Дмитрий Кожеванов – Новая надежда-2 «Имперский дебют» (страница 2)
– Понятно. Доложи, что он собирался сделать? Что вообще произошло, кто он, что он?
В зале поднялся шум, все одновременно высказывали своё мнение и эмоции. Перекрывая галдёж Мозг начал доклад:
– Пилот фрегата «Стремительный» Адам Джонс, игровой ник Адам, нес вахту на мостике корабля. Пользуясь тем, что все ушли на обед, и он остался один, Адам отдал приказ искину корабля заблокировать дверь в командную рубку и осуществить посадку в пустыне штата Невада, США. Искин корабля отнёс приказ пилота в разряд преступных, заблокировал управление кораблём и произвёл выстрел из станнера по преступнику.
Я решительно выдохнул:
– Понятно, Мозг! – я осмотрел наших научников, постарался радушно улыбнуться, и обратился к ним, – Товарищи учёные, спасибо вам огромное за прекрасно сделанную работу! Вы, как всегда, лучшие из лучших! Радуете и балуете всех нас своими гениальными изобретениями. Спасибо вам от всего флота! – присутствующие флотские начальники благодарно закивали, присоединяясь к моим словам. Учёные расплылись в довольной улыбке, – А сейчас вынужден прервать нашу встречу в связи с неожиданными событиями. Останьтесь СБ и разведка, остальным спасибо и до встречи.
Голограммы начали прощаться и растворяться в воздухе. Остался только «эсбэшник» Вячеслав Тихонович и разведчик Муслим Ибрагимович. Я обратился к искину:
– Мозг вызови срочно на голо-связь с нами Сергея Петровича и Константина Сергеевича.
В моей кают-компании вначале появилась голограмма бывшего «особиста», а сейчас куратора нашего научного отдела Сергея Петровича Иванова.
Полковник СБ в отставке, отличный стрелок, рукопашник, диверсант, три боевых награды. С виду совершенно обычный мужчина средних лет, среднего роста и телосложения, на которого посмотришь в толпе и забудешь через минуту. Необычными были только мускулистая шея борца, и голубые глаза выдавали интеллект и волю, смотрели как бы насмешливо, дружелюбно, но в самую душу.
Вторым возникла из воздуха голограмма обедающего начальника штаба нашего флота Константина Сергеевича Шаблина. Вице-адмирал, бывший начальник штаба дивизии атомных подводных лодок-ракетоносцев. Основательный, с внимательным взглядом серых глаз, среднего роста, вытянутое лицо, и коротко стриженная русая шевелюра.
Я поздоровался с вновь прибывшими, и сжато рассказал о происшествии. «Особист» и начштаба восприняли новости сдержано, но зло, заходили желваки на челюстях. Я поставил присутствующим задачу:
– Товарищи офицеры, до пробуждения угонщика осталось чуть меньше двух часов. Используйте все возможности искина Мозга, нашу группировку дроидов-разведчиков на Земле, раскопайте всё. Кто завербовал, как, кто отдавал приказы, откуда. В общем всё.
Через два часа свяжемся и допросим нарушителя. За работу, товарищи! – и я отключился от трансляции.
Подошёл к пищевому синтезатору и взял стакан инопланетного «мандаринового компота». Задумчиво начал ходить по кают-компании, отпивая маленькими глотками из пластикового стакана и рассуждая.
По расположению места посадки понятно, что это дело рук американцев. Непонятно только, какая служба. Там у них столько всяких федеральных агентств, служб и разведок, что чёрт ногу сломит. Ладно, что сейчас думать, информации слишком мало. Что-то предпринимать пока тоже рано. Надо себя срочно чем-то занять. Принцип «Не знаешь, что делать – иди качайся!» снова пришёлся как нельзя лучше. Я допил компот, выбросил в щель утилизатора на стене пустой пластиковый стакан и быстрым шагом пошёл в зал физического развития.
Голограмма зала физ. подготовки Мик сразу отправил меня в тренажёр, и, наверное, чувствуя моё состояние, провёл длинную, но не силовую тренировку, больше направленную на растяжку. В конце тренажёр сделал мне долгий расслабляющий массаж. Действительно расслабившись, я сходил в душ, снова немного перекусил в кают-компании (куда только влезает), а тут и время допроса несостоявшегося угонщика подошло.
Я позвал своего искина:
– Мозг, как у наших офицеров дела с расследованием происшествия, что-то накопали? Готовы допрашивать пилота с фрегата?
– Да, Дима, все собрались в комнате для допросов СБ станции флота. Ждут тебя.
– Отлично, Мозг! Включай трансляцию.
В моей кают-компании из воздуха проявился кусок незнакомого помещения, белый массивный стол со скобами для наручников, с одной стороны пока не было никого, а с другой сидели на стульях начштаба, разведка, Сергей Петрович и начальник СБ флота. Все посмотрели на меня. Я начал первым:
– Ну что, товарищи офицеры, докладывайте, что удалось разузнать по нашему угону?
Доклад начал начальник СБ Вячеслав Тихонович:
– Выяснили следующее:
1. Точка планируемого приземления нашего фрегата – так называемая «Зона 51». Это коллеги нашего Сергея Петровича, занимаются с 60-х годов всеми внеземными делами в США и мире.
2. Обследовав базу, обнаружили подготовленный заглублённый ангар со сдвижной железо-бетонной крышкой, с экранированными стенами. В него планировалось спрятать наш фрегат.
3. Операцией руководил полковник ВВС США Джон Миллер.
4. Вербовку пилота производили люди из ЦРУ.
5. История вербовки: У бывшего продавца супермаркета из Мичигана по имени Адам Джонс болела мать. После того, как Адам улетел в космос, у неё началось обострение. Медицинская страховка кончилась, и ей было отказано в лечении. На Джонса вышли люди из ЦРУ и пообещали положить его мать в самую лучшую клинику и вылечить за государственный счёт, если он приземлит фрегат, на котором служит пилотом, куда ему скажут. Плюс, пообещали положить миллион долларов на счёт, – на словах про больную мать моё сердце сжалось от своей застарелой боли, -
6. Связь с пилотом и вербовка осуществлялись через личные сообщения в игре.
7. Разрешение на проведение вербовки и захват фрегата получено от директора ЦРУ. Скорее всего, согласовано с президентом США.
Слово взял начштаба Константин Сергеевич:
– Моё мнение, что такое спускать с рук ни в коем случае нельзя! Сейчас они завербовали пилота угнать фрегат, а завтра какой-нибудь шахид украдёт сестру капитана линкора и потребует пальнуть по Белому дому или Кремлю! Отпор с нашей стороны должен быть максимально жёсткий, показательно жестокий, чтобы все на Земле поняли – шантажировать флот баронства Кошкин, это гарантированный билет в могилу!
Все офицеры согласно покивали. Продолжил Сергей Петрович:
– Предлагаю ударить с орбиты туннельной пушкой фрегата по усадьбе главы ЦРУ. Это будет знак, который поймут все. Радиус разрушений будет небольшой, всего 50 м, соседние имения не зацепим. Ну, разве что камней накидает по округе и окна соседям выбьет ударной волной.
Все снова согласно покивали.
Я задумался, и начал рассуждать вслух:
– Показательная порка получится сильной, тут не поспоришь. Но что мы с этого будем иметь? Да, покажем, что мы шутить не будем, связываться с нами очень опасно, смертельно опасно. Однако, мы прилюдно унизим США, настроим часть населения против флота, инопланетян и объединения Земли. Однозначно поссоримся с президентом США и его федеральными службами. Получим у себя на кораблях нелояльных членов экипажей выходцев из США. Заварим липкую вонючую кашу, которая будет булькать и пачкать всё вокруг ещё очень-очень долго, – все молчали, опустив головы и глядя вниз. Я решительно продолжил, -
Но и прощать такое категорически нельзя, тут вы абсолютно правы, – я замолчал на несколько секунд, вылавливая в голове соломоново решение. Пока ничего хорошего не приходило, решил сделать отсрочку принятия решения, – Давайте пока допросим пилота. Параллельно ещё хорошенько подумаем.
Открылась дверь, и два абордажника ввели под руки высокого худого мужчину в пилотском комбинезоне нашего флота. Его усадили за стол и пристегнули наручники к скобам. Пилот проявлял апатию и полную покорность. Его взгляд был устремлён в одну точку. Было видно, что он недавно плакал.
– Его били? – спросил я у «эсбэшника», он уверенно ответил, даже немного испугано,
– Нет, конечно, Дима! Когда за ним пришли, он сидел в карцере и плакал.
Я покивал, – Ясно, – помолчал,
– Я могу рассказать за него, что было, я знаю. У меня тоже умирала мама, – пилот вскинул на меня удивлённый, понимающий и испуганный взгляд, – у меня тогда, слава богу, были и деньги, и связи, маму положили в очень хорошую клинику, прекрасные врачи, уход, отношение. Помогали мои друзья, партнёр по бизнесу, мамины знакомые. Это была неделя нашей общей битвы за её жизнь. Мы мотались по городу в поисках нужной группы крови, редких лекарств, искали консультации у лучших светил. Меня поддерживало много людей. И всё равно мне было невероятно тяжело. И я тогда реально был готов на всё, чтобы спасти свою маму, которая лежала в палате, улыбалась мне и радовалась, когда я её навещал каждое утро. А врачи ходили мрачные и ничего толком не говорили.
А теперь представьте, каково было ему, – я кивнул на пилота, – Он был один, без больших денег, в далёком космосе, и знал, что его мама умирает. И ничего не мог сделать. И знаете что? Он всё-таки сделал! Он решился на преступление, да. По законам империи Аратан попытка угона корабля – это хуже убийства, – Адам Джонс обречённо повесил голову. Офицеры, сжав челюсти, твёрдо и сочувственно смотрели на меня, – но он сделал, он спас свою маму. А я не смог.