Дмитрий Королевский – Постфактум. Книга II (страница 9)

Илья помог Годогосту подняться и завёл его вслед за буквально влетевшей в прихожую Ясминой.

– Мал, ты где?! – радостно закричала смуглянка. – Почему не вылез раньше? Меня чуть-чуть не сожрал огромный червяк-мутант! А ты всё прятался, сорванец!

– Уж прости, Ясмина, в том не моя вина, не мог я из короба вылезти, покуда хмарь вокруг непроглядная, словно в колодце сидел глубоком! – Запечник возник в дверном проёме, ведущем в одну из комнат. Выглядел он странно: волосяной покров не переставал мерцать редкими искрами, в больших глазах застыл ужас, замешанный на непонимании происходящего. – Куда я попал? Это место… тут всё мертво… тут ничего нет, жизнь ушла, а мир заполнило нечто жуткое и непонятное, – растерянный голос Мала продолжал звучать даже когда тело, окутавшись в белое свечение, несколько раз пропадало из виду.

Впрочем, это не помешало Малюте поведать друзьям совершенно невообразимые вещи.

Илья слушал и не верил своим ушам, как и поражённая до глубины души Ясмина. Оказывается, в их разрушенном войнами мире, где человеческая цивилизация находилась на грани вымирания, есть нечто подобное магии. И тут посреди пустого города, в этой замурованной с начала войны квартире домовой почувствовал её. Вернее сказать, услышал зов родной души, благодаря чему и смог выбраться из короба. Существо, невидимое человеческому глазу, пригласило Мала в дом, отдало часть своей силы, позволило материализоваться в чуждой среде. Оно не было мутантом – результатом испытания чудовищных военных технологий, а жило в этом доме задолго до войны.

– Он говорит, – Мал сделал паузу, прислушиваясь к одному ему известному собеседнику, а после продолжил неспешно: – Таких, как он, люди называли барабашками или полтергейстами, боялись и всячески договаривались с ними, изобретая смешные ритуалы, не приняв все их проказы и ночной образ жизни. Именно верой человека в неизведанное, страхом и любопытством он питался, существуя бок о бок с семьёй, жившей в этом доме. Но в один из дней они ушли и больше не вернулись, оставив его с пронырливым и вечно голодным котом. Вскоре животное, с которым ему поневоле пришлось подружиться, – кошки способны видеть и чувствовать полтергейстов, – умерло с голоду. Так он остался один, запертый в опустевшем жилище.

– Как его зовут? – спросила Ясмина, присаживаясь на пыльную банкетку, под которой скучковалась различная обувь.

– Когда-то давно люди, почитавшие и остерегающиеся таких как он, дали ему имя Шишко3 [3], – ответил Мал, выдержав паузу, смотря перед собой на невидимого для людей духа. – И оно нравится ему больше, чем какой-то там Барабашка…

– Так это что получается, их в нашем мире много?! – ошалело спросил Илья, прерывая речь запечника. – Чёрт, то есть вся эта хрень существует! Ясмина, ты слышала когда-нибудь байки про злых духов?

Девушка отрицательно покачала головой. Для неё, как и для Ильи, знакомый, материальный мир, к которому они привыкли с детства – рухнул.

– Я тоже не слышал об этом в Интернате, только читал в некоторых книгах, но, как всегда, думал, что это вымысел авторов.

– Всё минется, одна правда останется, – расположившись у стены на придверном коврике, изрёк Годогост. – Были и будут у вас подобные создания, но, как известно – кто больше знает, тот меньше спит. Не знали, не верили в них и жили смиренно, теперь так не будет.

– Ты так спокойно об этом говоришь, – изумилась Ясмина.

– Сударыня, для меня это обыденно, не забывай, откуда я родом, – устало произнёс чародей, оглаживая бороду, и добавил, оживившись: – Другое меня удивило, имя нашего добродушного хозяина, что пустил в избу, – Шишко, у нас лесных духов так кличут. Водятся в чаще, нечистые, грибников да охотников пугают, с дороги сбивают.

– Нас было много, – продолжил запечник, повысив голос, передав ответ полтергейста дословно, и путники умолкли, боясь пропустить информацию. – Говорит, что раньше их было много. Они чувствовали друг друга на расстоянии, поддерживали связь. Но в один миг всё перевернулось с ног на голову. Исчезли люди, а потом Шишко и сородичей перестал слышать. Он не знает, почему это произошло, а выйти за пределы жилища не мог, потому как привязан к нему.

– Всё ясно, такой же пленник своего дома, каким и ты был, Мал, – покачала головой девушка, с теплотой смотря на домового.

– Да, Ясмина, спасибо, что выручила тогда, – Мал шмыгнул курносым носом, большие глаза его заблестели. – Век не забуду.

– А они смертны? – не преминул спросить любознательный Илья.

И вновь Мал замолчал надолго, уставившись в пустоту, и только через две минуты продолжил, смотря на людей:

– Теперь Шишко думает, что да. Что-то неведомое смогло уничтожить всех живых существ. Даже духи не уцелели, а иначе куда бы они делись? Он и сам едва не сгинул, ведь нет людей – нет и пищи. Он истощён и сломлен.

– А как же он тогда выжил? – не унимался парень.

– Он не знает, – развёл ладони в стороны Мал, казалось, что они торчат прямо из его шерсти, совершенно не имея продолжения. – Может, всё дело в двери, закрытой хозяевами квартиры на ключ, тут это сильное сторожевое заклятье. Оно действует, покуда дом не взломают чужие люди, пусть даже помыслы их чисты.

– А мы чуть-чуть не взломали, – Илья посмотрел на притихшего гмура, тот как ни в чём не бывало достал из-за пазухи пачку с отсыревшими папиросами, разломил одну и стал набивать свою трубку табаком, – а Шишко возьми да пусти нас сам, это всё благодаря тебе, Мал, сколько раз ты уже нас выручаешь.

Запечник застенчиво зашаркал по мягкому, разрисованному под дерево линолеуму и вновь на миг исчез, окутанный белым свечением, словно облаком.

Искать еду в доме, где за тобой пристально наблюдает древний дух-невидимка, оказалось очень неуютно, несмотря на то, что Мал передал друзьям его согласие. Однако потребность взяла верх, и путники принялись копошиться в покрытых пылью столах и шкафчиках, стараясь ничего не уронить и не разбить.

Столько разнообразной посуды и другой кухонной утвари, чьё назначение осталось загадкой, Ясмина никогда не видела. Наверняка хозяйка квартиры очень любила готовить и радовать своих родных всякими вкусностями.

В памяти девушки всплыли затуманенные обрывки воспоминаний, исключительных и единственных: костёр, устроенный между сложенными в два ряда кирпичами, железная решётка с закопчённой на ней сковородой. И запах, такой манящий запах оладий. Худая угловатая фигура склоняется над очагом, слышится звон посуды и шипение поджариваемой еды, запахи становятся явственней. Мама готовит завтрак для неё, и девочка ждёт, ещё не зная, как всё хорошее в жизни скоро закончится. Да, отец ещё долгое время будет с ней, но всё больше в статусе – «папа раз в месяц», в то время как ненавистные родственнички окружали круглый год. Он постоянно пропадал в поисках пропитания. Ясмина всё понимала, он старался для неё, для их общины, однако это не ослабляло её душевных и физических мук.

Глава 3

К вечеру погода за стенами пыльной, но уютной квартиры только ухудшилась, как и настроение её гостей. Найденные запасы пропитания оказались донельзя просроченными. Даже оптимистично настроенный Илья после осмотра банок рыбных и мясных консервов со вспученными крышками поспешил отставить их в сторону. Полиэтиленовые пакеты с крупой, а их оказалось немало, также не сохранили продукт. Нашлись ещё пластиковые бутылки с жидкостью, напоминающей воду, но пробовать её побоялись.

– Что смурные такие? – зайдя на кухню и оглядывая заваленный снедью стол, поинтересовался Годогост.

– А то не догадываешься? – раздражённо произнёс Илья, отпихивая от себя консервы. – Одна гниль да труха!

– А кушать хочется невыносимо, – шмыгнула носом Ясмина. Девушка сидела на кухонном уголке, рядом с ней, светясь от счастья, притих Мал. – Глупо было надеяться, но всё равно обидно!

– Собой владеть – всё одолеть, а вы раньше времени нос повесили, – хохотнул в бороду маг. – Чародей с вами, есть у меня в загашнике волшебство одно нехитрое, вмиг всё исправит, станут едьба да питьё свежими да пригодными.

– Ура! – радостно воскликнула смуглянка, подкидывая запечника. – Наш волшебник опять нас накормит!

– Только вот есть проблемка одна, для того чтобы заклинание подействовало верно, мне нужно лично знать вкус пищи, до того как она испортилась, – он поднёс банку рыбных консервов к глазам. – А я такого даже в глаза не видывал.

– Ну давай мы тебе расскажем, – засуетился Илья. – Хотя, если честно, сам ничего из этого не ел, а ты, Ясмина?

Девушка отрицательно махнула головой, переживая, что у них ничего не получится.

– Тогда просто читаем название и ингредиенты на пакетах и банках, думаю, почти все продукты, что использовались для приготовления, тебе известны, Годогост.

– А что, хорошо придумал, отрок, умная голова сто голов кормит, а безумная и своей не прокормит! – одобрил предложение парня маг-самоучка. – Давайте попробуем, правда, я давно этим заклинанием не пользовался, аж совсем чуть не забыл про него.

– А как же твой откат, ты едва не лишился чувств, открывая замок? – взволнованно подметил Илья. – А сейчас снова хочешь творить чудеса. Нет, я лучше останусь голодным. Что, если мы тебя не откачаем, вина-то больше нет?

– Если бы да кабы, да во рту росли грибы, – назидательно поднял указательный палец гмур. – Не переживай, отрок, простое это заклинание, несложное, ему на первых порах обучают магов, оттого сил много не забирает, да и легко управляется.