Дмитрий Краус – Казнь богов (страница 6)
– Торговца?
– Да.
– Потому что его вина – не смертная. Это жадность, не злоба.
– Обман – начало. Сегодня медяк, завтра – жизнь.
– Может быть. А может, он просто кормит семью.
– Закон не делает исключений для голодных.
Арин сжал кружку:
– Тогда твой закон – мертв. Потому что он не видит людей. Только правила.
Тарс откинулся на спинку стула. Его голос стал тише, но не мягче:
– Мой закон держит мир от разрушения. Твое милосердие – роскошь, которую мир больше не может себе позволить.
Арин хотел ответить, но в этот момент дверь таверны распахнулась с таким грохотом, что разговоры оборвались разом.
Толпа ввалилась внутрь – человек двадцать, с факелами, вилами, дубинками. Впереди шел мужчина лет сорока, с лицом, перекошенным яростью. В руках он держал веревку, которой связал руки девушке.
Ей было лет двадцать. Темные волосы растрепаны, лицо в синяках, платье порвано. Но глаза – глаза были не испуганными. Они были пустыми. Как у того, кто уже принял приговор.
Мужчина швырнул ее на пол в центре таверны. Девушка упала, не пытаясь подняться.
– Слушайте все! – прокричал он. – Эта тварь навела порчу на семью Торонов! Муж, жена, трое детей – все мертвы! Их нашли три дня назад!
Толпа загудела.
– Сжечь ведьму!
– Она проклятая!
– Это она принесла хаос!
Арин медленно встал. Тарс тоже.
Мужчина продолжал:
– Тороны были здоровы! А потом она пришла к ним! И через неделю – все мертвы! Их кожа стала серой, глаза потемнели, а изо рта шел дым! Это порча!
Арин сделал шаг вперед:
– Подождите…
– Кто ты такой?! – мужчина развернулся к нему. – Защитник ведьмы?!
– Я не защищаю, – спокойно сказал Арин. – Я хочу разобраться. Ты сказал – кожа серая, дым изо рта? Это не колдовство.
– Тогда что?!
Арин посмотрел на девушку. Она не поднимала глаз. Но он видел – на ее шее, едва заметный, тонкий серый след. Как трещина. Как метка.
Хаос.
Руны на его руках вспыхнули под рукавами – тускло, но он почувствовал жжение.
– Это хаос, – тихо сказал он. – Она заражена. И заразила их. Но не по своей воле.
Толпа замерла.
– Что ты несешь?! – рявкнул мужчина. – Она ведьма! Она знала, что делала!
– Нет, – Арин покачал головой. – Она жертва. Как и те, кого она убила.
Тарс вышел вперед. Броня на нем зазвенела – не металлом, а приговором.
– Она виновна.
Все обернулись.
Его лицо было бесстрастным, но глаза – эти глаза не мигали, не отводились, не прощали.
– Неважно, знала она или нет. Результат один: пять смертей. Закон не делает различий между намерением и последствием. Если она – носитель, она должна быть остановлена.
Арин шагнул между ним и девушкой:
– Остановлена – не значит убита.
– Она опасна. Пока она жива, она распространяет заразу.
– Тогда мы изолируем ее! Найдем способ!
– Способа нет. Хаос не лечится. Он только распространяется.
Толпа начала кричать:
– Казнить!
– Сжечь!
Мужчина поднял дубинку:
– Посторонись, парень. Или ляжешь рядом с ней.
Арин не двинулся. Его рука легла на рукоять меча.
– Я не дам вам убить ее.
Тарс сделал шаг вперед:
– Ты защищаешь виновную.
– Я защищаю тех, кто не может защитить себя.
– Она убийца.
– Она жертва.
– Это одно и то же, когда речь о хаосе.
– Нет! – голос Арина сорвался. – Это разные вещи! Между ними – выбор! Между ними – человечность!
Тарс остановился в шаге от него.
– Человечность – слабость, – произнес Тарс. – В мире, где каждая ошибка стоит жизней, человечность – это роскошь.
– А твоя жестокость – трусость, – выпалил Арин. – Потому что легче убить, чем искать другой путь.
Тарс не дрогнул.
– Тогда покажи мне путь.
– Что?
– Покажи. Как ты спасешь ее. Как остановишь хаос в ее теле.