Дмитрий Коровников – Адмирал Империи (страница 16)

— У всех есть слабые места, — усмехнулся я, — в том числе и у наших новых полуметаллических друзей…

Вахта у капитана сухогруза «Македония», криптогрека по имени Аякс Пападакис выдалась сегодня на редкость неудачной. В принципе, каждый день у Айка был не фонтан, так как капитан являлся редкостным ворчуном, хотя и не без специфического юмора. Он вечно ходил с кислой миной на лице и брюзжал по любому поводу. Всё что угодно могло вывести его из неустойчивого состояния душевного равновесия, заставляя Пападакиса взрываться тирадой отборной ругани. В такой момент доставалось всем, от последнего грузчика на судне, до Кабинета министров российского правительства.

— Почему до сих пор не закреплёны контейнеры в четвёртом ангаре?! — орал он на своих подчинённых по рации, на весь корабль. — Я должен лично этим заниматься, или вы господа всё же оторвёте свои задницы и соизволите выполнить работу, за которую я вам плачу?! Вы хотите, чтобы товар вылетел, ко всем чертям в космос?! Если это произойдёт, я вас без скафандров отправлю его подбирать! Бездельники и дармоеды, задумали поиметь на деньги Пападакиса?! Выкусите, это Пападакис поимеет вас, причём, предупреждаю, не только на деньги…

Примерно в таких выражениях он начинал каждую трудовую смену на «Македонии».

Громадный транспортник, которым управлял Айк, и в главном трюме которого мог бы без труда поместиться даже боевой крейсер, совершал регулярные рейсы между системами, когда из одной в другую нужно было перевезти единовременно, либо очень большое количество материала, либо какую-то свехконструкцию. Один такой рейс стоил очень дорого, так как «Македония» ела топлива без меры. Четыре силовые установки, каждая по мощности равная двигателю линкора, были способны разогнать эту махину до скорости в 0.06 астрономической единицы в час. И тут главное было вовремя затормозить — перегруженный корабль был слабоуправляем и мог натворить много бед у причальных модулей. Работал на «Македонии» экипаж из тридцати человек и шестнадцати ботов, над которыми господствовал капитан Пападакис.

Каждую вахту грек надевал свою старую фуражку и, уперев руки в бока, начинал орать на всех, кто попадался ему на глаза. Это продолжалось ровно до того момента, пока он не оказывался в своём любимом кресле, на откидном столике которого, уже должен был дымиться горячий кофе. Только тогда ворчун ненадолго успокаивался и замолкал. Однако в эту смену всё пошло не по намеченному плану. Как только Айк плюхнулся в кресло, экран внешней связи вспыхнул и на нём появился человек, от вида которого наш капитан чуть не захлебнулся своим латте маккиато.

Страшная физиономия, возникшая на экране, принадлежала ханьцу, либо метису, с узкими бегающими глазками и жидкой бородкой и усами. Огромный рваный шрам, вероятно от удара саблей, пересекал всё его лицо. Края этой раны были, как будто, наспех сшиты медицинской нитью, что делало этого человека похожим на уменьшенную копию Франкенштейна.

— Как тебе паспорт выдавали, доходяга, с такой-то рожей, — буркнул Айк от удивления, а у самого по спине побежали мурашки от зарождающегося внутри страха. — Что тебе надо, красавчик?

Синхронный переводчик, встроенный в связь, работал в автоматическом режиме, позволяя свободно понимать друг друга людям разных национальностей. Но перевод не всегда был точным, особенно когда в речи говорившего употреблялись редкие жаргонные выражения…

— Глуши двигатели, толстая свинья-мать! — пропищал высоким голоском, с экрана, незнакомец. — Буду захватывать твой корабль, тебя резать-убивать, потом пытать!

— Ах, ты тварь нерусская! — Айка затрясло. — Я тебе покажу «свинью»! Да я тебя сам на вертел насажу, понял?! Ты что за существо такое, вообще?

— Экран смотри, — оскалился Франкенштейн, демонстрируя редкие кривые зубы. — Двигатели глуши, зараза!

Пападакис взглянул на проекцию приближающегося к «Македонии» корабля. Капитан не сильно разбирался в классах судов, но даже он смог понять, что перед ним сейчас находится боевой крейсер. Корабль был таким же уродливым, как лицо его капитана и весь, как ёж, был утыкан жерлами рельсовых пушек. На трёхмерном изображении были чётко видны, одна — главная, и около дюжины средних орудийных платформ, и все они были сейчас направлены на «Македонию».

— Ё-моё, пираты! — воскликнул Айк, хватаясь за голову. — Опять меня грабят… Когда же всё это закончится!

Он тут же нажал на кнопку связи со своей командой и рявкнул, что есть мочи:

— Полный ход… Рвём отсюда, ребята!

Силовые установки «Македонии» вспыхнули ярко-синим цветом, получив щедрую порцию «интария». Огромный сухогруз стал было уже набирать скорость, как из главного калибра пиратского крейсера вырвался заряд плазмы и ударил в район двигателей. Произошла яркая вспышка и одно из четырёх сопел судна погасло навсегда.

— Куда собрался, свинья-мать?! — закричал «Франкенштейн». — Сказал тебе — сдавайся…

— Ладно, ладно, не нервничай, — поднял руки вверх Айк, отдавая распоряжение отключить остальные двигатели и дрожащими пальцами, набирая на пульте, код-сигнал бедствия.

Буквально через несколько секунд после этого, по всей «Македонии» прошёл страшный скрежет — это разбойничий крейсер с размаху «прилип» к сухогрузу. По уже изрядно помятому корпусу пиратского корабля, было ясно, что стыковаться эти парни явно не умели. Смяв несколько отсеков гражданского судна и раздавив при этом, одну, свою же, орудийную платформу, пираты намертво прикрепились к «Элефанту».

Заработали лазерные аппараты, разрезая внешнюю обшивку сухогруза, и сразу в нескольких местах возникли неровные отверстия, через которые на его борт высыпала целая ватага дико орущих солдат.

Зачем они так сильно орали — неизвестно, если для того, чтобы навести ужас на своих врагов, то грузчики на «Македонии» и без их криков были перепуганы до смерти и попрятались, кто, где успел. Пираты могли вообще не произносить ни звука, потому, как сам их внешний вид был нереально страшен для мирного человека. Их четырёхрукого главаря, с которым общался Пападакис, действительно можно было назвать ещё «красавчиком», в сравнении с некоторыми из его подчинённых.

По отсекам разбегались этакие полулюди-полуроботы, причём, будто слепленные из разных деталей старого конструктора. Типа, всё, что находилось под рукой, сваливалось в кучу, и из этого барахла собирался новый пират. У одного, вместо ног были приделаны колёса от скутера, от чего их владелец разгонялся до бешеной скорости. Из тела другого торчало сразу несколько искусственных щупалец, в каждом из которых он держал оружие. У нескольких, конечности были заменены на манипуляторы, похожие на паучьи лапы. Вся эта свора была разодета в грязные заляпанные лохмотья, которые они называли одеждой.

Визжа на бегу и стреляя, куда попало, бешеная орда, со скоростью горного селя, рассыпалась по «Македонии», в поисках всего, чем можно поживиться. Большинство из пиратов сразу ринулись в грузовые отсеки, надеясь найти там ценные товары, а их командир с несколькими своими приближёнными направился прямиком в рубку. Там он, после недолгих поисков, обнаружил, прятавшегося под столом, капитана Пападакиса.

Тот был уже не так резок в высказываниях, как несколько минут до этого. Холодный пот катился по вискам Айка, когда главарь пиратов взял его искусственной рукой за ворот кителя и как пушинку оторвал от пола.

— Что, свинюшка-мать, пытался убежать от Го Фэня «Язык наружу»? — дыхнул он на бедного грека, несвежим запахом изо рта. — От Го Фэня «Язык наружу» можно убежать только на тот свет, и только когда Го Фэнь «Язык наружу», это позволит сделать…

— Глубокоуважаемый, я в душе не чую, кто такой этот Фэнь, — выдавил из себя Айк, болтаясь на весу, как тряпичная кукла. — Но судя по всему, это очень уважаемый человек, раз вы его упомянули.

— Дурацкий, — заорал пират, — Го Фэнь «Язык наружу» — это я!

— Вот, оно что! — Пападакис не мог не съязвить, даже сейчас, когда его жизнь висела на волоске. — А я сразу-то и не понял. Действительно, я «дурацкий», как вы изволили выразиться. Прошу извинить, что не знал вашего имени-отчества…

— Быстро давай документы на товар! — рявкнул Го Фэнь. — Что везёшь?

— Всё, как обычно — золото, бриллианты, денежные знаки, — не моргнув глазом, сказал Айк, — ведь именно для этого и нанимают самый большой транспорт в Империи…

— А, свинюшка-мать шутник, — оскалился пират, — я тоже люблю шутить, — он обернулся к своим людям, — Приготовить реквизит…

Один из пиратов подбросил вверх небольшой предмет, который сразу же прилип к потолку отсека, и из него выпала наружу верёвка с петлёй на конце.

— Знаешь, почему Го Фэня называют «Язык наружу»? — зловеще улыбаясь, спросил главарь пиратов.

— Позвольте, угадаю, — медленно ответил Айк, опасливо поглядывая на качающуюся верёвку, — возможно у вас проблемы с прикусом, а из-за того что зубов во рту не хватает, то язык периодически вываливается… Нет?

— Хороший, свиньюшка-мать. Не теряет чувства юмора, хоть уже и пованивает от страха, — усмехнулся пират. — Нет, не угадал. Язык, не у Го Фэня вываливается, а у тех, кто качается на этой верёвке. Го Фэнь любит смотреть на агонию таких шутников, как ты. Они весело дёргают ножками и показывают мне язык, а я смеюсь. Очень люблю…