Дмитрий Корниенко – Душа для Командора (страница 30)

– За кого вы меня принимаете, Кунц? Добывать Разрушитель для Граса с тем же риском, с каким бы я стал добывать его для себя?

– Со значительно меньшим риском! Сами вы до него даже не доберетесь, уж не говоря о том, чтобы завладеть. Вы хоть понимаете, на что замахнулись? А так у вас будет поддержка, операцию разработают лучшие умы разведки Граса. А что вы имеете сейчас? У вас хотя бы есть план?

"Есть, только Кея мне его не говорит", – с горечью подумал Андрей.

– А если Разрушитель не достроен? – спросил он.

– Подождете. Вы неплохой актер. Я был уверен, что говорю с Командором. Ну и со своей стороны я постараюсь развеять все сомнения Адранта на ваш счет.

– Он действительно приказал проверить меня?

– Конечно, – ответил Кунц. – Так что у вас два пути – либо пуститься в неизвестность вместе с этим глупцом Дрэйдом, либо Грас откроет вам дорогу на Крон в обмен на кольцо и посильную помощь в овладении Разрушителем, да еще и выполнит ваши нехитрые пожелания. И у того и у другого пути есть свои преимущества и недостатки.

– Я подумаю. По крайней мере, теперь я точно знаю, где лучше заправить "Тень".

– Учтите, на орбите Крона корабли Коменданта. Вы не войдете в атмосферу.

– Вы не знаете того, что знает Командор, а именно: Крон защищен. Адрант может разметать корабли Лорна и расчистить нам дорогу на поверхность планеты.

– Он откроет огонь планетарной обороны, только если Разрушитель уже готов. А вы уверены, что он готов? Да, договор с Грасом не сулит мирового господства, но этот путь безопаснее. Вы ведь все равно не хотите стать диктатором, так зачем вам Оружие?

– Неважно. В любом случае, если Разрушитель будет у меня, я обещаю вам все то, о чем вы договаривались с Грасом. Получите вы новую жизнь, – заключил Андрей и поднялся.

– Чувствую, не дожить мне до новой жизни, – пробормотал Кунц.

Уже на пороге Андрей обернулся и сказал:

– Вы не упомянули про других Комендантов.

– Союз Комендантов давно бы захватил Крон, если бы догадывался о Разрушителе, – ехидно улыбнулся Кунц. – Скорее всего, об Оружии знает только Лорн, и он решил завладеть всем один.

2

После разговора с доктором Андрей устал, уверенность его куда-то улетучилась, и сил для решающего разговора с Кеей он не чувствовал. Вернувшись в рубку, он уселся в кресло второго пилота и задумчиво водил пальцем по пластику приборной доски.

– Как прошел разговор с доктором? – осведомился Дрэйд. – Начинаю расчет маршрута до ближайшей научной базы противника?

– Приступай, полковник, – вяло согласился Андрей. – Нам подойдет любая научная станция, не подконтрольная Коменданту Лорну. Доктор пока не вызывает у меня подозрений. Попробую разговорить Кею. И кстати, как здесь с едой?

– Все в порядке. В каждой каюте достаточные запасы питательной смеси и воды.

"Теперь понятно, почему они все здесь такие поджарые", – подумал Андрей.

По пути он заглянул в свою каюту, напился воды, долго умывался, а потом стоял, уткнув лицо в полотенце, словно погрузивший голову в песок страус. Предстоял самый сложный и, может быть, самый важный разговор. Но Андрей в этот момент почувствовал такую тоску, что решил сделать паузу и подумать о чем-нибудь хорошем, о том, ради чего, собственно и затеивалось все это приключение. Он подошел к экрану, передающему изображение за бортом, и стал смотреть в него, словно в иллюминатор.

Андрей вспомнил, как несколько лет назад он много размышлял о близости астрономии и археологии. Доказывая свою точку зрения друзьям, Андрей всегда начинал издалека. Со света звезд, проходящего сотни и тысячи световых лет, с далеких галактик, расстояние до которых измеряется уже миллионами и миллиардами. Наблюдая дальний космос в телескопы, мы изучаем прошлое. Иногда далекое прошлое, иногда близкое, но никогда – настоящее. А что там происходит сейчас, нам узнать не дано. Слишком большой и утомительный путь проделал в пространстве свет звезды, пока достиг глаза, прижатого к окуляру. И если археология создает представление о прошлом людей, считал Андрей, то астрономия – о прошлом Вселенной.

Иногда Андрей любил пофантазировать на тему пространства и времени. Например, он представлял, что существует на Земле такое место, где в силу каких-то физических особенностей образовалась аномальная зона, которую свет преодолевает тысячу лет. Соответственно, и отраженный от предмета свет проходил бы путь до зрачка за тысячу лет, и тогда бы глаз видел кусочек мира таким, каким он был в то далекое время. И если бы рядом находился старинный замок, то с одного холма были бы видны лишь развалины с туристами, а с другого, перекрытого аномалией, – лучники на башнях, развевающиеся флаги и горящие факелы. Только что же может представлять собой такая аномалия, задерживающая свет? Может быть, это сжатая Галактика?

Андрей одернул себя и заставил выйти из каюты. Не дело думать о чудесах, когда на хвосте Охотники. Но к Кее он смог войти не сразу, долго колебался, а когда все-таки вошел, заметно нервничал.

– Как мне идет образ Командора? Я убедителен? – спросил Андрей, когда дверь за ним закрылась.

– Ты и в образе неудачника убедителен, – ответила Кея, не глядя на него. – Хорошо перевоплощаешься.

"Вот же умеют женщины с ходу выбить из колеи и заставить думать совсем не о том, зачем пришел", – с досадой подумал Андрей.

Каюта Кеи ничем не отличалась от его каюты, и Андрей не заметил даже тех маленьких нюансов, которые обычно отличают пусть даже временную, но женскую обстановку.

– На чем мы все-таки остановились? – спросил он.

– Все на том же. Мы должны добраться до Разрушителя.

– Это я помню. Ты не сказала мне, что собираешься делать дальше, – сказал Андрей, сев на кровать, так как единственное кресло занимала Кея.

– Ты еще не готов к обсуждению дальнейших планов. Или ты уже разгадал план Орри?

– Я не буду разгадывать загадки. И нет мне никакого дела до Орри, по крайней мере сейчас. На это больше нет времени. Настала пора выбора, – сказал Андрей и поморщился, заранее предчувствуя долгие неприятные пререкания.

– О каком выборе ты говоришь? У тебя сейчас только одна дорога, – не собиралась сдаваться Кея.

– Ошибаешься. Путей много. И от твоего ответа зависит, связан ли будет мой путь с твоим.

– Все твои пути в моих руках.

– Так же как и твой путь – в моих, – Андрей начал терять терпение.

– Если мы так близки, зачем менять дорогу?

– Потому что я хочу знать, куда эта дорога ведет.

– Ты узнаешь об этом позже, – отрезала Кея.

– Тогда наши дороги расходятся, – констатировал Андрей. – Возникли новые обстоятельства, и я отменяю все прежние договоренности.

– Под влиянием новых обстоятельств человек, который раньше не хотел ничего, понял, что ему нужно все? – Кея повысила голос.

– Новые обстоятельства показывают, что ты не можешь обеспечить эвакуацию на Крон.

– Эвакуация – дело Дрэйда. И полагаю, он будет не прочь заменить тебя и в основной миссии, – Кея прищурилась. – Попасть на Разрушитель ему будет сложнее, даже с кольцом, но раз ты выходишь из игры…

– Ты не поняла. Я не выхожу из игры. Я больше не играю с тобой.

– Я все поняла. Но с Разрушителем не под силу играть выскочке с Земли. Забудь об этом. Когда Дрэйд узнает, что ты не тот, за кого себя выдаешь, он с удовольствием свернет тебе шею.

Кея замолчала, а Андрей даже побледнел от злости. Первый раз в жизни поймал он себя на мысли, что убить человека иногда проще, чем договориться.

– Ты блефуешь, – Андрей взял себя в руки. – Когда Дрэйд узнает, что я выскочка с Земли, если он конечно поверит, то шея будет свернута в первую очередь у тебя.

– Когда он узнает, что сможет стать совладельцем Разрушителя, он посмотрит на все по-другому.

– У Разрушителя не может быть совладельцев. У кого кольцо и доступ – тот и владелец. Зачем Дрэйду ты? Да ты проживешь ровно столько времени, сколько ему понадобится на то, чтобы выслушать твой путаный рассказ. К тому же, Кунц на моей стороне. Если понадобится, он подтвердит Дрэйду, что приборы показали успешную реинкарнацию. Но так или иначе болтать я тебе не позволю.

– Ты прикажешь Дрэйду убить меня?

– Нет, ты всего лишь поспишь в капсуле. Но я хочу, чтобы ты запомнила, засыпая, и не забыла, проснувшись: Разрушитель тебе смогу дать только я, если это вообще возможно и если это будет иметь для меня смысл.

Кея замолчала. Она смотрела уже не на Андрея, а куда-то мимо, словно оценивая и отбрасывая десятки вариантов.

– Что ж, сам Командор не сказал бы лучше, – наконец произнесла она, и ее голос смягчился. – Я поделюсь с тобой своими соображениями по поводу дальнейших действий. Не знаю, как ты отреагируешь на мой план именно сейчас, но…

Ее прервал тонкий сигнал переговорного устройства в воротнике куртки Андрея:

– Командор, – раздался голос Дрэйда, – они появились. Вы срочно нужны в рубке.

– Иду, – ответил Андрей и добавил уже Кее: – Поздно. Ступай в капсулу, мы готовимся к прыжку. Если не будешь делать глупостей, мы наверняка договоримся. А сейчас нет времени, – и он демонстративно забарабанил пальцами по запястью левой руки, на которой не было часов.

Отчеканив тяжелыми ботинками по металлическому полу коридора, Андрей вошел в рубку, где Дрэйд изучал плавающие на экране строчки отчета о приближающемся объекте.

– Охотники приближаются. И раньше, чем я думал – технология определения координат не стоит на месте. Это тот самый штурмовой крейсер, который крутился на орбите Земли и выбросил десантный бот. И у него хватит сил проглотить нас. А у нас хватит времени ровно на то, чтобы подтвердить выбор, лечь в капсулы и уйти в подпространство, – Дрэйд говорил быстро, но без надрыва. – Вот цель – научная база расы касеан. Достаточно большая, чтобы у них была возможность нас заправить. И не очень далеко. Единственный минус – все надо будет сделать очень быстро. Вы подтверждаете?