Дмитрий Леонидович – Западный Дарфур (страница 18)
Пупс не торопясь доел свой салатик.
– У меня есть две причины, почему каждому из вас выгодно, чтобы инвестор в моем лице был.
– Ну, удиви меня, – Санитар говорит.
– Санте это выгодно, потому что если у вашей стороны будет квалифицированное большинство в совете акционеров, у него вообще не будет никаких гарантий. В любой момент придет какой-нибудь деятель, и скажет: «Все, ситуация поменялась, с сегодняшнего дня директором будет одноклассник моего сына. А вам предлагаю продать свой пакет акций за десять копеек».
– Бывает и такое, – согласился Санитар. – А с прибыльными крупными компаниями такое случается при каждой крупной перестановке во власти. Но меньше контрольного пакета госструктурам отдать не получится. Так что разница небольшая.
– Если со стороны государства будет пятьдесят один процент, появится возможность для маневра. Государство же будет представлено не одной организацией, с кем-то из акционеров можно будет договориться.
– Ну допустим. Санте твое участие выгодно. А мне оно зачем?
– А вам это выгодно, потому что компания становится как бы сама по себе. Всегда можно сказать: «Это коммерческая компания, ничего не знаем».
Санитар только хмыкнул:
– Слабенький аргумент. Хотя перед китайцами или европейцами при небольших конфликтах интересов можно будет оправдываться.
– А еще, уважаемый Санитар, вы как-то планируете свои личные интересы учитывать?
– Если я свои личные интересы в акционерном капитале учесть попытаюсь, меня на следующий день анафеме предадут, и вас вместе со мной. Очень уж тут контроля будет много. Секретность, новые разработки, оружие, большие деньги, задачи особой важности, международная деятельность. И по каждой из этих линий – свой контроль.
– А если среди акционеров будет инвестор, то этот инвестор сможет держать ваш пакет акций, а потом передать, когда будет можно. После выхода на пенсию, скажем. И договор можно об этом оформить.
– Это ты мне взятку предлагаешь? – хмыкнул Санитар.
Пупс развел ладони в стороны:
– Вы нужны компании. Без вас многие вопросы решаться не будут. С закупкой оружия, скажем, и новых тел. Если у вас интереса не будет, через годик вы о нас забудете, и наша жизнь станет намного сложнее.
Санитар надолго задумался. Потом поднял голову от тарелки.
– Аргумент сильный. Трудно отказаться. Но официальная доля государства должна быть пятьдесят один процент. Иначе не согласуем.
Я молча наблюдал за этой схваткой титанов. Периодически ловил себя на том, что теряю нить разговора и не понимаю, о чем они говорят.
– Сколько вы хотите?
– Десять процентов? – пожал плечами Санитар.
– Приемлемо. Значит, государственным организациям пятьдесят один, Санте двадцать пять, блокирующий пакет, мне двадцать четыре, из них десять – ваши, я их держу по договору траста. Деньги за себя и Санту вношу я. Правильно?
– Да. По нашему договору потом вдвоем обсудим.
– Только давайте обсуждать здесь, здесь защита хорошая. В игровых мирах и офисах всех интересных людей слушают. И меня, и вас. А теперь и Санту будут.
– Знаю.
Пупс повернулся ко мне:
– Ты как, согласен?
Я только кивнул. Потом вспомнил:
– Вообще, я хотел разделить акции между всеми в команде. Иначе несправедливо получится, все вроде одинаково воюем, а акции только мне.
Пупс раздраженно дернул щекой, похоже, он считал это лишним. Попытался объяснить мне:
– Это ты зря. Вот смотри: Санитар представляет государство и разработчиков, без них этот проект невозможен. Я даю деньги. Без меня вы могли бы обойтись, но получилось бы хуже. От тебя зависит решение всех вопросов в Африке. Заменить тебя, я так понимаю, некем, так что без тебя тоже компанию создать нельзя. А без каждого из бойцов – можно. Они наемный персонал, и их работа не изменится оттого, что их переведут из одной компании в другую.
Санитар, разрезая отбивную на тарелке, возразил:
– Не все так просто. Сейчас у них сложный переход. Они были командой почти равных сотрудников, а теперь кто-то становится директором и владельцем компании, а кто-то остается простым бойцом. Могут возникнуть конфликты, обиды. А команда маленькая, каждый человек важен. К тому же со временем они начнут расширяться, и все эти люди станут командирами.
– Пусть Санта сам решает, – Пупс махнул рукой. – Я даже рад буду, если Малышка что-то получит.
– Как у вас дела с Малышкой? Детей еще не планируете? – поинтересовался Санитар.
– Пусть институт закончит сначала, ей и так тяжело сейчас.
Санитар вернулся к теме акций:
– Санта, если ты решишь выделить своим людям акции, я советую распределять понемногу, по проценту или по половине процента. Чтобы было понятно – они не главные акционеры, а младшие партнеры, которые важны для компании, и участвуют в прибыли, но не имеют решающего голоса. И при этом нужно прямо сказать, почему именно так, почему ты от них отличаешься. Чтобы не оставлять неясностей. Я могу в этом разговоре поучаствовать и объяснить всё, меня они послушают.
Я поблагодарил. Действительно, авторитет Санитара поможет избежать размолвок.
После ухода Санитара Пупс задержался и устало расслабился.
Я поинтересовался:
– Слушай, а не страшно было предлагать ему войти в долю? Зачел так рисковать?
– Знаешь, без его помощи мы не смогли бы пробиться через госструктуры. Я как-то пробовал получить бюджетные заказы на разработки – это просто нереально. Как в болоте по пояс двигаться, каждый шаг выматывает. А без разрешения госструктур мы даже патронов не купим.
– Но он же и так помогает?
– Это он сейчас помогает. Помнишь, ты говорил, какой-то очень важный объект им нужен в Конго. Представь: через несколько месяцев мы этот объект захватим, туда оборонные системы поставят, – и больше мы не нужны. И нас можно просто задавить какими-нибудь ведомственными инструкциями, а объект распилить между важными людьми.
Я материализовал себе чашку кофе. Засмущался немного, но решил спросить:
– А почему ты говорил, что меня заменить некем, и я важен для проекта? Вроде я – человек не уникальный. Тот же Будда опытнее гораздо.
Пупс тоже вызвал себе кофе, поколебался и еще печенье выбрал. Попутно начал объяснять:
– Так некем больше. Вас там на месте всего девять человек. Нового кого-то посылать – потеря времени, пока он разберется в местных обстоятельствах, сработается с вами. Вначале, когда я был руководителем проекта, мне присылали ваши личные дела. Я с ними внимательно знакомился, когда решали, кто станет командиром после моего ухода. Дублон и Бонус – молодые и на лидерство не претендуют. Дедун иногда ведет себя импульсивно, у него юношеский максимализм не переиграл еще. Толстяк больше имеет дело с техникой, а не людьми. Малышка тоже молодая еще слишком для руководства, немного наивная, да и не стремится к этому.
– Да и я как-то не стремился… – отозвался я.
– Личные дела тех парней, которые к вам пришли позже из армии, я не видел, – продолжил Пупс. – Но они профессиональные военные, даже не офицеры. Можно догадаться, что они хорошо выполняют задачи, но не привыкли их ставить. Да ты и сам всё это можешь посмотреть, у тебя же доступ к личным делам должен быть.
– Не смотрел с такой точки зрения, повода как-то не было.
– А ты опыта крупных проектов не имеешь, но это со временем приложится, а небольшим управлять – уже сейчас способен. Вот и получается, что кроме тебя – некого ставить. Мне, кстати, Санитар тоже таких пряников не предложил бы. Не знаю, что там в моем личном деле написано, но явно не только хорошее. Я, кроме прочего, судимость имею. И скандальную репутацию.
– А почему он мне так много акций предложил? Там же большие деньги, я бы и гораздо меньшему пакету радовался.
– Ему все равно, какой у тебя пакет и сколько ты будешь получать, двадцать пять или десять. Это не его деньги, а государственные. Лишь бы у государства был контроль. Он вообще не мыслит в терминах денег или прибыли, его интересуют власть и выполненные задачи.
Мне стало немного понятнее, что происходит и чего можно ожидать.
Потом было еще несколько встреч втроем.
Пупс с Санитаром дотошно уточняли цифры, согласовывали документы, список акционеров со стороны государства, прочие вопросы. Я в этой работе участвовал, но на вторых ролях.
Согласовали.
Санитар обещал, что к концу сезона дождей в Конго продавит утверждение документов, и мы станем работать уже под новой вывеской.
Будда с Сусликом и Толстяком пришли ко мне с предложениями, как сделать наше вооружение более сбалансированным с точки зрения соотношения стоимость-возможности. Предложили купить как можно больше техники, потому что тот же броневик или «Черепаха» стоят в разы дешевле механического тела, а пользы от них может быть больше, если местность позволяет применить. Правда, при этом парни жаловались, что вооружение надо под конкретные задачи подбирать, а у нас непонятно, чем займемся в следующий раз.
Надо было что-то решить по этому поводу до окончательного согласования документов компании, потому что выбор техники влиял на общую сумму затрат, а значит – на размер уставного капитала.