Дмитрий Корсак – Черно-белая история (страница 43)

— Не спрашивай почему, я и сама не знаю, но пусть побудет у тебя какое-то время.

Наверное, мы оказались слишком беспечными или были слишком заняты своими проблемами, уж я-то точно, и к тому, что нас будут поджидать у церкви, оказались абсолютно не готовы. И лишь когда в нескольких метрах впереди, загораживая проход, нарисовался человек в темном костюме, я сложил два и два. Я схватил Нику за руку и развернулся назад, но и там нас уже ждали. Двое таких же «костюмов» направлялись в нашу сторону. Еще дальше у обочины виднелся черный джип. Почему-то я решил, что потащат нас именно в него.

— Прорывайся в церковь! — бросила мне Ника. — Быстро! Конференц-зал отеля «Санкт-Петербург». Кира.

— Но как же я узнаю эту Киру? — крикнул я.

— Ее ты точно не пропустишь. Она…

И тут на нас напали. Первым кинулся «костюм», преграждавший путь в церковь. Ника дернулась в сторону, пытаясь обмануть преследователя, но первая же подсечка сбила ее на землю. Я уклонился от летевшего мне в голову кулака и ударил ногой в пах. Снизу пес вцепился в чью-то ногу, а сверху атаковал ангел, нанося удары крыльями по голове. «Костюм» сложился пополам, захрипел и упал на одно колено. Нагнувшись, я поднял камень и швырнул его в физиономию другого нападавшего. Ангел толкнул его на землю, а пес окатил фонтаном грязи из ближайшей лужи. Схватившись за ветку дерева, я подтянулся, и сверху заехал ногой ему в лицо. Да, согласен. Нечестно и некрасиво. Зато эффективно. Непривычные к дворовым дракам «костюмы» к подобной тактике оказались не готовы.

Пока я сражался, Нику скрутил третий «костюм». Она безуспешно пыталась отбиваться, а я не мог придти на помощь — ко мне приближался пришедший в себя номер первый. На его физиономии была написана неприкрытая злость.

— Тащи девчонку в машину, — крикнул второй, поднимаясь с газона.

Ника попыталась вырваться. Не получилось — держали крепко.

— Беги — крикнула она мне. — Беги!

И тут тело перестало подчиняться мне, я словно раздвоился. Моя левая нога уже сделала шаг по направлению к спасительной двери, но правая рука порывалась помочь Нике.

— Надо бежать! — гавкнул слева пес.

— Надо помочь Нике! — возмутился ангел.

— Это неразумно! — вновь гавкнул пес.

— Зато правильно, — отрезал ангел.

— Да, правильно, — согласился я, подбирая с земли обломок кирпича.

3

Мы шли по набережной. За гранитным парапетом несла свинцовые воды Нева, вдалеке сверкал шпиль Петропавловской крепости. И хотя это был мой второй переход, я все еще недоумевающе вертел головой, не в силах поверить, что вот так вот, просто сделав несколько шагов в темном коридоре, можно оказаться за много километров от того места, где только что был. Слева бодро перебирал лапами черный пес, а справа, за моим плечом бдительно охранял наши тылы ангел.

— Как работают эти коридоры? — спросил я, нагоняя шагавшую впереди Нику.

Девушка пожала плечами.

— Я не знаю.

— А кто знает?

Она опять пожала плечами.

— Сейчас, думаю, уже никто. Мы просто пользуемся ими.

— Неужели о них совсем ничего не известно?

Когда мне любопытно, я могу быть довольно настырным.

— Почти ничего, — подтвердила Ника. — Эти проходы остались от предыдущей цивилизации.

— А почему в церкви?

— Почему в церкви? — рассеянно повторила Ника, оглядываясь по сторонам. — Ну, знаешь, как это бывает… Современные храмы построены на месте древних святилищ, которые, в свою очередь, построены на месте еще более древних монументальных сооружений. И так далее. Все уже давно позабыли об их истинном назначении, в памяти людей осталось лишь важность, исключительность этих мест. А древнему транспортному механизму все нипочем, он как работал, так и работает.

— Не понял.

— Соборы — это карго-культ. Знаешь, что это такое?

— Еще бы.

— Давным-давно на месте нынешних храмов находились транспортные узлы, откуда можно было попасть в разные места нашего мира или связаться с их жителями. Вроде телефонных станций. Думаешь, почему в храмах на стенах иконы? И почему к ним обращаются? Ничего не напоминает?

Она оглянулась на меня.

— Ну…

— Это тоже карго-культ, — сказала Ника, не дождавшись от меня ничего, кроме невнятного мычания. — Неужели они не напомнили тебе экран переговорного устройства, на котором возникает изображение твоего собеседника?

Я молча переваривал информацию.

— Ну а сами транспортные станции наверняка были очень красивыми и помпезными сооружениями. Посмотри на наши станции метро — дворцы, да и только. Или вокзалы — огромные, шикарные, богато украшенные. Разве храмы тебе никогда не напоминали вокзалы?

Я даже остановился и озадаченно взглянул на пса, на морде которого тут же появилась самодовольная ухмылка. А ведь и правда — есть что-то общее: монументальность, высокие своды, колонны и, конечно же, толпы провожающих и встречающих. Тех, кто пришел проводить отбывающих из нашего мира или встретить вновь прибывших — родившихся… Когда-нибудь в далеком будущем и наши станции метро постигнет та же участь. А это древний храм с системой древних туннелей, скажет экскурсовод нашим далеким потомкам, здесь поклонялись богу Метрополитену. Здесь ему приносили жертву. И укажет на ряд жертвенных столбиков с узкими прорезями, в которые надо опустить монетку.

Кстати, откуда взялось название Метрополитен? Весьма странное для подземной дороги. И какое отношение эта дорога имеет к метрополиям — древнегреческим городам-государствам, основанным на чужих землях? Слова-то явно похожие.

— А еще есть и митрополит, — раздалось справа. — В древности так назывались епископы в этих самых метрополиях.

— Кстати, епископ в переводе с греческого «надзирающий», — хихикнул, повернув ко мне морду пес. — Сам додумаешь, за чем он надзирал, или помочь?

— И много осталось таких «станций-коридоров»? — спросил я, догоняя Нику.

— Нет, не много. В нашем городе всего одна. В Москве тоже одна. В Питере сейчас действуют две: та, через которую мы прошли, и вторая в Исаакиевском соборе. Думаешь, почему церковь всегда хотела прибрать собор к рукам?

— Чтобы контролировать проход?

— Конечно! А все бла-бла-бла о том, что храм должен принадлежать верующим или глупости на тему, будто бы церковь хочет нажиться на входных билетах, — это дымовая завеса. Но в Исаакие проход работает со сбоями… Все, пришли.

За разговорами я не заметил, как перед нами возникла белая громада отеля «Санкт-Петербург».

Бдительный охранник преградил нам путь:

— Простите, но вход на мероприятие только по приглашениям.

— А что за мероприятие?

Он кивнул на плакат, стоящий перед входом в вестибюль, и потерял к нам интерес.

Конференция «Взгляд в будущее», прочитал я и, хлопнув себя по лбу, полез за пазуху.

— У меня есть приглашение!

Я сунул охраннику сертификат участника, схватил за руку Нику и бросился вперед.

Быстрым шагом мы пересекли пустое фойе, где официанты накрывали столы, и прошмыгнули в зал.

По всему было видно, что конференция давно перевалила за экватор. Докладчик — худосочный пацан с выпирающим над рыхлым галстучным узлом кадыком — монотонно бубнил, зачитывая по бумажке тест. Рядом с кулисами нетерпеливо поглядывал на часы ведущий. Зал откровенно скучал.

Ника выбрала место с края. Я плюхнулся рядом и, вытянув шею, принялся рассматривать публику. Ребята, вроде меня. Кто-то слушает, но большинство уткнулись в свои телефоны. У некоторых даже уши заткнуты. И где мне искать эффектную блондинку Киру, которую, по словам Ники, не пропустит ни один представитель мужского пола? Поблизости от меня никаких эффектных, а хотя бы и неэффектных блондинок не наблюдалось. Я привстал с места, стараясь разглядеть дальнюю половину зала, и не сразу понял, что прозвучавшее со сцены «молодой человек, вы хотите что-то добавить?» адресовано мне.

— Да, именно вы, молодой человек. Вы хотите дополнить? Возразить?

— Нет-нет, — ответил я, усаживаясь обратно.

— Но раз уж вы привлекли к себе внимание, то поучаствуйте в нашей дискуссии, — не успокаивался ведущий. — Просим на сцену.

— Давай, — резкий тычок в бок от Ники согнал меня с кресла. — Со сцены зал лучше виден.

Я показал ей кулак и нехотя направился к трибуне.

— Представьтесь, пожалуйста, — попросил ведущий.

Я назвал себя и выжидающе замолчал. О чем здесь говорилось ранее, я не имел ни малейшего представления. Ведущий, похоже, понял мои затруднения.

— Итак, попрошу нашего докладчика коротко сформулировать основную мысль, тезисно, так сказать, — произнес он.