Дмитрий Кудесник – Перерождение (страница 48)

Именно этой ситуации я и боялся, ведь планировал всё закончить до того, как она сюда придёт. Теперь же пути отступления отрезаны. В сторону и вниз лезть не выйдет, слишком ровная поверхность, и мне просто не за что ухватиться. Лишь в месте завала было достаточно неровностей для спуска и подъёма обратно. Я посмотрел вниз, затем в глаза черепахи, повторил так пару раз и понял: путь только один. Шансов мало, но чуть больше нуля.

— Чтоб ты сдохла, — ещё зачем-то плюнул вверх.

С этими словами я поджёг верёвку, которую предварительно окунул в жир и затолкал одним концом в горшок. Сам же, оттолкнувшись посильнее, полетел вниз.

В воду вошёл ногами и, вынырнув спустя секунду, очень быстро погрёб в сторону берега. Глубина оказалась всего пару метров, оттого я больно ударился ногами об дно, но, превозмогая боль, всё же оттолкнулся ото дна, чтобы скорее вынырнуть.

Плыл что есть мочи, ведь запас времени был совсем никакой, да я даже точно не знал, сколько.

Едва ступив на берег, услышал взрыв и грохот. Выбирать и бегать было некогда, до ближайшей стены всего метра три. Туда я и нырнул, сделав всего пару шагов.

Сверху меня ничего не прикрывало, а вот со стороны затора лежал валун с меня ростом. К нему-то я и нырнул, как муха перед зимовкой, забившись в щель.

Когда упал под валун, то почувствовал чудовищную боль в ногах, которые, видимо, не успел подтянуть к себе. По ощущениям их чем-то раздавило.

В глазах звёзды от боли, а я ору, не слыша себя. Вокруг такой грохот, что моих криков практически не слышно на его фоне. Спустя пару секунд всё погасло, и я потерял сознание.

Очнулся от того, что хлебнул воды. Хотя какая там вода, темная жижа из мелкого мусора, земли и болотной воды.

Осмотревшись, понял, что меня заливает и через десяток секунд вода поднимется достаточно, чтобы я утонул. Делать нечего, стиснув зубы и завывая от боли, начал вырываться изо всех сил. Через пару секунд понял, что надо перевернуться на спину и упереться во что-то руками. Когда смог вывернуться, из глаз ударили слёзы, а в ногах послышался хруст. Найдя руками точку опоры, набрал побольше воздуха и, уйдя с головой в жижу, всё же смог вырвать ноги.

Тут нарисовалась вторая проблема, меня начало сносить и утягивать с бурным потоком. Дальше началось вообще неописуемое. Держаться на плаву было практически невозможно, и я хватал воздух лишь иногда, а затем меня снова затягивало вниз. Пару раз било обо что-то твёрдое. Спустя целую вечность по субъективному времени я увидел рядом с собой бревно, что в отличие от меня не ныряло каждую секунду, вот за него я и ухватился руками.

Вспышки боли то и дело били по нервной системе, когда ноги ударялись обо что-то под водой. При всём этом водичка не сказать, что тёплая.

В одну секунду от сильного удара в грудь выбило весь воздух из лёгких, а когда мне удалось сделать хриплый вдох, понял, что дерево на полном ходу застряло между двух каменных глыб. Не ушёл под воду лишь потому, что во время удара меня немного закинуло на дерево, и вся верхняя часть сейчас оказалась на нём.

Когда немного пришёл в себя, то осмотрелся, ведь моё плавсредство так и осталось неподвижным. Подняв голову, понял, что оно застряло между неровной скальной стеной и каменной опорой, которая подпирала собой мост.

Глянув назад, увидел, что ко мне на полном ходу плывёт ещё одно бревно, которое вскоре меня окончательно расплющит, столкнувшись с застрявшим.

Как же я был рад, что меч остался за спиной, надёжно закреплённый в ножнах. Достав его, быстро приподнялся на руках, затем одной из них воткнул меч в щель между каменными блоками той самой опоры.

Кое — как подтянувшись, перехватился, чтобы повиснуть на рукояти с помощью подмышки. Второй рукой, схватив себя за одну, потом и за вторую штанину, по очереди закинул ноги на бревно и вовремя. Едва успел до того, как приближающееся столкнулось с застрявшим.

Едва это произошло, я всё же рискнул опустить основной вес на брёвна, а сам быстро зафиксировал меч понадёжнее, чтобы в случае чего, можно было повторить спасший меня только что приём.

Поначалу довольно много мусора приплывало и начинало создавать затор в том месте, где я сейчас был. Но крупных стволов деревьев больше не было. Лишь спустя два часа я смог полностью опуститься на только что созданную плотину, которая перекрыла один из трёх проходов между двумя опорами моста.

— Наконец-то, — облегчённо вздохнул, применив на себя заклинание исцеления. Нет, ноги ещё не пришли в норму, но хотя бы раны закрылись, да и синева ушла. К этому времени успел потерять довольно много крови, и голова здорово кружилась, а исцеление добавило к этому дикий голод. Перепроверив весь рюкзак, съел кусок завалявшегося сухого мяса, несколько сухих ягод, что нашлись на дне, а также небольшой кусочек лепёшки. Всё это было мокрым и грязным, но мне всё равно, голод заставлял не обращать на подобные мелочи внимания.

Далее я выбрал четыре подходящих ветки и стал плотно приматывать полосками ткани к ногам, параллельно сквозь слёзы ставя кости на место. Сейчас порадовался, что исцеляющего заклинания не хватило на их сращивание, ведь потом их бы пришлось ломать заново и сращивать, как положено. Хотя, может, они стояли настолько не на своих местах, что заклинание не нашло, что с чем срастить.

Поставив кости на место, принялся впитывать ману их накопителя, чтобы как можно скорее повторить лечение.

Я сидел на краю моста и смотрел на проплывающий мимо мусор и всякие растения. Вода за последний день стала намного чище, и её уровень постепенно падал. Я лишь час назад смог выбраться наверх, для этого пришлось постараться, ведь лестницу мне никто не подал.

Сперва попробовал сделать из остатка верёвки «кошку», примотав какой-то корень в полметра общего обхвата, но он так и не смог ни за что зацепиться. Край моста не имел зубьев, а представлял собой невысокий, в полметра высотой парапет. Далее я хотел сделать что-то наподобие шеста, по которому поднимусь, но вот беда, ничего подходящего не было, но я смог связать несколько самых подходящих ветвей, но и тут ждал облом. То опора под шестом шаталась и ворочалась, то вся конструкция разваливалась, не выдерживая моего веса. Было предпринято и ещё несколько разных попыток с разными идеями, но всё впустую.

Нырять в воду я тоже не рисковал. Течение тут было таким, что точно снова утащит под воду или ударит головой об валун. И на тот берег я не попаду.

В конечном итоге, жутко злясь и расстраиваясь об утрате, начал ломать свой меч на кусочки по десять сантиметров. Их, с учётом обломка рукояти, как раз хватит, чтобы натыкать между опор и по ним залезть наверх, что я и сделал, сидя сейчас на краю парапета с последним обломком, у которого сохранилась рукоять.

Обидно, конечно, но другие идеи не прокатили, а выбираться оттуда было надо.

Вздохнув последний раз, выбросил рукоять в реку, чтобы не тащить лишний вес, встал и пошёл в сторону скалы. В ней была вырублена дорога, что под пологим углом заворачивала и шла наверх.

Удивило то, что это не какой-либо классический серпантин. В скале вырублен именно проход. Будто бурильная установка прошла по самому краю скалы, оставив прямоугольный проход без одной стены, через который хорошо видна река. Выбравшись наверх, увидел дорогу, которая шла примерно в направлении замка. Делать нечего, по ней и побрёл.

По пути никто не встретился. Птицы попрятались в гнёздах, кронах редких деревьев и дуплах. Остальная живность тоже не подавала признаков присутствия.

— Очень жаль, я бы не отказался сейчас хорошенько перекусить. Согласен даже на совсем маленькую птичку, — такими разговорами я себя развлекал в пути.

Через пору сотен метров я уже шёл с новым посохом, ведь дорога уходила во влажный ил, и мне приходилось прощупывать камни под ним. Хорошо, что слой ила был небольшим, и это не стало проблемой. Будет хуже, когда он подсохнет и станет твёрдым, тогда так просто палку уже будет не воткнуть.

На всякий случай я начал втыкать мелкие, найденные ветки там, где шёл, именно на случай, если не смогу иначе нащупать дорогу.

Местами ил сменялся субстанцией, похожей на торф, и там как раз было бы неплохо, если бы он подсох и стал более рыхлым.

Решив не останавливаться, чтобы не спать в грязи, шёл до середины ночи, под конец еле передвигая ноги от усталости и нехватки еды в организме. Сознание то и дело умоляло плюхнуться задницей в грязь и подремать пару часиков, но я отгонял от себя эти мысли.

Сам не понял, когда, но около уха что-то громко хлопнуло, и началась радостная трель на моём плече. Подняв голову, понял, что на плече Изик. Лишь теперь внимательно посмотрел под ноги и увидел, что в десятке метров от меня уже растёт травка, и нет вездесущей грязи. Дойдя до травки, просто рухнул, тут же выключившись.

Наконец-то сон и отдых забрали меня в свои объятия, а если застужу на сырой земле что-то, то не беда. Великий маг я и кто? Вылечусь.

Утро добрым не бывает.

Проснувшись, не мог даже встать, меня была мелкая дрожь. Сказать, что замерз за ночь, это сильно приуменьшить. Было ощущение, что я спал на снегу в одних портках. К этому стоит добавить боль во всём теле, которая отдавалась при каждой попытке движения. Болело всё: мышцы, суставы, голова, но особенно болели ноги.