Дмитрий Ласточкин – Огонек во мраке (страница 25)

— Серьёзно? Зачем так размениваться? — удивилась девушка.

— Ага, у них же девственности нет, не определишь же, было с кем-то или нет. Поэтому можно делать что угодно, если тихо. Так что Никита этот может тебя использовать для такой тренировки.

— Вот подлец! — Юля возмущёно засопела, гневно посмотрела в сторону парня. — А второй вариант?

— Ты ему просто понравилась даже в таком виде. — я ей подмигнул. — Кто сказал, что любят только красивых? Любят ещё и интересных! Ты для него интересна — ты ему понравилась. Вот он и проявляет знаки внимания.

— Правда? — гневный взгляд на парня сменился более покладистым. — Но чем я ему могла понравиться⁈

— Откуда мне знать-то⁈ Может, он любит тех, у кого зад как пара тыкв!

— Хм. Ладно. Хотя, конечно, у тебя опыта в отношениях никакого…

— С чего это ты решила, что никакого⁈

— А что, какой-то есть⁈

— Я много читала! — выкрутился я. Не говорить же про вторую жизнь!

— Вот-вот. А, неважно. — Юля махнула рукой. — Буду просто его игнорировать, как и остальных.

— Твоё дело.

Ох, блин, за этой глупостью чуть не пропустил появление Лахтиной. Она была чуть бледнее, чем обычно, если мне не кажется, и молчаливей. Всё так же с двумя дворяночками-подружками, что щебетали ей в уши всякую фигню. Хм, а одна из подружек щебечет меньше, но всё время поглядывает на зад Лахтиной. Ха-ха-ха, неужели баронета отобрала чистые трусы у подружки, и та теперь не может не задаваться вопросом «Зачем?»⁈

Ирина поймала мой взгляд и на секунду запнулась. Ну ещё бы! Снова у неё пропали трусы, причём неизвестно как, я уверен, она и камеру проверила, и сторожевые заклинания, а там ничего нет. И со мной ничего не произошло, хотя я сейчас, по её мысли, должна быть шокирована пропажей девственности, биться в истерике или ещё что. А я сижу и улыбаюсь себе. Да и тройка подлецов из бара пропала с радаров! Везде одни непонятки!

Насколько я могу представить её мысли, конечно. Может, она вообще ничему не придаёт значения.

— Баронета! Рад вас видеть! — заулыбался Кольцов своей подружке.

— И я вас. — та кивнула без улыбки.

— О, эти блёстки придают вам шарма! — Игорь перевёл взгляд с глаз на шею и щёку девушки.

— Блёстки? Проклятье, я же думала, что всё смыла! — Лахтина достала платок и попыталась стереть что-то с шеи, потом рухнула за свою парту, продолжая это делать.

Кольцов растерянно замолчал, тоже сел.

— Юля. — я наклонился к толстушке и зашептал.

— Что?

— Ты бы поделилась со мной трусами, если бы мои все исчезли?

— Что⁈ К чему такие вопросы⁈

— Просто… Мы же подруги⁈

— Да, но… Хотя… В общем, если бы тебе понадобились трусы, то конечно…

— Спасибо!

Мне даже как-то на душе легче стало. Приятно, когда тебя поддерживают по-дружбе, а не из-за принуждения!

День учёбы прошел как и другие подобные, мы уже всей группой начали привыкать к расписанию. И Лахтина даже как-то растормошилась, лицо приобрело нормальный цвет, она явно стала живее, занявшись привычными делами.

Ночью я снова вышел на охоту. Тем же способом обезвредил видеокамеру, наложил полог тишины и пробрался через Глубину в комнату Иришки. Заглянул в шкаф — там были девственно чистые полки для белья, все грязные шмотки были вынуты и куда-то убраны. Может, их сожгли. Только верхняя одежда осталась. Но сегодня я верхнюю трогать не буду, а нижнее бельё у меня закончилось, у алкашей его не так, чтоб сильно много. Может, пополнить запас? В бомжатник какой наведаться и купить хоть десяток мешков обосраных трусов. Но это потом, если понадобится.

Лахтина тревожно спала на постели, одетая в мягкую пижамку из маечки и шортиков до колен, розовую, с рисунками каких-то мультяшных зверей. Она хмурилась во сне, судорожно прижимала к себе плюшевого жирафа, и что-то неразборчивое бормотала. Весёлости её виду прибавляли разве что блёстки, которые теперь были везде — на шее, на лице, в волосах. Мелкие, почти незаметные, но днём они разноцветно блестели, отражая ещё яркое осеннее солнце.

Что ж, дорогая, сегодня мы по минимальному сценарию! Я подкрался к ней, аккуратно оттопырил шорты с трусами и насыпал туда блёсток. И на лицо ещё немного, и в волосы! Мой не мой, а после такого она вся в блёстках будет.

Утром реакция была уже явнее! Лахтина пришла в аудиторию ещё более бледная, чем вчера, судорожно оглядываясь по сторонам. А как увидела меня, то стала злая-злая! Но каким-то усилием воли сдержалась, отвернулась и весь день делала вид, что меня нет.

Ночью, когда я пришел к ней в два часа, баронета оказалась бодрствующей! Да, она лежала на постели в темноте, в пижаме, с жирафом под боком, но её открытые глаза блестели в неярком свете, падающем из окна. Похоже, она решила выследить того, кто у неё труселя ворует и блёстки в попу сыпет.

Эх. Трудно будет что-то сделать… Но и просто так уходить не вариант!

— Хи-хи-хи! — я перешел в тень под кроватью баронеты и засмеялся противным, скрипучим голосом.

— Кто здесь⁈ — Лахтина вскочила с кровати, метнулась к выключателю врубить свет, потом с некой опаской заглянула под кровать.

— Хи-хи-хи! — ответил я ей из шкафа.

— Выходи сюда, сука! Я тебя убью! — заорала Ирина и так дёрнула дверцу шкафа, что оторвала её.

— И-хи-хи-хи! — раздался мой смех от входной двери.

— За дверью!

Лахтина выскочила в коридор, распахнув дверь, но, ожидаемо, там никого не было, кроме тишины. За дверью тоже никого не была, девушка не преминула проверить. Разочарованная и хмурая, вернулась в свою комнату.

— Хиии-хиии! — хихикнул я от письменного стола.

На столе лежала ручка и отбрасывала небольшую тень. Я аккуратно, ногтем высунулся из тени и стал толкать ручку к раю стола. Со стороны казалось, что ручка сама по себе ползёт, вот захотелось ей, и поползла. Дотолкал её до края стола, и ручка со звонким щелчком свалилась на пол.

— Хи-хи-хи! — хихикнул я напоследок, ноготками поднял ручку на полу вертикально и щелчком пальца отправил в сторону Лахтиной.

Та с визгом увернулась, скакнула на кровать и спряталась под одеялом.

На сегодня, пожалуй, достаточно. Вернулся к себе и завалился спать. На утро у меня уже приготовлена акция! Надо выспаться, чтоб не напортачить, слишком много свидетелей будет.

Утром баронета заявилась в аудиторию с таким видом, будто вот-вот собиралась умирать. Бледная до синевы, даже слегка зелёная, с тёмными кругами под глазами, слегка замазанными косметикой, сами глаза красные, налитые кровью! Громкие звуки и смех, особенно смех, заставляли её вздрагивать и оглядываться.

Прекрасно! Как только она появилась, я начал исполнять свой план. Прийдя раньше всех, аккуратно засунул в свою парту тот чёрный самотык с пупырышками в пакете, обильно смазанный лубрикантом с блёстками. Теперь надо только проделать небольшую манипуляцию… Я нырнул в Глубину, но только частично, одними руками. Уже там снял пакет с фаллоимитатора, взглядом в парту нашел тень в сумочке Лахтиной — и заснул самотык туда, посильнее его изогнув! Быстро вынул руки, посмотрел на Ирину — нет, вроде не заметила, что я копался у неё в сумке. Слишком уж она смотрела по сторонам и на меня особенно, близко к себе вообще ничего не замечала.

Даже не слушая болтовню дворянок, Лахтина поставила сумочку на стол, открыла — и оттуда почти выпрыгнул, резко разогнувшись, громадный чёрный мужчинозаменитель, ярко сверкая блёстками по всей длине!

— Ах! — испуганно вскрикнула девушка.

Все в аудитории обернулись на этот крик, потом перевели взгляд на то, во что впилась взглядом издавшая его. Послышались сдавленные смешки и фырканье, даже дворяночки не удержались. Разве что Кольцов остался хладнокровным, только удивлённо вздёрнул брови.

— Вау, Ирина! Так вот почему ты была вся в блёстках последние дни! Ты нашла себе мужчину! — громко прокомментировал я и обидно рассмеялся.

— Что⁈ Что ты несёшь⁈ Это не моё! — взвизгнула баронета.

— Ага, это моё. В моей же сумочке….А, нет, в твоей! И он весь в блёстках… как и ты… Блин, ты его хоть куда-то не засовывала⁈ — я снова громко обратил внимание всех на факт блёсток.

— Заткнись! Заткнись! Закрой рот! — не выдержав, заорала Лахтина.

Она так разъярилась, что схватила самотык рукой, размахнулась и запустила его в меня! Я лишь чудом смог уклониться, пропустив этот снаряд мимо себя. Резиновый член просвистел рядом с головой и врезался в стену, оставив на нём пятно с блёстками.

— Эй-эй, поаккуратнее со своим любовником! Я не хочу его касаться после тех мест, где он в тебе побывал! — сварливо заявил я.

— Александра! Прекратите уже! Вы же видите, что Ирина расстроена появлением этого предмета в её сумочке! — напыщенно крикнул Кольцов и подскочил к Лахтиной, приобняв её. — Всё-всё, Ирина, хватит. Такое поведение недостойно дворянки!

— Игорь! — девушка всхлипнула и стала плакать.

— Пф, а самотык в сумочке, значит, достоин дворянки! — фыркнул я, рядом громко захихикала Юля.

— Пойдёмте отсюда, Ирина, не стоит ждать сочувствия от бессердечных людей! — Кольцов стал выводить девушку, в дверях они столкнулись с Рыжовым.

— Куда вы? — удивился преподаватель, заметил валяющийся на полу блестящий самотык. — Что тут вообще произошло⁈

— Мы вынуждены покинуть занятия на сегодня, прошу прощения. — шаркнул ножкой Кольцов.

— Кто-то хочет показать, что он лучше резинового дружка! — хмыкнул я громким шепотом.