Дмитрий Коровников – Адмирал Империи – 3 (страница 6)

– Слушаюсь, господин адмирал, – кивнул Небаба, видя, как я ему подмигиваю втайне от Айка. – Выполню, все как вы сказали.

– Эй, эй, какой шлюз! – запротестовал новоявленный капитан. – А что, такое тоже есть в ваших кодексах?

– Наказание за трусость, саботаж и неправомерные действия очень суровы во время войны, – подтвердил мои слова, Таран. – За подобное, либо расстрел, либо десять лет плюсом к прежнему сроку…

– Я и не собирался ничего из вышеперечисленного предпринимать, – пожал плечами Аякс, – что за беспочвенные обвинения. Трусить вообще не мое. Помнишь Александр Иванович, как я тебя спас от Бритвы?

– Зарядив ему в голову камнем и еще больше разозлив, конечно помню, – засмеялся я.

– А что нам делать с влюбленной парочкой османов? – спросил Небаба, имея в виду прежнего капитана галеры и лейтенанта его янычар.

– Отправьте на «Громобой» челноком, контрразведка пусть с ними побеседует, – ответил я. – Уговор с капитаном Кая выполнен и жизнь им мы сохранили, дальше уже не наше дело… Кстати, подумайте, как переименовать ваш корабль. «Микадем Хаир» не лучшее название для российского каперского судна.

– Предлагаю назвать его – «Македония» – тут же оживился Айк, вспоминая свою «малышку», которую пришлось отдать флоту.

– Что за гражданское мышление, еще «Ласточкой» давай назовем, – замотал головой Иван Небаба. – Тогда все враги сразу без боя сдаваться начнут… Нет, название должно соответствовать нашей деятельности, носить гордое имя и по-настоящему вселять ужас в сердца врагов.

– Мое предложение – «Бешеная мама Люда», – подал голос Бритва, поглаживая Аркадия. – По-моему очень даже подходит…

– Очень странное название!

– Мама Люда на самом деле не жалела ни себя ни того, кто оказывался рядом, когда она того не хотела, – невесело усмехнулся Бритва, будто знал, о ком говорит. – Точно гордилась своей кличкой, да и вообще ужас, что была за женщина…

– Только не говори, что это твоя настоящая мать, – изумился Айк. – Хотя, тогда все становиться на свои места…

– Что ж, если никто не возражает, пусть будет «Бешеная мама Люда», – улыбнулся я. – Надеюсь, что в реестре флота зарегистрируют такое необычное название для боевого корабля.

Глава 3

Я немного задержался на «Микадем Хаир», теперь называющейся более подходяще – «Бешеная мама Люда», отдавая последние распоряжения ее старшим офицерам. Подумав, что незачем галере в расположении флота мозолить глаза Самсонову, а то мало ли, командующий узнает лишнего или мои корсары отличаться. Пусть «Мама Луда» скроется пока с экранов радаров и начинает патрулирование ближнего пространства.

– Самсонов разогнал османскую эскадру, но большинство ее вымпелов остались невредимыми и до сих пор дрейфуют где-то поблизости от переходов, – сказал я Айку Пападакису и Ивану Небабе. – Среди них такие же корабли, как и ваш, и все они находятся в режиме радиомолчания, боясь попасть на глаза российским патрулям из 27-ой «линейной!». Вот что я думаю, покрейсируйте в разных направлениях по ближнему сектору, будто вы из эскадры султана. Глядишь, наткнетесь на кого-нибудь из оставшихся османов. Если это такая же галера, подходите ближе и, либо тараньте, либо захватывайте с помощью абордажа. Связь не включайте, несмотря ни на что, иначе будете сразу же рассекречены. Османы хоть и начнут ругаться на вас, но все равно подпустят ближе и стрелять не решатся, потому как не поверят, что бывшая «Микадем Хаир» уже им не принадлежит…

– Все понял, Александр Иванович, не беспокойся, я тебе к концу недели таким манером всю султанскую эскадру на буксире перетаскаю, – самоуверенно ответил Айк, все больше и больше входя в роль главного на корабле. – Можно парочку трофейных галер продать на черном рынке местным пиратам?

– Перебьешься, – осек его, я, – это тебе что, игрушки?

– А как же каперское право?! – стал возмущаться Айк.

– Что внутри захваченного судна, бери, если это не награбленное в системе, а сам корабль тащи в расположение флота…

– Ладно, может, тогда я за неделю наберу себе целую дивизию и тогда сам стану адмиралом? – размечтался Пападакис.

– Наберешь, наберешь, – покачал я головой, – с первой галеры начни… А вообще, через неделю нас здесь уже не будет…

– Почему?! – удивился Небаба. – Мы же вроде как победили!

– Победили, да не всех, – вздохнул я, уже покидая рубку, – это только начало, Иван, только первые разведчики были, а дальше даже страшно представить, кто сюда явится…

Я посмотрел на часы, понял, что слишком заговорился и опоздал на несколько минут на военный совет. Прибыв на «Афину» я чуть ли не бегом пронесся по всем палубам и, запыхавшись, влетел в малый зал линкора, где уже собрались командиры дивизий Черноморского флота во главе с командующим.

– Похоже колония на тебя плохо повлияла, Александр Иванович, – неудачно пошутил Самсонов, наблюдая меня в дверях. – Вроде бы в условиях тюремного заключения наоборот приобретаешь навык послушания и дисциплины, а ты, каким отбыл, таким и прибыл…

– Мало срока отмотал, господин адмирал, – ответил я, пытаясь в свою очередь уколоть Ивана Федоровича, – не успел привыкнуть. Вы в следующий раз пожестче статью мне пришейте, чтобы уж наверняка…

– Ладно, шутник, садись, – буркнул командующий, понимая, что именно благодаря ему я безвинно оказался в тюрьме.

Я прошел в зал и сел рядом с Таисией Константиновной, на правах великой княжны Империи с флотским званием, имеющей право находиться на любом военном совещании.

– Что я пропустил? – спросил я у Таси.

– Ничего особенного, Иван Федорович просто так для вида на тебя строжится, – шепнула та. – Говорили о новом изобретении профессора Гинце, которое сильно нам помогло… Комдивы не очень верят, а Самсонов доказывает им обратное, видимо перед этим уже поговорил с Густавом Адольфовичем… А ты почему опоздал?

– У братвы был, смотрящего назначал на галеру, – в шутку ответил я, но Таисия похоже половину слов вовсе не поняла.

– На тебя плохо повлияла тюрьма, – осуждающе покачала она головой.

– Если вы все обсудили, дамы и господа, то с вашего разрешения я продолжу, – со своего места произнес Иван Федорович, смотревший на меня как на врага, видимо ревнуя, что я занимаю внимание его тайной избранницы. – Спасибо…

Самсонов поднялся с кресла и подошел к тактической карте.

– В любом случае, эффективна эта новая технология или нет, покажет ближайшее будущее, – Иван Федорович решил закрыть пока тему изменений электронных полей и перейти к основной повестке. – Пусть ученые разбираются, что там и как действует, и что флот от этого выиграет. А пока, господа, нам предстоит сражаться старым добрым методом – навалом на строй врага, либо попытками отбросить от себя такой же навал уже с их стороны…

Командующий приблизил нужный ему сектор пространства на карте и перед глазами присутствующих четко стали видны все наши корабли, собранные сейчас в районе двух отвоеванных переходов.

– Итак, что мы имеем на данный момент времени, – продолжал Самсонов. – У нас в распоряжении три полнокровные дивизии группы адмирала Белова. Кстати, хочу при всех сказать вам огромное спасибо, Кондратий Витальевич, – командующий посмотрел на своего комдива, – за то, что вы в целости и сохранности, без потери единого вымпела, сумели привести корабли. В условиях, когда за тобой идет по пятам 4-ый флот американцев, это большой успех…

– Ничего сложного, – отмахнулся Белов, которого даже несколько покоробила похвала Самсонова, – главное побыстрей смотаться со своей прежней базы и чтобы силовые установки твоих кораблей работали исправно… Как только авангард адмирала Парсона появился в моей системе, я поджав хвост, так рванул, что американцы, даже если бы и захотели сражения, не смогли бы навязать его нам…

Жилистый, сухой с большой седой бородой, только подстриженной не в стиле флотских, с бакенбардами и выбритым подбородком, какую носил Самсонов, а с простой бородой и усами, как у древнерусского богатыря, Кондратий Белов излучал уверенность, надежность и отвагу, даже не произнося ни слова, только лишь своим видом и манерой держаться.

– Не приуменьшайте собственные возможности и боевые навыки, – усмехнулся Иван Федорович. – Что это вы такое говорите? Ни от кого «черноморцы» не убегали и убегать не намерены. Ваш поход через три звездные системы был примером тактического отступления для соединения с остальными дивизиями флота. Вы все сделали правильно и даже не думайте о какой-то неудаче. Мы, объединившись, победили, а не проиграли на этом этапе кампании.

– Как адмирал, я это понимаю, – ответил Кондратий Витальевич, – но как русскому человеку мне претит, как вы сказали, «отступать», поэтому я и говорю, что это никакое не тактическое отступление, а чертово бегство! Я мог бы сдерживать Грегори Парсона и весь его «вспомогательный» 4-ый флот бесконечно долго у пограничного перехода, а теперь сразу три звездные системы находятся под его контролем!

– Но, тем не менее, вы выполнили свою миссию, – сказал на это командующий, – и прибыли сюда, потому как это было самым правильным решением…

– Надеюсь, что это было не напрасно, – пробурчал Белов.

– Очень даже не напрасно, и вот почему, – Иван Федорович указал на горящую карту. – В ключевой звездной системе, коей является «Бессарабия» на данный момент у нас сосредоточена серьезная группировка. Если считать все наши корабли, которые имеются в наличии, то это – 66 вымпелов. Конечно это с учетом гвардии и остатков 27-ой «линейной», корабли которых в большинстве своем нельзя назвать полноценными боевыми единицами. Но это только пока, работы на крейсерах и линкорах, пострадавших в последнем бою ведутся безостановочно и вскоре многие из них снова войдут в строй…