Дмитрий Крушлинский – Сборник страшных историй. Третий выпуск (страница 4)

Выключенные и, с виду, невинные, мониторы давили на мою психику. Мне все чаще и сильнее казалось, что экраны, как живые смотрят на меня. Я чувствовал их тяжелый безмолвный взор.

Либо это не они, а нечто, находящееся по ту сторону. Что-то, что существует в зеркальном сером мире внутри экранов. Сколько времени оно там живет, в безликом темном зеркале, я задумался об этом, включив фантазию. Потом одернул себя. Вроде не маленький мальчик, а нагоняя сам же себе страху. Я сердито выругался и решительно закрыл экраны своими вещами. На один повесил футболку, а на второй полотенце.

С древних времен, когда впервые люди сумели сконструировать самое мутное зеркало на основе полированного металла, существовали поверья и легенды о мирах и чудовищах, обитающих в зеркале. Оно и понятно, – сложно поверить в то, что отражение не живое. Ведь оно лишь отражает суть реальности, но люди по причине малого ума приукрашивали зеркальный мир, делая его животворным в плохом смысле слова. Сказок про волшебное доброе зеркало очень мало. Зато историй о призраках в отражении – тысячи.

Я расслабился и посмеялся над своим «примитивным животным», сидевшим во мне, как и в любом человеке. Животное в душе всегда ищет повод дрожать от страха или бежать, лишь бы не сожрали хищники. Я улыбался и печатал на планшете, используя программу С++. Начальство дало задание: сделать парочку вспомогательных приложений. Ни несложные. Порой, вся морока с программированием – это именно объем создаваемой среды. Можно небольшое приложение писать более недели, хотя по итогу получится малюсенький набор кнопочек, включенных в общий проект, куда-нибудь в игру, софт или веб-структуру.

Я как раз печатал последний скрипт, чтобы проверить работоспособность текста при переходе в режим среды, как внезапно услышал шорох. Краем глаза я заметил, как футболка сползла с монитора и застыла скомканной материей на столе. Я напугался до шевеления волос, до мурашек, пробежавших по спине. Затем выдохнул, обматерив самого себя за трусость.

– Футболку плохо повесил. – Сказал я вслух и встал с кровати. Она находилась напротив стола с мониторами. Я нередко стал работать прямо на кровати, подключая планшет к розетке, если аккумулятор садился. Так и сидел с проводом, – с прямой связью со стеной, где и была розетка.

Подойдя, я заново повесил футболку. Сделал так, чтобы нижняя часть ткани не перевешивала верхнюю. На всякий случай чуть-чуть подергал за края футболки снизу. Держалась хорошо. Я отвернулся и направился в постельку, наслаждаться лежащей работой, однако и второй монитор показал свою демоническую сторону, сбросив с себя полотенце. На что я уже не отреагировал, как девушка, визжащая от неожиданности. Повесив полотенце на монитор, я так же хорошенько распределил махровую ткань, сделав нижнее полотно легче верхнего.

Вечер прошел без жутковатых событий. Я созванивался с начальниками и заказчиками с фриланс-сайтов. Вел переговоры о новых заказах и даже успел поругаться с одним ненормальным клиентом. Тот потребовал бесплатной переделки всей программы. Договорились о доплате, где мне пришлось перепечатывать некоторые скрипты, маскируя ошибки или стирая лишние символы, вызывающие баги. Уставший и выжатый эмоционально, я лег спать пораньше, перед сном не забыв поглядеть кино, скачанное с торрента. Практически в середине фильма я вырубился, и проснулся к концу. Выключив планшет, снова заснул.

Мне приснилась моя же комната. Я сидел на кровати и неотрывно смотрел на мониторы. Темные экраны медленно увеличивались в размерах. Я боялся их, сердце трепетало, билось о ребра, изо рта выходили стоны ужаса. Мониторы заполнили собою всю комнату, и тьма начала выходить из них, будто бы ядовитый черный туман, клубящийся, тяжелый и явно живой. Я чувствовал, как туман из зеркального мира стремится ко мне. Он голоден. Он или оно желает моей плоти.

Туман достигнул моих ног. И я проснулся. Не было холодного пота или бешено бухающего сердца с криками. Я просто открыл глаза, и весь ужас сновидения растворился в воздухе, как пар из кипящего чайника. Только вот мозги мало чего соображали, зависли, слишком долго загружая и принимая реальность. Я минуты две разглядывал потолок. Потом рот мой выдал мычание в нескромном львином зевке.

Я присел на кровати и уже подумал о дурацком сне, как о шутке Морфея. Ну любит этот мужичок людям кошмары посылать, и бороться с его шалостями бесполезно. Чего я точно не ожидал, так это пасмурной погоды в жаркое лето за окном. И настоящего кошмара, представшего моим глазам.

Полотенце и футболка покинули экраны, возлежав кучками на столе. Мониторы опять смотрели на меня серыми зеркальными поверхностями. У меня все похолодело внутри. Страх вернулся, как бы я ни старался его засунуть обратно во тьму сознания. Страх тяжелой гирей рухнул на душу, и эмоции отреагировали соответствующе, врубив сигнализацию. И если страх – это сирена в городе, протяжно и настойчиво завывающая, как ветер во время шторма, то явление «смотрящих» на меня мониторов – это словно огромная тень, нависшая над несколькими городскими районами. Тень неизвестной и страшной опасности. Длился стрессовый эффект в голове целые минуты. Я с огромным трудом преодолел страшные мысли и чувства, отвел взгляд от мониторов и сжал кулаки.

– Да какого хрена-то?! – Крикнул я и вскочил. Далее мониторы уже обнимались с тряпками, поверх обмотанные скотчем. Я реально психанул, лишив себя экранов для работы. Весь день пришлось заниматься исключительно на планшете. Что удивительно, я прекратил бояться. Сквозь ткань, держащуюся крепко-накрепко на скотче, мониторы не могли меня доставать. И не мог не радоваться. Настроение так повысилось, так подскочил позитив в душе, что я даже позвонил бывшей подруге, пофлиртовав с ней и намекнув на секс этим вечером. Мне повезло, Аня ни с кем не встречалась пока что, и согласилась на свидание с постельным десертом.

Для любовной встречи я быстро сбегал в ближайший супермаркет и прикупил вина, шоколадных конфет и цветок. Надо же как-то умаслить бывшую. Я даже взял плюшевого мишку в отделе игрушек. Анюта обожала плюшевые игрушки. Кстати, расстались мы мирно, просто любовь-морковь прошла. И иногда мы видимся для жаркой ночки, так как нам комфортно друг с другом в плотских утехах. С новым партнером приходится что-то угадывать, изворачиваться, краснеть из-за чего-то, а с Аней такого нет. С ней всегда легко и понятно.

Она позвонила мне, когда я вернулся во двор многоэтажки, еще не зашел в квартиру. Просто очередь на кассе была огромна, а Аня приехала раньше. Сказала, что ждет уже у двери. И что странно, дверь почему-то не закрыта. Я удивился и подумал, что от радости забыл закрыть замок. Вахтерша нашего подъезда – старая бабка – глазастая и подозрительная, всех знала в лицо. Так что воров точно бы не пропустила. А Аню она хорошо знала, и относилась, как к внучке. Потому я и сказал:

– Анют, ты тогда заходи и ставь чайник. Я скоро приду, уже во дворе.

– Ну хорошо. Жду, красавчик! – Шутливо ответила бывшая и повесила трубку. Хотя перед тем, как сделать это, она вдруг что-то пробормотала. Я же услышал еще и какой-то резкий звук, похожий на рвущуюся бумагу.

– Что за… – Сказал я и поспешил к подъезду. Минут пять и буду уже дома. Но что за звук был? Меня это насторожило. Неужели таки воры… нет, очень сомнительно.

В квартиру я влетел, как ошпаренный, заголосив «Аня, ты где?!». В эти мгновения я пребывал в шоковом состоянии, ибо случились ровно две жутких вещи:

Аня куда-то пропала. При этом, ее обувь, темно-синие туфельки, остались у порога. Значит, она явно зашла в коридор гостиной, может сразу же прошла на кухню и включила чайник… нет, прибор был холодным. Даже воды не налила.

Эти дьявольские мониторы стояли открытыми. Кто-то содрал весь скотч, разбросав куски по комнате и порвав ткани. Аня бы такого не сделала. Она не истеричная натура, не страдала психозами. Если только воры. Но куда тогда они могли деть Анюту? И зачем?

Я предположил, что Аню могли похитить и утащить куда-то. Например, на верхние этажи. Но тогда бы я мог услышать крики. Или не мог? Я ринулся с места и затопал по лестнице, тормознув у последнего десятого этажа. Внимательно оглядел все углы и двери квартир. Осмотрел люк на чердак. Он конкретно был заварен. Утащили вниз или спрятались в другой квартире, – вот что мне подумалось. И я тогда принялся ломиться во все двери по всему подъезду. Везде закрыто, либо там жили вполне адекватные соседи, коих я знал в лицо.

Я в состоянии какой-то прострации и дергающего нервы страха спустился к вахтерше и умоляюще спросил, не могли ли выбежать из подъезда моя Аня. Может, она решила подшутить и незаметно выскользнула на улицу. И такое возможно, если вахтерша отвернулась, и Аня этим воспользовалась. Но и это я исключил, так как вахтерша – бабка опытная и звук открывающейся двери слышит, как лисичка «фенек», улавливающая звук угрозы.

Я бился в догадках, возвращаясь обратно в квартиру. Упорно не хотел верить в бесследное исчезновение Ани. Бывшая не могла просто испариться на ровном месте. Я, как безумный крот, изрыл всю квартиру, разбросав вещи, ящики стола, шкафов. Ни одной улики, кроме обуви на пороге.