Дмитрий Ласточкин – Огонек во мраке: Погоня за смертью (страница 30)

— Хорошо. Идём, малышка. — Виолетта хмыкнула, посмотрев на меня сверху вниз.

— Ага, пошли, дылда!

Глава 16

Херр Шмитт оказался высоким квадратным мужчиной лет шестидесяти на вид. Он напоминал какого-то актёра, что часто мелькал в сериалах про заокеанских полицейских: ноги тонкие, но торс широкий и пузатый, а руки мощные, как ноги нормальных людей, но короткие. Лысая круглая голова с длинным носом дополняла образ.

При нашем с Виолеттой появлении он поднялся на ноги, неспешно так, без суеты, и расплылся в фальшивой улыбке.

— Фрау Блютигахюгель! Рад вас видеть! Много о вас слышал! — он осмотрел Виолетту с ног до головы, увиденное ему явно понравилось. — Ох, вы пришли с вашей… дочкой? Я не знал, что у вас есть дети.

Сейчас я ему втащу! Оторву его лысую голову и пойду ею играть в боулинг!

— Это… пфы… не дочка. — даже в лёгких сумерках ресторана было видно, что Виолетта покраснела от сдерживаемого смеха. — Моя госпожа — благородная Александра Меншикова.

— Ох, прошу прощения, фройляйн! Я был введён в заблуждение вашей… ммм… вашим молодёжным стилем одежды! — на секунду сделав изменяющееся лицо, Шмитт снова заулыбался.

— Я понимаю, херр Шмитт. — мне очень хотелось спросить «Можно вас называть просто „херр“?», но я сдержался. — Рада нашему знакомству!

— И я, и я. Присаживайтесь, прошу!

Мы чинно расселись за столом, я сразу же взял меню. И уставился в него, как баран на азбуку. Ничего не понятно! Названы вроде по-немецки, так что прочитать я могу, но что такое «Волчий хвост натюрель»? Это вообще как? Настоящий волчий хвост? Или от оборотня? Или это просто куриный хребет с волосами от морковки соломкой, а называется хвостом для антуража?

Так я сидел минут пять, пялясь в меню с подходящей случаю миной, но обратиться к Виолетте или Шмитту гордость не позволяла. Тогда просто заказал десять самых дорогих блюд и чёрный чай, единственное наименование во всей книжице, что я понял.

Пока готовили и несли еду, немец развлекал нас разговорами о свежих новостях, но ничего серьёзного. Так, германский писатель выдал новую книгу, которая просто потрясающая, в берлинский зоопарк привезли трёх панд, они очень забавные, а лето в этом году удивительно жаркое, как бы глупости о глобальном потеплении оказались не глупостями.

Наконец, нам принесли еду, и я испытал шок. Порции были крошечные! Тарелки нормальные, а на них по паре ложек еды. Блин, салат «Наслаждение», заказанный мной, оказался кубиком с гранями где-то в сантиметр, поверх которого лежала веточка петрушки. Наслаждайтесь! И пусть никто не встанет из-за стола голодным!

Ну ладно, Шмитт, сам виноват! Если бы я был сытый, то стал бы очень покладистым. А так я голодный и злой! Надо было в нормальный ресторан вести, где всякие бургеры и котлеты размером с тазик подают, а не в эту дыру!

— Прекрасная готовка! Мммм! Какая палитра вкуса! — Виолетта отрезала крошечный кусочек от чего-то, напоминающего дохлого воробья в грязи, положила себе в рот и закатила глаза в экстазе.

— Да, тут прекрасная кухня! — покивал германец. — А как вам здешняя еда, фройляйн Меншикова?

— Она превзошла все мои ожидания!- честно ответил я.

Вот уж действительно, хрен я когда так плохо ел. Пара блюд вообще напоминала кисель из соплей, еле в себя запихнул — не пропадать же зря.

Германец одобрительно покивал, удовлетворённый моим ответом.

Когда всё было съедено, и мы приступили к чаю, Шмитт решил, что пора переходить к делу.

— Фройляйн Меншикова, фройляйн Блютигахюгель, давайте поговорим о благодарности, которую наши семьи, Коль и Шмитт, могут вам оказать. — активно шевеля пальцами сложенных на столе рук, начал Шмитт.

— Вы уже предоставили нам прекрасный номер в отличной гостинице. — я улыбнулся, кидая первый камешек.

— О, это просто небольшой жест, чтоб вам было комфортно! Это даже не благодарность! Вы вытащили наших детей из тюрьмы, где они находились больше трёх лет, а это стоит намного больше. Если бы мы ограничились только номером, то вся Германия считала бы нас скрягами и неблагодарными. — уверил нас толстяк.

— Хорошо. — ну, раз сам настаивает. — У нас нет особых каких-то запросов, и мы не намерены паразитировать на вашем чувстве благодарности, поэтому нас интересует только одно — безопасность. Сами понимаете, если против нас действует такой мощный род, как Шварцхерцы, то просить какие-либо материальные ценности просто глупость.

— Конечно-конечно. — собеседник кивнул. — Толь сразу хочу сказать — увы, но мы не сможем обеспечить вам полную безопасность в Германской Империи, кроме как на наших землях. Пока вы гостите у нас, у любой из семей, в той же гостинице, то эти псины не посмеют вас и пальцем тронуть. Но за этими пределами… Боюсь, даже в благодарность мы не имеем права разжигать войну между тремя родами.

— Понятно. — примерно такого я и ожидал. Вряд ли нам бы выделили десяток Архимагов, которые бы только и думали, как уберечь наши задницы от порки. — Но постоянная защита нам и не нужна. У нас есть дело в Германии, которое мы уладим за три, может, четыре дня. А потом уедем обратно в Россию.

— Если на такой срок… — Шмиттт задумался. — Пожалуй, на три-четыре дня мы обеспечим вам защиту даже за пределами наших земель.

— Было бы неплохо! — улыбнулась Виолетта.

— Что вы можете нам выделить? — более конкретно поинтересовался я.

— Думаю, каждая семья выделит по Грандмагу для вас. — подумав, выдал Шмитт.

— А если по два? — Виолетта наклонилась чуть вперёд, демонстрируя довольно глубокое декольте, изумрудные глаза влажно заблестели, сосредоточившись на лысике.

— Гхм. — тот не выдержал такого напора, откашлялся, поправил галстук. — Я бы и рад, фройляйн, но, увы, Грандмаги — слишком сильные маги, которых не так много даже в наших семьях. Один — максимум, что мы можем выделить. Плюс три Магистра к каждому в поддержку. Вас это устроит?

— Пойдёт. — кивнул.

Примерно на это я и рассчитывал. Сейчас две семьи, Коль и Шмитты, начнут делать подлянки блохастым, раз уж заложники освобождены. Нет, не войной а них идти, но точно хвост прижмут. Но те-то ответят! Значит, надо иметь силу, чтоб свести этот ответ к минимальному ущербу. А сила — это Магистры, Грандмаги и Архимаги. И если в отеле или у себя в поместье они могут нас защитить, пассивно так сказать, своим авторитетом, то, начни мы шнырять по Германии, они пожлобятся выделять нам непробиваемую охрану.

— Ах, херр Шмитт, с вами так приятно вести дела! — заворковала Виолетта, вводя лысика почти в транс.

Похоже, у неё скопилось много нерастраченного обаяния, которое она и обрушила на германца. А просто так, из вредности! А что чего его семья такая жлобская?

— Я… всегда… можете располагать меня… то есть мной! — залепетал тот, осоловев от напора.

Блин, даже я посмотрел на вампиршу как-то… по-новому, так она подавляла волю всех вокруг. Вот же обольстительница клыкастая!

— Херр Шмитт, а когда ваши семьи смогут нам предоставить охрану?

— А? Что? — тот непонимающе посмотрел на меня, и я пихнул Виолетту под столом ногой, от чего та укоризненно посмотрела на меня, но напор убрала. — А, охрану. Хоть сегодня. Транспорт тоже с ней будет.

— Спасибо. — я со вздохом посмотрел на выпитый чай. Пустые тарелки уже унесли официанты. Вроде и посидел в ресторане, а наесться не наелся, даже при моих габаритах. — Наверное, тогда мы вернёмся в гостиницу. Пусть охрана приедет завтра с утра.

— Ох, чуть не забыл, фройляйн Меншикова. — с силой зажмурившись, германец сбросил себя остатки обаяния вампирши. — Нашим семьям хотелось бы узнать, каким образом вы смогли вырваться из антимагической тюрьмы. Признаюсь, мы были шокированы этим! Это место считалось таким, из которого не убежишь — не менее тысячи лет так и было, с момента его постройки. А вы там и недели не пробыли, как сбежали.

— Ответ прост — у меня с собой был артефакт, в котором осталась магическая энергия даже после того места в тюрьме, где её отовсюду высасывали. — поделился я отредактированной версией. — А с магией охрана, которая была не очень-то и сильна, не была проблемой.

— А этот артефакт…

— Простите, но он завязан на мою ауру и в чужих руках всё равно не сработает. Уникальная находка в Карельских руинах, я там была на учебной практике в начале лета. — сразу же срезал я его предположения.

Буду всё валить на орех, не стоит местным знать, что у меня слегка иная методика развития Дара. Кстати говоря, я вот совсем не проверял, может ли орех забрать и использовать кто-то другой. Вдруг может? Но это же моё желание! Проверять я, конечно, не буду, но вопрос интересный.

— Печально. — вздохнул германец. — Ну и, если вы не против, фройляйн, не расскажите о том странном существе, что вы сотворили? Признаюсь, германские маги считаются неплохими химерологами, но подобная тварь даже для нас в новинку.

— Признаюсь, я сотворила её по наитию. — подбирая слова, проговорил я. — У меня не было ничего, кроме небольшого запаса магической силы и тел охранников. Пришлось импровизировать.

— У вас неплохо получилось. — ухмыльнулся Шмитт. — Если вы не хотите выдавать свой секрет, фройляйн Меншикова, то мы можем его у вас… купить. Я слышал, вы недавно порвали со своей семьёй, так что можете быть стеснены в средствах. Как и тот артефакт, что смог выдержать антимагию. Пусть он настроен на вас, но исследовать его это не помешает.