Дмитрий Ласточкин – Огонек во мраке: Зов крови (страница 20)

Так что я поступил самым правильным образом, просто переоценил себя и недооценил противника. Ну, ещё и поленился подготовиться. В следующий раз точно нельзя лениться! Так бы успел и оборотня убить, и уйти через Глубину. Эх!

Ну ладно, хватит самобичевания. Слишком долго это делать тоже нельзя, а то теряешь веру в себя.

Хм, а камера какая приличная. Вместо нар, считай, кровать, столик, книжный шкаф, кресло, телевизор висит в углу. Хм, а что там? О, да тут душевая кабинка и унитаз с раковиной! Ну прям не камера, а мини-квартира! Если бы я был ещё мелкой девчонкой, то были бы хоромы! Сейчас уж так себе помещение.

У меня почему-то руки зачесались как-то тут что-нибудь испортить. Не так, чтоб насовсем, мне тут жить неизвестно сколько, но чтоб похоже было на жилое помещение. Оставить надпись «Здесь долгие годы томилась звезда своего времени Саша». Или ещё что-нибудь такое. Кое какая магия мне была доступна, так что возможность была.

Хм… первым делом я направился в душевую кабинку. Зажег огонёк на кончике пальца и вывел на полу надпись «Посмотри наверх». Тонкими линиями, чтоб было почти не видно, но чувствовалось стопами. Протянул руку вверх и буквами потолще выплавил «Ну и хрена ли ты пялишься, дебил?». Ха! Неплохо! Вспомнились времена училища и учебки, где мы вовсю прикалывались друг над другом. Возраст у меня вполне сопоставимый!

Тэкс, куда ещё свои таланты приложить? О! Унитаз! Очень скоро внутри оказалась надпись «Улыбнитесь! Вас снимают!». Кхм, банально, надо бы что-то похлеще… О, где примерно находятся глаза, когда сидишь на унитазе? Вот тут. Напишем «Мощнее пук — довольней зрители!».

Ну, пожалуй, тут всё.

Вышел из санузла, с интересом осмотрел обстановку. Книжный шкаф — нужная вещь! Подошел к нему, написал на ребрышке верхней полки «Для самокруток из лобковых волос». Книги тут всё равно гадость какая-то, философские трактаты германских «классиков», будь они неладны, какие-то учебники по самоконтролю, детские книжки с картинками про любовь ко всем… Божечки, это точно должно уйти по написанному мной назначению!

Закончив со шкафом, я только приступил к креслу, как в коридоре послышались шаги, звякнул ключ в замке, и в мою камеру вошли трое — два охранника размером с трёхстворчатый шкаф каждый и тощий тип с такой гнусной рожей, что ему даже представляться не надо было, чтоб понять его профессию.

— Задержанная, вас требуют на допрос. — высокомерно заявил он. — Все попытки сопротивления будут наказываться! Применение магии запрещено! Вам понятно⁈

— Ага. — я пожал плечами.

— На выход! — гаркнул тощий и вышел первым.

Два бугая встали по обе стороны от меня, направили на меня артефактные автоматы, фонящие магией. Хмыкнув, пошел на выход, бугаи семенили за мной, чуть не тыкая стволами в спину.

Проходя мимо камер, которых было не так много, как мне казалось, я поневоле прислушивался к доносившимся из них эманациям магии. Очень-очень слабы, но вполне ощущаемым — в половине камер сидели маги. Правда, совсем слабенькие, никого сильнее Магистра я тут не ощутил. Или это так местная глушилка действует? Может, и я всем Учеником кажусь. Или нет?

Через минут пять меня привели к допросной — небольшой квадратной комнате со стенами толщиной в метр и железными дверями десятисантиметровой толщины. Двери были артефактными, да и в стенах чувствовался флёр магии. Да уж, из этого мешка будет сложновато выбраться, особенно под подавлением магии. Хорошо, пока что необходимости в этом нет.

Посреди комнаты стоял привинченный к полу металлический стол и два стула с разных сторон. Но эти, вроде, не привинченные. Зато пластиковые! Похоже, чтоб никто не схватил стул и не хренакнул следователя по какой-нибудь приглянувшейся части тела. А если и хренакнул, то без последствий.

Следователь, кстати, тоже был тут. Мужчина лет тридцати пяти на вид, с располагающим к себе овальным лицом и короткой бородкой. Мамане, помнится, нравились такие, с бородкой. Надеюсь, эти её предпочтения мне никак не передались!

— Присаживайтесь. — не отрываясь от бумаг перед ним, махнул рукой бородатый.

Меня пихнули стволами в спину, и дверь с чпоканьем закрылась, отрезая от коридора. Ничего не оставалось, чтоб воспользоваться приглашением.

— Меня зовут Ганс Браухер, я старший следователь особого отдела Германской имперской прокуратуры. — представился мужчина. — Не представитесь, чтоб я имел понятие, с кем имею честь беседовать?

— Александра Меншикова. — не стал запираться я.

— Хм, из княжеского рода Меншиковых?

— Нет.

— Понятно. — он что-то черканул в бумагах. — Итак, мы будем выяснять, что же произошло в поместье герцога Шварцхерца. Будет лучше, если вы расскажете это сами, фройляйн Меншикова.

— Без проблем. — я обнадёживающе улыбнулся. — Записывайте! Итак, я ехала на электричке мимо этого района. Смотрю — а там столько красивых зданий! Вышла посмотреть, я люблю смотреть на красивые здания! Но я ж не знала, что это аристократический район!

— Вы простолюдинка? — спросил следователь.

— Дворянка, с личным дворянством.

— Хорошо. — он снова что-то записал.

— Так вот, шла я шла, увидела речку за деревьями, захотела искупаться. Пошла туда. Только проходила мимо чьего-то поместья, как трах-бах, крики, огонь, жуть жуткая! Я спряталась, конечно же, страшно ведь! Потом затихло — и меня схватили какие-то летающие типы! Я им — невиноватая я, я просто мимо шла! А они не слушают ничего, прокляли и сюда запихнули. Вот. Всё.

— Отлично! Интересная история! — похвалил меня следователь. — Только имеется рад недостатков. Во-первых, ближайшая линия электрички — в пяти километрах оттуда.

— Ну, я долго гуляла. Вот и забрела!

— Во-вторых, вас схватили на территории, которую раньше занимало поместье герцога Шварцхерца.

— Это так говорят летающие типы! Вы же не проверяли, что так оно и было? Нет? Ну вот!- я фыркнул с пренебрежением.

— И в-третьих, очевидцы записали всё происшествие, эти видео подшиты к делу и являются уликами.

— Что, так прям и подшиты? Видео? — я не мог не улыбнуться.

— Вы поняли, о чём я.

— Да-да. Ну ладно, так на тех видео снято, как я с кем-то, упаси боже, дерусь? Вот прям я?

— Кхм, вы с применением какого-то заклинания, что скрывает ваш внешний вид.

— То есть на видео не я, а нечто, но вы утверждаете, что там я? Прекрасный пример германской логики!

— Маги, что произвели ваш гражданский арест, дали показания, что вы были под действием заклинания, изменяющего внешность. Это надёжные, заслуживающие доверия свидетели, к тому же из показания сходятся даже в мелочах. К тому же, вы попытались сбежать с места происшествия.

— Пф, стариканы сговорились и оболгали меня! Действительно, чего это мне не бежать от них!

— То есть вы настаиваете, что вы невиновны?

— Абсолютно!

— Хорошо.

Следователь нагнулся и достал из-под стола мою сумку. Откуда⁈ Я же её заныкал подальше, да ещё защитил иллюзией? Впрочем, не удивительно. В округе должны были всё перерыть, ища любые мелочи. Надо было сумку подальше запрятать!

— Это ваша сумка?

— Возможно. Похожа на мою, но не уверена.

Ещё бы я признаюсь сходу! Мало ли что туда успели напихать? Может, там признание в том, что я хочу убить их паршивого кайзера и пять кило взрывчатки. Не-не, вот по факту можно признать что-нибудь, а в общем нет.

— Хорошо. Давайте проверим содержимое.

Следователь стал хладнокровно выкладывать оттуда всё — мои кожаные шмотки, артефакты, снятые с мёртвых магов и оборотней, которых Спящие высосали, мои поношенные трусы, кой какие находки, что скопились в Руинах.

— Вы узнаёте что-то из этого? — Ганс пытливо посмотрел на меня.

— Да. Это всё моё! — я кивнул.

— Вы уверены?

— Конечно!

— Хм. Мы тоже кое что из этих вещей идентифицировали. Вот это. — он поднял двумя пальцами браслет с синим камнем. — Родовой артефакт герцогов Гайстешвахенов. А эти три кольца — составной родовой артефакт, принадлежащий графу Ашу. Другие ювелирные изделия здесь имеют примерно ту же историю. Так каким образом они стали вашими?

— Пф, всё очень просто! — уверенно фыркнул я на него. — Я была в Руинах на Кольском полуострове, Северные Руины. Знаете такие?

— Допустим.

— Иду я такая по ним, иду, смотрю — а это всё лежит кучкой! И никого! Живого никого, я имею ввиду. Какие-то кости валялись вокруг них, но такие, будто им лет триста уже! Все истлели, разваливались при прикосновении. Я и собрала. А всё, что собрано в Руинах, то является собственностью нашедшего! Это закон! Значит это всё — моё!

— У нас немного другие законы. — холодно отрезал следователь. — У нас принято возвращать ценности погибших их семьям, а не обворовывать трупы.

— Там не было трупов, я же говорю. Ну и к тому же, это всё найдено не в вашей стране и по законам Российской Империи является моей собственностью.

— Ясно. — следователь сгрёб всё обратно в сумку. — Что ж, подведём итоги. В убийстве герцога Шварцхерца вы никакого участия не принимали, оказались там случайно, а эти вон родовые артефакты германских благородных семей вы просто нашли в Северных Руинах. Верно я понимаю?

— Всё так! Вы уловили самую суть! — похвалил я его.

— Что ж, прекрасно. На сегодня наше общение закончено.

Следователь достал что-то типа автомобильного брелка, нажал кнопку, и двери за моей спиной распахнулись, впуская тощего типа и двух бугаёв с автоматами. Вздохнув, я поднялся и направился в камеру под их конвоем.