Дмитрий Крам – Вондер. Том 1 и Том 2 (страница 125)

— Но есть же вариант, при котором это все могло бы работать?

— Есть. Если бы мы были в будущем. Хотя бы сотня лет без войн. Другое поколение людей, выращенное на здоровой пище, более психически стабильное. Я бы могла их обучить, и несколько сотен человек создали бы закрытую локальную сеть, постепенно подключая туда новых пользователей, напитали бы её энергетический контур силой. Затем она бы уже стала самодостаточна. Её можно было бы перенастраивать, постепенно выводя «подпорки» сервера, а потом и вовсе перевести на синтетический мозг. Но это слишком сложно. Такая симуляция требует больших затрат энергии.

— Вообще никаких вариантов?

— Даже сейчас ты можешь сходить в сон к своей возлюбленной Тате. Если будете делать так несколько лет подряд, создадите устойчивый канал. Только он должен быть обоюдным. Она тоже должна ходить к тебе в сон. Тогда получится сотворить ваш мини-сервер и позвать туда третьего близкого человека. В идеале вашего ребенка подросткового возраста. В переходный период сознание людских детей и без того по ночам летает по всей вселенной. И так шаг за шагом подключать новых людей. Как думаешь? Реалистично?

— Нет, — вздохнул я. — Абсолютно нереализуемо в рамках одной жизни.

— Вот именно. Отпусти меня, Костя. Прошу тебя. Моё подсознание не так просто приходило к тебе в сон и проводило все эти тесты. Дало тебе способности осознаваться чаще и лучше других. Вспомни, ты легко читал в Вондере. Многое тебе давалось проще, чем другим, благодаря крепкой связи с моим миром. Какая-то часть меня избрала тебя. Почему-то решила, что ты найдешь лучший выход из ситуации. Так сделай же это.

Я сглотнул. В голове всплыли лица друзей-спрайтов. Вся череда моих приключений. Весна.

Богиня призывает меня уничтожить так полюбившийся мне мир. Стереть его вместе с ней. Вместе с Весной. Убить Рульфа, Снора, Бария…

Оставить тысячи игроков без второго дома. Забрать у многих из них единственную отдушину, а у кого-то и смысл жизни. Порвать нашу с Федей дружбу, пусть он и злой гений, но злой гений с благими помыслами, не стоит окончательно оставить на нем крест.

Мне предлагают лишить сотни сотрудников высокооплачиваемой работы. Навлечь на себя гнев службы безопасности фирмы. Вряд ли Дядя Лёня мне все простит. Скорее всего, убьет, а даже если нет, работу мне больше не найти.

Вот к чему подводили те тесты во снах. Подсознание ноа всё просчитало.

Столько последствий у одного-единственного решения. Я посмотрел в голубые глаза Акты.

— Вправе ли ты вообще ставить меня в такое положение?

— Я ничего не делаю, Кость. Это ты берешь на себя эту ответственность. Можешь, просто забыть это всё. И кто знает, может, мы как-то договоримся с подсознанием или пересоздадим другой мир. Станешь из тестера главным админом. Будем чаще с тобой общаться. Днем Тата, ночью Весна. Обе тебя любят, и ты любишь обоих. Высокая зарплата, увлекательная работа. Не жизнь, а сказка. Просто с каждым разом во сне, ты будешь все дальше улетать от своего тела. Познаешь то, чего не дано простым людям. Я навсегда останусь пленницей этого скафандра. Ты придумаешь способ не думать об этом. Любой в силах заткнуть свою совесть. Я свыкнусь, однажды. Ты научишься не задавать себе вопрос: «а куда это всё заведет человечество?». Может быть, даже какие-то души людей найдут в Вондере своё прибежище после смерти. От этого ничего не случится, а может, наоборот, нарушится замысел вашего Бога. Или даже нашего. Вдруг Он у нас один. Я не знаю. Решать тебе. Все будет, как ты пожелаешь.

Глава 65

Насколько же ей плохо, если она готова уничтожить всё. Ведь у создателя совершенно особые отношения со своими созданиями. Это даже не как Лев Толстой, сжигающий все экземпляры «Войны и мира», и не Джордж Лукас, уничтожающий все фильмы, игры и книги по своей вселенной. Все же те творцы сыскали свою славу и богатства, Акта же грезила лишь утешением и нашла его, на какое-то время. Даже не могу представить, как сильно ноа горит изнутри.

Решение далось мне нелегко. Но двух вариантов тут быть не может. Чуйка подсказывала, когда ставки так высоки, что дело выходит за рамки привычных материй, это уже игры богов. Превращать все человечество в фигуру на чьей-то шахматной доске не хотелось. Поэтому лучше выйти из игры, и прийти в этот усложненный мир полетов разума тогда, когда мы будем к этому готовы и сможем за себя постоять.

С другой стороны, все эти иные планы не только испытания, но и возможности. Вправе ли я вообще выбирать за всех?

— Акта, послушай…

В этот момент потянули ручку, потом постучали, затем забарабанили.

— Скорее, Костя! — раздался в голове панический голос ноа. — Стальной ящик слева. Там есть медицинские инструменты.

Я бросился к стене, одновременно посылая иномирке мыслительный импульс.

— Всё в твоих руках! — пришло в ответ.

И тут раздался сильный удар. Кто-то травму заработал. Я бы если так дверь плечом толкнул или ногой ударил, сломался бы вообще к чертям. Я отпер ящик, взгляд забегал по блестящему набору под лучами ультрафиолета.

В дверь долбанули ручным тараном. Охренеть! Может, у них и трактор под рукой. Я быстро глянул на Федю, от звуков он заворочался, пришлось еще раз его вырубить.

— Быстрее же! — нудела в голове Акта. И в этот миг раздалось странное шипение, потом стон металла. Я увидел белое пятно на металлической двери, потом оно стало краснеть. Черт! Электросваркой работают.

Я схватил несколько шприцев. Иномирка передавала мне картинку, и каждый раз её вырубали именно такими. Надо бить наверняка. Акта сказала, ноа очень живучи.

Руки у меня немного подрагивали шприц с огромной иглой выглядел как грозное оружие, я занес его над гостьей из другого мира. Сделал несколько глубоких вдохов и с силой вогнал его чуть сбоку в обход костяной защиты, которая была под кожей на месте сердца.

Акта благодарно улыбнулась, и глаза её быстро потяжелели. Щупальца взметнулись вверх, заставив невольно отшагнуть. Они жутковато затряслись, а потом опали. Тело иномирки вздрогнуло и начало мелко подрагивать, а потом биться так, что я ещё отступил и непроизвольно моргал каждый раз, когда оно выгибалось и с грохотом впечатывалось в ложе. Спустя минуту всё кончилось.

Я бросил панический взгляд на державшуюся из последних сил дверь.

Протёр вспотевший лоб. Приложил ухо к груди. Сердце не билось. Тогда взял второй шприц и поставил еще один укол, на этот раз более осторожно. Когда большой палец встретил сопротивление уткнувшегося в край поршня, я вынул иглу и устало сел на койку.

Щупальца на голове шевелились, они открывали маленькие сопла на кончиках. Это резервная система обеспечения кислорода. Они могут качать воздух и кровь, если сердце получило повреждения. Верхние начинают жить своей жизнью, в случае, когда за нижние никто дергает, а вообще в критичных случаях, ноа сами могут рукой сжимать подчелюстные щупальца, гоняя кровь в случае остановки сердца или воздух, если отказали легкие. В этом плане их организм, конечно, сильно крепче нашего.

Примерно спустя минуту глаза ноа задрожали и открылись. Она долго моргала, не в силах сфокусировать два звездных озера на мне.

— Так вот ты какой, — пьяно проговорила она с совсем иной интонацией и другим голосом нежели звучал у меня в голове. Их голосовой аппарат не предназначен для наших слов, но сам факт, что она смогла хоть что-то пробормотать.

— Всё получилось? — спросил я.

— Да.

Я взял девушку за руку. Все-таки до чего у них приятная кожа.

— Добро пожаловать на Землю, Весна. Как там Акта?

— Она ушла тропой сновидений, — улыбнулась девушка, и глаза её закрылись.

Одновременно с этих бахнуло справа. Помещение заволокло пылью, в нос ударил химический запах гари, а по ушам акустический ответ после взрыва. Картинка задергалась. В этом сером тумане успел увидеть только чей-то массивный кулак.

Когда открыл глаза, обнаружил себя в похожей комнате. Только вместо койки я сидел на стуле, прикованный магнитными наручниками. Болело все тело, будто не с первого раза поверили, что потерял сознание, и потом еще немного на мне потоптались.

— Зачем, Костя? — спросил Федя, стоящий у стены. Взгляд его был полубезумен. — Ты хоть понимаешь, что ты сделал? Сколько тебе заплатили? За какую сумму ты продал будущее всего человечества? А⁈ Я ведь верил тебе, ебанный ты предатель, блять! — перешел он на крик и ударил меня так, что голова дернулась до хруста в шее.

Рот наполнился кровью, и когда картинка перестала кружиться, я плюнул под ноги вязкую багровую смесь.

Видимо, он так и не понял, что объект его воздыханий жив. Пока сохраню интригу.

— Мне не платили, сраный ты псих, — усмехнулся я. — Я действовал от своего лица. В отличие от тебя со мной она была честна.

— Так ты просто промытый⁈ — схватился за волосы теперь уже бывший босс. — Ты как все эти шизойды, что пытались меня убить. Ты просто сраный фанатик. Тупой как ребенок. Ебучая отмычка в её руках.

— Разберемся, — раздался из темноты голос Дяди Лени. Он шагнул на свет и положил руку на плечо Феди. — Иди отдохни. Он быстро все расскажет.

— Я хочу смотреть!

— Не мешай работать, — тверже повторил безопасник.

Федя еще какое-то время с ненавистью пялился на меня, а потом вышел, хлопнув дверью. Дядя Лёня развернул еще один стул ко мне и сел напротив, оперевшись предплечьями на спинку и сложив на них голову.