Дмитрий Лазарев – Операция «Альфа» (страница 67)
А еще жаль, что Глеб сейчас почти не чувствует папу. Он там, рядом с Альфой, и его от Глеба словно какой-то барьер отделяет. Альфа сильный и страшный. Совсем по-другому страшный, чем дядя Посвященный. По-плохому. Страшнее Паука, Таганайского Источника и того, Итурупского. Он самый главный враг, из-за которого на Земле творятся все эти беды. Он как финальный босс в компьютерной игрушке, которую Глеб проходил в прошлом году. Сильный босс, он убил Глеба много раз, прежде чем удалось его победить. Только Альфа настоящий. И здесь не игрушка. Здесь, если убьют, нельзя загрузиться с последнего сохранения. А значит, нужно побеждать с первого раза. И ответственность выше. Те, кто погиб, – дядя Игорь, дядя Дрон, дядя Шахматист, они больше не вернутся, не улыбнутся Глебу, не взъерошат ему волосы… А дядя Дрон так смешно ругался: «Черти полосатые!» Глеб всхлипывает и тут же сердится на себя: нельзя! Сейчас – нельзя. Сначала надо победить, а потом уже придет время горевать о них.
Эй, что происходит? С иностранным Сеятелем, который в их команде, что-то творится. Он частично связан с Глебом, но мальчик не очень понимает, в чем дело. Можно бы разобраться, но отвлекаться нельзя – у Глеба важная миссия. А пока у него ощущение, что Сеятель непонятно откуда наполняется энергией. И ее много, очень много. Интересно, откуда он ее берет? Впрочем, ладно, и пусть берет. Лишь бы на пользу. Он ведь на их стороне, а черноглазых призраков слишком много. Пускай Сеятель использует эту энергию против них. Это сейчас очень нужно. Каждый должен делать свою работу – так сказал дядя Посвященный перед походом. Так они все и делают. Вот пусть иностранный Сеятель разбирается с черноглазыми, а он, Глеб, будет держать Альфу…
Надо же, у него получилось! У Сеятеля. Честно говоря, Майкл Дикон скорее заставлял себя верить в это, чем верил по-настоящему: все-таки у могучего космического разума были свои недостатки. Он именно разум, а без духа, без воли к победе разум не всегда может победить. Потому что он не умеет вытаскивать уже почти проигранные бои, что называется, на зубах. Но Майкл радовался, что ошибся, – Сеятель все же сумел создать канал, пробился к своим и получил от них энергию.
Черноглазые фантомы не смогли ему помешать – стремясь поскорее разделаться с отрядом сувайворов, они спохватились, когда Сеятель уже все сделал. Интересно, как он будет использовать полученную энергию? Просто в щит превратит? Или…
Оказалось, что «или». В вопросах оперирования энергией Сеятель разбирался куда лучше Майкла, и неудивительно. Дикон с невероятным удивлением увидел, что к черноглазым идет что-то вроде труб, заполненных темно-серой мглой. Сувайвор понял, что эти «трубы» обычному зрению недоступны, это энергетические каналы, связывающие полупроекции Источников с их «телами», которые в каменном виде лежат в данный момент каждый на своем месте далеко-далеко отсюда. А значит, стоит эти каналы перерезать… Но если для Дикона эта мысль стала открытием, то Сеятель с ходу занялся ее воплощением.
Это было очень наглядно: словно невидимые ножницы перере́зали одну из темных труб – и связанный с нею черноглазый фантом замерцал и исчез. Затем второй и третий… Вот только враги тоже не дураки и быстро просекли, что в подобную игру могут играть обе стороны. И в следующий момент большинство черноглазых, скооперировавшись, обрушились на канал Сеятеля. Дикон пытался ему помочь, но куда там! Все-таки даже с дополнительной энергией силы были неравны. Недаром еще в Дакоте Сеятель говорил, что сторонников Альфы намного больше. И львиная их доля сейчас сосредоточилась на нем, без труда вычислив самого сильного противника и решив вывести его из игры. И вскоре, несмотря на отчаянное сопротивление Дакотского Источника, канал был перерезан. Теперь черноглазые набросились на Сеятеля, словно стая волков на медведя. По отдельности он был сильнее любого из них, но против толпы – без шансов. Даже с помощью Майкла.
Дикон чувствовал, как гибнет его тело. К сожалению, в своем внезапном бунте он получил доступ и к нервным окончаниям, так что сейчас пожинал плоды – терпел дикую боль. Считают, что перед смертью в сознании проносится вся жизнь. Может, у кого-то и так, но у Дикона перед глазами встало лицо спящей Нэнси Корнелл, которую, уходя из дома в ту безумную ночь, когда все началось, он так и не разбудил, чтобы попрощаться. Его вдруг накрыло острое сожаление по этому поводу. Оно и стало последней эмоцией Дикона, когда очередной энергетический удар армии черноглазых уничтожил и его, и Сеятеля.
Твою налево! А ведь когда Сеятель наполнился энергией и черноглазые фантомы один за другим стали исчезать, в душе Алины совсем было возродилась надежда. Но недолго музыка играла… Несколько минут, если точнее. А потом Сеятель покачнулся и рухнул мертвым. Их осталось четверо, считая восьмилетнего мальчишку и «лояльную», пьющую жизнь. Сейчас черноглазые их раздавят.
Ну почему все так?! Вот сволочная судьба! Разве сложно ей было расщедриться всего на одно «долго и счастливо» для них с Эдуардом? Разве это так уж много?
Они встали спиной к спине, хотя в таком бою это вряд ли имело смысл: никто на них не нападал с холодным оружием и не стрелял. Им даже не надо было видеть врага. Просто так было привычнее, и выражение «чувство локтя» приобретало дополнительный смысл. Когда началась очередная атака черноглазых, Алина вдруг с полной ясностью и очевидностью поняла, что сейчас она умрет. И когда враг нанес удар, Алина пару секунд не понимала, почему еще жива… пока не увидела лежащего у ее ног Эдуарда. И тогда она закричала.
Ох, ежики, вот это поворот! Честно говоря, на такое я ну никак не рассчитывал, поскольку был целиком и полностью уверен, что на роль жертвы назначили меня. Я знал историю первого перепрограммирования Источника. Питерского. Там понадобилось выпустить из сувайвора по имени Михаил Стрельцов всю кровь. Но тут Альфа. Видимо, есть нюанс, который повысил ставку до уровня жизни Посвященного. И он знал это, но молчал. А я-то еще ругал его за то, что он скрытничает. Неудивительно, черт возьми! Только ведь я привык к этому безликому сукиному сыну, и как теперь дальше без него? Меня охватило острое чувство потери, но дело свое я делал – заливал в Альфу мирную программу, а он уже почти и не дергался. Похоже, безумная смесь в крови Посвященного просто парализовала главного Сеятеля.
В моей голове царил полный кавардак. Я держал ладони на холодных каменных боках Альфы, меня пронзали боль и энергетические разряды, в голове вспыхивали в полном хаосе непонятные образы. Я находился в контакте с главным Сеятелем, и он менялся буквально на глазах. Постепенно уменьшались страх и агрессия, которыми до сих пор от него буквально разило. Он был чужой, конечно, абсолютно чужой, но теперь уже не казался врагом. Мне очень хотелось ускорить процесс, ведь там, в большом гроте, сейчас неведомо что творилось с моей семьей и товарищами по походу, но я не мог рисковать, чтобы в последний момент все не сорвалось: слишком многим мы пожертвовали для победы, чтобы проиграть на ее пороге.
А Посвященный между тем был еще не до конца мертв – его жизнь по капле проникала в камень тела Альфы, пропитывала его, бесповоротно закрепляя курс на мирное сосуществование с человечеством. Меня же постепенно отпускала боль, что я считал индикатором снижения враждебности главного Сеятеля. Я перестал видеть что-либо вокруг себя, ибо передо мной мелькали различные видения, которые я поначалу совершенно не мог истолковать, но постепенно, возможно, из-за длительного контакта с Альфой, начинал понимать. Альфа был «пауком» среди Сеятелей, и каждый из них являлся узлом его «паутины». Именно поэтому перепрограммирование Альфы словно вирус распространялось по его сети, заражая всех остальных. Заражая совершенно беспрепятственно, должен заметить, поскольку их системы защиты были направлены против внешнего воздействия, а не против собственного доминанта, ибо все, исходившее от него, было истиной в последней инстанции и подлежало обязательному исполнению. Мир с отжившими? О’кей, пусть будет мир. Остановить движение Новы? Тоже не проблема, остановим. Ликвидировать вредоносные аномалии? Как скажете, сэр, считайте, что они уже исчезли. Приструнить Измененных и биоморфов? Будет сделано!
Я только сейчас полностью осознал, против какой силищи мы боролись, когда почувствовал, во сколько адресов направляются новые директивы Альфы и какая мощь приходит в движение по его команде. Осознал и был потрясен. Какое счастье, что я не знал этого раньше, а то у меня могли бы и руки опуститься. Тем круче наше достижение. Мы заплатили высокую цену… Кстати, насколько высокую? Вот теперь я уже мог позволить себе посмотреть на то, что происходит в большом гроте. С помощью Альфы, разумеется…
Ох… Черноглазые фантомы исчезли, и наших больше никто не атаковал, но… Потери ужаснули: Дрон, Шахматист, Игорь, Сеятель… На камнях лежит, не подавая признаков жизни, Эдуард, а над ним суетятся Алина, Рита и Глеб… Я ощутил эгоистичную радость, что все мои в порядке. Но остальные… Какой кошмар! Да, я знаю, что битв и войн без потерь не бывает, а