Дмитрий Кувуруз – Кровь и тени Эльдранора (страница 18)

– Чёрт возьми! – неожиданно выругался Айвор, его голос, обычно спокойный и сдержанный, был полон тревоги. Это мгновенно привлекло внимание Рода и Эйдена. – Посмотрите на небо, начинается метель.

Компания синхронно вскинула головы. Небо, которое ещё недавно выглядело серым и хмурым, теперь заволакивалось стремительно надвигающейся стеной тёмных, угрожающих облаков. Они были не просто тёмными – они казались чёрными, как ночное море, готовое поглотить всё вокруг. Лишь несколько слабых лучей дневного света пробивались сквозь эту завесу, но и они быстро угасали, уступая место полному сумраку, который опускался на деревню, погружая всё вокруг в призрачный полумрак.

Мгновение назад холодный воздух казался привычным зимним морозом, но теперь, с каждой секундой, он становился всё более невыносимым, пронизывая их до костей. Ветер, едва ощутимый прежде, превратился в ревущий поток, который поднимал с земли снежные вихри и безжалостно швырял их в лицо. Белые пушистые хлопья снега быстро сменились крупными, колючими ледяными кристаллами, которые сыпались с неба с пугающей силой. Видимость начала стремительно ухудшаться, и скоро всё перед ними превратилось в бесконечную белую пелену.

– Проклятые бури, – пробормотал Род, прищурившись от холода и снежной пыли, которая с каждой секундой становилась всё плотнее. Он опустил голову, чтобы снег не попадал в глаза, и посмотрел на Айвора с беспокойством. – Нам нужно поспешить.

– Айвор, – начал Род, его голос был твёрдым, но ему приходилось перекрикивать свирепеющий ветер. – Собери всех в храме двенадцати богов. Вам лучше оставаться вместе, там безопаснее всего. Переждёте бурю там.

Айвор, услышав слова друга, молча кивнул. Он не стал задавать лишних вопросов – он был человеком, который понимал, когда нужно действовать без промедления. Не теряя времени, Айвор жестом подозвал одного из стоящих рядом мужиков, и тот быстро подбежал ближе.

– Собери людей, – коротко приказал Айвор, прищурив глаза, пытаясь прикрыться от снега, что слепил лицо. – Возьмите провизию на несколько дней и отнесите её в храм. Мы должны быть готовы к буре.

Мужик кивнул без лишних слов и сразу же побежал выполнять приказ, подгоняемый как страхом перед надвигающейся бурей, так и неохотой оставаться снаружи дольше, чем необходимо.

Айвор повернулся к Роду и Эйден, его взгляд говорил о том, что он понял: они готовы уходить. Снег уже начинал быстро засыпать тропинку, а метель разрасталась на глазах, усиливая своё буйство с каждым порывом ветра. В воздухе висела тяжесть принятого решения, которое могло стать роковым.

– Вы серьёзно собираетесь уходить сейчас? – нахмурился Айвор, в его голосе прозвучала смесь удивления и тревоги. – В такую метель? Это безумие!

Род медленно покачал головой, его глаза были полны решимости, но и он понимал, что это решение несёт большой риск. Он тяжело вздохнул, как будто собираясь с силами для следующего шага, но его ответ прозвучал чётко и уверенно, без малейших колебаний.

– Метель продлится несколько дней, Айвор, – сказал он спокойно, но твёрдо. – Нас так завалит снегом, что из дома не выйдешь. Я не могу оставить свою семью на это время.

Эйден, который стоял рядом, кивнул в знак согласия, хотя и знал, что их ждёт впереди нелёгкий путь.

Айвор посмотрел на них ещё несколько секунд, будто взвешивая их шансы. Он видел решимость в глазах друзей и понимал, что переубедить их было невозможно. В конце концов, он махнул рукой, словно признавая своё бессилие перед этим упорством.

– Ладно, – произнёс он, тяжело выдыхая, – но будьте осторожны. У вас мало времени. Если метель наберёт полную силу, дороги вам уже не будет.

Айвор, испытывая внутреннюю тяжесть принятого решения, на мгновение исчез в тени своего дома, оставив Рода и Грэя на пронизывающем холоде. Снег всё плотнее оседал на землю, постепенно стирая их следы, словно природа пыталась стереть любое доказательство их присутствия. Эйден бросил быстрый взгляд на Рода, и тот лишь молча кивнул в ответ. Оба понимали – времени оставалось всё меньше, и каждый миг был на вес золота.

Через несколько минут Айвор вернулся, держа в руках два вида оружия. В правой руке он с усилием удерживал полуторный меч, его остриё едва не касалось земли, а в левой, словно в противовес, был зажат кинжал с заметно затупленным лезвием. На его лице сквозило извинение, как будто он чувствовал, что предоставляет что-то недостойное их сражений.

– Это всё, что у нас есть, – тихо пробормотал Айвор, его голос почти утонул в нарастающем воющем ветре, который кружил снежные вихри вокруг.

Род первым взял предложенный меч, его рука привычно сжала массивную рукоять, но было ясно, что это оружие видавшее виды. Лезвие оказалось поцарапанным, с глубокими зазубринами, а пятна засохшей ржавчины на металле напоминали о долгих годах его службы. Род перевернул меч в руке, изучая каждую деталь, и на его лице мелькнуло разочарование.

– Меч серьёзно изношен, – проговорил он тихо, не скрывая своего недовольства, но не делая акцента на этом. Ему приходилось работать с худшим.

Эйден, не произнося ни слова, протянул руку за кинжалом. Лезвие было холодным, и рукоять, хоть и надёжно легла в ладонь, сразу показала свою негодность – кожа на рукояти потрескалась, от времени стала скользкой, а затупленное лезвие давно не знало мастерской руки кузнеца. Но это было всё, что у них было. В условиях надвигающейся бури даже такое оружие могло спасти им жизнь.

Айвор, видя реакцию друзей, вздохнул и развёл руками, словно пытаясь оправдаться за то, что предложил им столь непригодное снаряжение.

– Я бы дал вам что-то получше, друзья, – его голос звучал с явным сожалением. – Но Монг, наш кузнец, после праздника тяжело заболел. Он не встаёт с постели. Мы не успели привести оружие в порядок. Это всё, что есть.

Род кивнул, сжимая меч крепче. Закалённые в боях, они умели справляться с трудностями. Даже старый меч мог стать надёжным союзником в их руках.

– Благодарю, – коротко сказал Род, принимая обстоятельства. Эйден молча кивнул в знак признательности. Оружие, каким бы оно ни было, – это всё, что у них осталось. И они уже приняли решение вернуться в трактир. Никакая буря не могла изменить этого.

Оба мужчины вновь устремили взгляды на небо, которое постепенно исчезало под тяжестью снежных облаков. Метель уже начинала скрывать очертания деревни, и воздух наполнялся свистящим ветром, который с каждым порывом становился всё более пронизывающим. Снег, кружащийся в воздухе, словно превращался в непроницаемую стену, отрезающую их от всего остального мира.

– Нам пора, – тихо, но решительно сказал Род, коснувшись плеча Грэя, как знак того, что времени больше нет.

Не говоря лишних слов, они двинулись по заснеженной тропе, которая теперь скрывалась под плотным слоем снега. Метель всё нарастала, превращая их путь в борьбу с природой.

Но для них это была не просто дорога домой – это был путь, который вёл к их жизням, к семье и к безопасности. И они не могли позволить себе остановиться.

Эйден и Род шагали по узкой тропинке, которая быстро исчезала под тяжёлыми снежными хлопьями, поглощённая нарастающей бурей. Их дыхание сливалось с холодным, яростным ветром, который, завывая, гнал снежные вихри по лесной дороге, словно торопя их уходить быстрее. С каждым шагом очертания деревни за их спинами становились всё менее различимыми, будто бы само время стирало их из памяти этого мира. Снег так быстро засыпал их следы, что казалось, они исчезали без следа, как будто никогда и не существовали.

Мир вокруг сузился до узкой полосы тропы перед ними, мрачных, запорошенных снегом силуэтов деревьев, вырисовывающихся по краям, и бескрайнего белого моря, которое поглощало землю. Лес, который когда-то казался знакомым и безопасным, теперь приобрёл иную природу – чуждую и враждебную. Густые кроны деревьев над головой тянулись, как ледяные руки, скрывая небо, где метель бушевала с ужасающей силой. Ветер всё сильнее впивался в их лица, а снежные хлопья оседали на их одежде, делая каждый шаг тяжёлым и выматывающим.

Род шагал впереди, его крупная фигура пробивалась сквозь бушующую стихию, как могучий корабль через шторм. Несколько раз он оглядывался на Грэя, словно что-то обдумывая, словно внутри него копошились неотступные мысли. Наконец, нарушив долгое и давящее молчание, Род заговорил:

– Знаешь, Эйден, ты для меня всегда был загадкой, – его голос, наполненный скрытыми мыслями, растворялся в порывах ветра. Род говорил, не оглядываясь, словно разговор был тяжёл для него, и слова давались с усилием.

Он, прищурившись от ветра, поднял глаза, но взгляд Рода был устремлён вперёд. Шаги Рода замедлились, и было видно, как он пытается найти правильные слова для того, что собирался сказать дальше.

– Сколько мы знакомы? – продолжил он, как будто не мог поверить в прошедшие годы. – Пять лет… Пять лет, и ты остаёшься для меня загадкой.

Эйден не остановился, но теперь его внимание полностью было сосредоточено на словах друга. Род редко начинал серьёзные разговоры, особенно такие, которые касались их прошлого. Их дружба всегда была простой – шутки, молчание, короткие фразы, которые не требовали продолжений. Но под этим бескрайним снежным куполом, казалось, что-то изменилось. Некая невидимая грань была пересечена.