Дмитрий Кружевский – Лоскутный мир (страница 39)

— Я не робот, я андроид, товарищ капитан, — поправила его девушка. — Роботы — машины, я живая, просто мое тело и мозг созданы искусственно, а так я такой же человек, как и все.

— Только с ушами на тыковке, — вновь вставил замечание Ставр.

— Нравятся? — с легким ехидством в голосе спросила Кима, скашивая на него глаза и водя ушами из стороны в сторону.

— Безумно, — сделал влюбленные глаза Рябов.

— Гладить не дам, — показал язык Кима и тут же демонстративно прижалась к Максиму, вызвав смешки со стороны остальных солдат и предложения потренироваться на подкатах с поварским котом.

Напряжение, вызванное неожиданной встречей, спадало на глазах, постепенно превращаясь в дружескую беседу соотечественников. Выяснилось, что группа Маркова вышла на разведку и поиск артефактов, поэтому так называемая «крутилка» привлекла их внимание, ибо её появление всегда сопровождалось выбросом различного, порой весьма необычного мусора. Крамов в ответ коротко пересказал об их схватке с кристаллоидами и дальнейшем побеге, вызвав удивленные переглядывания среди их новых знакомых в которых сквозило некоторое недоверие. Тем не менее в слух его никто не высказал, а вскоре солдаты окружили Киму, с интересом разглядывая искусственную девушку и осыпая её порой довольно нескромными вопросами об устройстве и функционировании её организма. Максима сперва несколько встревожило данное внимание, но заметив, что Кима прекрасно справляется сама, порой отпуская довольно язвительные комментарии в сторону вопрошающих, успокоился.

— Капитан, — Маркин отвел его в сторону. — Как к вам лучше обращаться: товарищ, господин, тверл?

— Как вам удобнее, — пожал плечами Крамов. — Можно просто Макс, не очень люблю официоз.

— Я тоже, но частенько приходится, — капитан сунул руку в карман и достав оттуда довольно помятую пачку, протянул её консалу. — Будете?

Максим отрицательно покачал головой.

— Нет, спасибо, а вот один из моих спутников точно бы не отказался. Уверены, что больше перешедших не было?

— На двести процентов, — ответил офицер, прикрывая рукой огонек зажигалки от налетевшего ветерка. — Мы тут с начала проявления «крутилки» и выкинуло только вас. Хотя это блуждающая аномалия, так что ваши товарищи могут быть где-то поблизости…или наоборот в таких ебе…ях, где волки гадить боятся.

— Блин…

— Не проживайте, вернемся в поселок, передадим другим командам, чтобы поискали.

— И на том спасибо, — Максим вздохнул и, бросив быстрый взгляд на задорно смеющуюся в кругу солдат андроиду, признался: — Знаете, капитан, не знаю, что делать дальше.

— Так говорю, приедем на базу там и решим, — капитан затянулся. — Или хотите тут остаться. Нет, амуницией кой-какой и пайками конечно поделимся, но по мне так глупость в этой пустоши торчать, да и опасно…

— Шардсы? — нахмурившись спросил Крамов.

— Своих тварей хватает, — отмахнулся Марков и, затянувшись, добавил: — Поверь, шардсы тут не самый плохой противник, да и редки они стали в этих местах.

— Товарищ капитан!

Марков с Крамовым дружно обернулись.

— Товарищ капитан, — повторила Кима. — Кто-то приближается, судя по всему человек. Там…

Она указал рукой за бронетранспортёр, и солдаты тут же рассредоточились, приводя оружие в готовность.

— Так это ж Танюха топает, — подал голос Рябов, успевший уже взобраться обратно в кузов и теперь обозревающий местность с его высоты из-под козырька раскрытой ладони. — Вон как чапает быстренько, похоже что-то надыбала.

— Это наша разведчица, — пояснил Марков, отбрасывая еще недокуренную сигарету. — Что-то она рано.

Из-за броневика появилась худенькая женская фигурка в переливающемся камуфляже с короткой винтовкой наперевес и резко остановилась, напротив возникшей перед ней словно из-под земли Кимы.

— Быстрая она у тебя, — озадачено хмыкнул капитан.

— Еще какая. Кима, отставить! — бросил Максим. — Это наша!

Андроида молча сделал шаг в сторону, пропуская разведчицу, на раскрашенном бело-желтыми полосами лице которой не дрогнул ни единый мускул.

— Товарищ капитан, разрешите доложить, — отчеканила она, вскидывая руку к козырьку кепи и на миг скашивая глаза на Максима.

— Тань, прекращай, что там у тебя?

— Пара биоргов третьего класса, нас пока не заметили, но думаю это дело времени.

— Ясно, — капитан на секунду задумался, затем кивнул своим мыслям, и резко свиснув для привлечения внимания, приказал: — Сворачиваемся. Идем домой.

Все быстро загрузились в броневик, который внутри оказался куда просторнее, чем могло показаться снаружи. Усевшись на узкую, обитую какой-то черной жесткой тканью тянувшуюся вдоль борта скамью, Максим бросил взгляд в узкую щель бортовой амбразуры и, вздохнув, пробормотал:

— Черт, интересно, куда же мы вляпались на этот раз?

Его перевернуло через голову, закрутило вокруг оси, затем резко толкнуло вперед. Перед глазами мелькнула безбрежная синева, солнце, а затем он покатился вниз с холма, подминая своим телом сочную зеленую траву. Дорнер несколько долгих минут лежал неподвижно лицом вниз, пытаясь унять все еще подкатывающую тошноту, а заодно понять свое место в пространстве, затем медленно перевернулся на спину уставившись в синее небо, покрытое легкими барашками облаков. Неожиданно накатила дикая усталость и безразличие, захотелось закрыть глаза и как в детстве уснуть среди высокой травы, убаюкиваясь её шелестом и ласковыми дуновениями ветерка. Скрипнув зубами, он резко сел, почувствовав, как тут же заныли мышцы спины и места ударов о скрытые в траве камни и, немного помедлив, поднялся, оглядываясь.

Он стоял на склоне довольно высокого холма, вдали виднелась река, за ней явно возделанные кем-то поля, а у самого подножья холма желтой змеей вилась обычная, хорошо утрамбованная, проселочная дорога. Озадаченно хмыкнув себе под нос, он принялся осторожно спускаться вниз, иногда скрипя зубами от неудачного движения. Судя по онемению в некоторых частях тела приложился он ими довольно крепко и благо, что пиктоботы блокировали болевые рецепторы, иначе пришлось бы совсем тяжко. Спустившись вниз, он некоторое время покрутился на месте, прикидывая дальнейший маршрут и, в конце концов, решив, что особой разницы куда идти нет, заковылял вдоль огибающей холм дороги.

Приземистое бетонное строение, похожее на небольшой домик с прямоугольной крышей, вынырнуло из-за поворота, заставив его сбавить шаг, а затем и остановиться в паре десятков метров от него. Оглядевшись и убедившись, что вокруг никого нет, он медленно двинулся вперед, держа руку на прикладе «хазтара» в снаряженном магазине которого все еще оставалось с десяток патронов. Подойдя ближе, он осторожно заглянул внутрь. Постройка была абсолютно пустой, если не считать вкопанной в земляной пол деревянной облупленной скамейки, судя по остаткам краски некогда покрашенной в желтый канареечный цвет, и расчерченного в клетку выцветшего металлического листа. Дорнер несколько минут ошарашенно смотрел на этот лист, чувствуя, как мысли в голове превращаются в плохо сваренную кашу, затем медленно отступил назад и поднял глаза.

— Мурнино, — прочитал он вслух надпись, идущую вдоль козырька остановки. — Черт.

Он судорожно захлопал по карманам, обнаружил искомое в нагрудном, вытянул из него замятую пачку и, достав трясущимися руками сигарету, закурил. Еще раз оглядевшись, он зашел внутрь остановки, скинул рюкзак и, пристроив винтовку на скамейку, плюхнулся рядом. Несколько долгих минут Дорнер сидел неподвижно, затем закрыл глаза и мотнул головой.

— Бред какой-то, полный бред, — пробормотал он.

Открыв глаза огляделся. Увы, но окружающая реальность ничуть не изменилась и его окружали все те же серые бетонные стены, за спиной висел лист с расписанием, а поверхность скамейки под ладонью шелушилась от облезающей краски.

— Бред же-ж….

Марк вновь затянулся ароматным дымом, смотря отсутствующим взглядом на колыхающийся у стены кустик пыльной травы и чувствуя некую растерянность, но тихий монотонный гул, в котором слышались нотки натужности, вывел его из раздумья, заставив вскочить со скамейки. Он некоторое время прислушивался к становившемуся все громче звуку, затем стянул куртку, завернул в неё винтовку, предварительно вытащив магазин и поставив на предохранитель, сунул ту в рюкзак, покрепче затянул клапан, и, прикинув в руке, закинул поклажу на плечо.

Автобус явно когда-то был яркого-оранжевого цвета и знавал лучшие времена. Сейчас же он был пылен, облезл и ежесекундно поскрипывал всем чем можно. Пассажиров было немного: мужичок в стареньком костюме прижимающий к себе корзину с продуктами, пара девчонок в цветастых платьях, да паренек лет пятнадцать безотрывно пялящийся в книгу сквозь стекла очков в тонкой золотистой оправе. На вошедшего никто не обратил внимания, лишь водитель скользнул по его лицу равнодушным взглядом и молча нажал на кнопку закрытия двери. Дорнер прошел внутрь салона, плюхнулся в пыльную мягкость дерматинового сидения и, пристроив рюкзак в ногах, в который раз подумал, что все происходящие с ним напоминает пусть и приятный, но бред. Некоторое время он смотрел в окно, за стеклом которого мелькал вполне обычный земной пейзаж, затем тяжело вздохнул и, криво усмехнувшись, едва слышно пробормотал:

— Что ж, старина, даже интересно, что за выверт судьбы ждет тебя на этот раз…