Дмитрий Кожеванов – Новая надежда-4 «Игры власти» (страница 5)
Потом мы спели «Катюшу», «Тёмную ночь», на которой глаза гостей и наших девчонок наполнились слезами, а лица сделались очень задумчивыми и возвышенными. Следующую спели «Эх, дороги. Пыль да туман». Получилось очень задушевно. А после «Синего платочка» перед строем вышел Сергей Петрович и зычно начал раздавать строевые команды, и после нескольких перестроений скомандовал: «Песню запе-вай!». И мы запели «Солдатушки, бравы ребятушки» под строевые приёмы, схождения, расхождения и пересечения.
Когда мы снова встали в две шеренги напротив крыльца, и музыка стихла, мы поклонились, а гости стали неистово хлопать в ладоши, свистеть и кричать, выражая восторг и удовольствие от увиденного.
Возвращались в дом уже общей перемешанной толпой. Все сияли улыбками, и исполнители и зрители, получилось действительно здорово. Наши девушки убежали переодеваться в бальные платья. Концерт – это хорошо, но танцы – это святое!
В перерывах мы подходили с нашими советницами по торговле и дипломатии то к одним, то к другим «профильным» гостям, спрашивали совета, поближе знакомили девочек, предварительно договаривались.
В итоге нам посоветовали купить шикарный особняк в нашем районе, который продаётся уже два года и никак не продастся. Он слишком большой для проживания семьи, но маловат в качестве родовой резиденции. А вот для торгового и дипломатического представительства – идеальный вариант. Самый престижный район столицы, полная безопасность, с комфортом могут разместиться до ста пятидесяти человек. Огромный бальный зал, подземный ангар, способный вместить два крейсера, множество рабочих кабинетов, залы для совещаний, столовые, кладовые. И прекрасная старинная дворцовая мебель. Такую сейчас не делают! Выглядит очень солидно и официально!
Мои девочки Брелси с Эларой аж задрожали от желания получить этот дом. Но тут Элара, что-то вспомнив, вскинулась и погрустнела,
– К сожалению, в этом квартале могут держать дома только члены правительства, родственники императора и начальники ведомств.
Нитикс весело посмотрела на меня,
– Дима, ты же у нас глава Агентства Галактического Порядка? – я утвердительно кивнул, а мои жёны понимающе заулыбались.
– Ну вот, значит ты глава ведомства, и даже покруче моего, – Нитикс иронично и смешливо всех осмотрела. Народ понял шутку и по-доброму посмеялся.
– Нужно подтверждение, что соседи не против нашего проживания рядом с ними, – продолжила, ещё не поверив в своё счастье, Элара.
«Я не против!», «Я двумя руками за!», «Конечно въезжайте! Надоело уже, что соседний дом пустует», «Покупайте не глядя! Вот моё согласие», «Жить рядом с такими весёлыми соседями – что может быть лучше?»
Мне на нейросеть посыпались письма с подтверждениями от соседей, что они согласны с нашим проживанием в доме по адресу: 189-й Парковый сквер, дом 2.
Я только воскликнул, «Вау!», и благодарно кивал всем соседям, приславшим письма, говоря им спасибо за гостеприимство. Они в ответ благосклонно и покровительственно улыбались.
Элара, уже с широкой улыбкой, смотрела в глаза своей тёте Нитикс,
– И самое сложное! Нужно получить разрешение от службы безопасности Империи!
Все рассмеялись, а «тётя Нитикс» подбоченилась, сделала величественную осанку, и начала по очереди пристально разглядывать наш взвод особого назначения.
Местный народ затих и сдерживал рвущиеся наружу улыбки, жадно следя за представлением.
Нитикс слегка поморщилась, недоверчиво прищурилась и отрицательно покачала головой,
– Какие-то они все подозрительные, особенно эта, – и ткнула пальцем в Элару. – Я слышала, в детстве она мечтала стать пираткой, – народ захихикал. – Но если вы просите, то так и быть, служба безопасности может пойти навстречу обществу.
Наши соседи перестали сдерживать улыбки и дружно начали скандировать, размахивая бокалами в руках: «Про-сим! Про-сим! Про-сим!»
Нитикс не выдержала, тоже заулыбалась, притянула к себе Элару, обняла и поцеловала.
– Люблю тебя, девочка!
– И я тебя очень люблю, тётя! – счастливо улыбаясь, ответила моя вторая жена, ластясь к главе службы СБ империи, словно котёнок.
Мне на нейросеть пришло официальное сообщение на фирменном бланке СБ: «Уведомление №546414. Сим подтверждается, что барон Кошкин прошёл проверку Службы безопасности империи Аратан на предмет проживания в правительственном квартале «Парковый сквер» на планете Аратан. Барон Кошкин, Дима с планеты Земля, может приобрести в своё владение особняк и прилегающий участок по адресу: 189-й Парковый сквер, дом 2, и использовать его в качестве резиденции баронства Кошкин в столице Империи. Глава СБ Нитикс».
Я радостно улыбнулся, переслал сообщение Брелси и Эларе, и подошёл к Нитикс сказать ей спасибо. Она смешливо на меня посмотрела,
– Что, зятёк, доволен?
Я покивал, благодарно улыбаясь,
– Ещё как доволен, дорогая Нитикс! О таком представительстве мы даже мечтать не смели!
Глава 4. Наш новый дом. Дворец.
Брелси вдруг спросила у министра экономики, с женой, которые стояли рядом,
– А этот дом далеко?
– Неет, совсем рядом. Пешком идти минут двадцать отсюда.
– А давайте пойдём его посмотрим?! – Брелси чуть ни подпрыгивала на месте от радостного возбуждения, и её спонтанное искреннее желание тут же овладело массами.
Все дружно поддержали идею. Соседям было действительно интересно посмотреть, в каком состоянии находится дом, а многие в нём вообще никогда не бывали, но слышали о чудесной обстановке.
Как говорится, есть предложение, нет возражений. У кого-то из соседей был контакт управляющего поместьем, и он был предупреждён, что сейчас придут покупатели, нужно показать особняк.
Мы дружной нестройной толпой вывалились из дома под звёзды аратанского неба – которых было намного больше, чем на Земле, и светили они заметно ярче, ведь Аратан находился в два раза ближе к центру галактики, чем Солнце – и расслабленно побрели в указанном соседом направлении по освещённой ночной подсветкой белой дорожке. Многие предусмотрительно прихватили с собой бутылки с вином, соками и пивом, щедро делясь со всеми страждущими. В нас вселилось чудесное разгульное и бесшабашное настроение, когда любишь весь мир и пьяный без вина, от переполняющей жизни и щемящей яркости момента.
Я заметил слева и справа от нас движение тёмных теней. Охрана Нитикс не спала, бдительно охраняя второго человека империи. Ну и нас заодно.
Вдруг кто-то из наших тихонько запел, переполняемый чувствами, «Ой мороз, моро-оз, не морозь меня!», и мы, не сговариваясь, тут же подхватили, размахивая бутылками с лимонадом и бокалами, громко выводя на всю округу, благо будить было некого, все были с нами: «Не морозь меня, моего коня!»
Наши гости были в эстетическом приятном шоке. Широта песни их поразила и заворожила. Они шли с нами и глупо улыбались, глядя на звёзды. Аратанцы не понимали, о чём песня, но чувствовали успокоение, уют, простор, ширь и восторг от музыкальной красоты «а капелла».
Когда мы закончили, несколько секунд стояла тишина, а потом ночь взорвалась бурей вопросов и возгласов от аратанцев.
Мы объяснили, что это старинная народная песня, история которой теряется в веках.
Нас тут же начали просить спеть ещё что-нибудь такое, старинное, задушевное.
Мы переглянулись с ребятами, я пожал плечами, набрал полную грудь воздуха и запел во всю мощь:
«Чёрный ворон, чёрный ворон,
Что ты вьёшься надо мной?»
И песню тут же, с полным чувством, силой, резонансом на низких нотах, подхватили все наши.
«Ты добычи не дождёшься,
Чёрный ворон, я не твой!
Что ты когти запускаешь
Над моею головой?
Иль добычу себе чаешь?
Чёрный ворон, я не твой!»
Все аратанцы остановились в полном оторопении. На их лицах менялись выражения, как в калейдоскопе: непонимание, испуг, напряжение, ужас. Я увидел, как на руках моих жён дыбом встали волосики. Глаза округлились и замерли на месте, как будто они видели что-то жуткое, глубинное, потустороннее.
В тихом ночном районе, больше похожем на парк, наши голоса звучали широко и возвышенно, как молитва, как заклинание, как песнь побратимов перед битвой. Мы пели со всем чувством и глубиной, которая в нас была.
Через несколько долгих секунд после того, как мы замолчали, опустив голову и вспоминая каждый что-то своё, аратанцы отмерли. Послышались несмелые хлопки, которые почти сразу превратились в овации. Я с удивлением услышал присоединившиеся аплодисменты со стороны окружавших дорогу кустов – охрана Нитикс тоже была под впечатлением.
Ко мне как-то несмело подошли Брелси с Эларой, обняли с двух сторон и положили голову мне на плечо. Брелси задумчиво спросила,
– Дима, это была какая-то ваша молитва богам, или заклинания потусторонних сил, чтобы помогли в бою? – все аратанцы превратились в слух, ожидая ответ. Я пожал плечами,
– Можно сказать и так…
Я не стал сочинять отсебятину, и просто озвучил на языке Интер описание песни, составленное людьми искусства, которое быстренько нашёл через нейросеть в «Гугле»,
– Песня рассказывает о воине, который, умирает от ран в бою и просит птицу – чёрного ворона – передать прощальный привет своей семье. Ворон символизирует смерть и связь с миром усопших. Поётся о мужестве казака в его последние минуты жизни, о его любви к родным. И передаётся традиционное представление о смерти как о «свадьбе» – важном, но печальном переходе в вечность.