения. А может и за одну.
Получили от координатора данные разведки, обсудили, как взаимодействовать будем.
И разбежались, сначала – немного подумать, а потом – обсуждать план операции уже внутри команды.
Планы планировали после обеда, в столовой. Не то, чтобы мы относились к этой процедуре несерьезно, просто с самого начала было понятно, что планировать особо нечего, годный вариант действий всего один.