Дмитрий Корнеев – Они вершили Победу. Рассказы и повести из цикла «Ваш подвиг бессмертен» (страница 10)
При штурме Берлина 3-ая танковая Армия наступала на логово фашистского зверя с южной стороны. В нескольких сотнях метров от города на шоссейной дороге стояло противотанковое препятствие (железобетонная стена), а справа и слева располагались противотанковые рвы. За этим препятствием в 30 км находился передний край обороны противника. Был отдан приказ: «Взорвать противотанковое препятствие!» Николаю выделили взвод диверсантов-разведчиков, и он в очередной раз отправился на выполнение боевого задания. Достигнув препятствия, бойцы были встречены шквальным огнем противника. По команде старшего сержанта Терехина ребята скрытно ворвались в траншеи противника и своим ошеломительным огнем вынудили гитлеровцев к сдаче в плен! По итогу было пленено около 20 человек солдат и офицеров. После чего произвели взрыв противотанкового препятствия.
После выполнения этого задания Советские танки ворвались в Берлин, а уже 2 мая 1945 года воины 3-ей бригады Мельникова с флагами выехали из Берлина на освобождение Праги.
Как и многие другие воины – защитники родной Советской земли, Николай прошел сквозь огненный ад, путь этот был долог и тернист, от рядового до старшего сержанта помощника командира диверсионного взвода. А самое главное – вернулся домой героем!
Стражи неба
Лейтенанта Станислава Мироненко война застала на полигоне под Брестом, куда он за несколько часов до ее начала прибыл из Брестской крепости в составе огневого взвода и приборного отделения батареи 393-го отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 42-ой стрелковой дивизии, чтобы участвовать в смотре боевой техники.
На рассвете 22 июня 1941 года шквал огня немецкой артиллерии и авиации ошеломил и вызвал всеобщую растерянность. Сначала даже как-то не верилось, что началась война. Первой задачей было пробиться сквозь огонь в Брестскую крепость к своему дивизиону, но осуществить это не удалось. Под натиском вторгшихся фашистских полчищ воины с боями отходили на восток в сторону города Кобрин. По мере того как части Красной Армии поспешно занимали оборону, растерянность постепенно проходила и они начали давать отпор врагу.
Из Бреста отходили офицеры и красноармейцы дивизиона во главе с командиром. Необходимо сказать, что именно огневой взвод лейтенанта Мироненко стал костяком формировавшихся в ходе боя батарей, а затем и дивизиона, прикрывавшего обороняющиеся части не только с воздуха, но и с земли.
Так сложились первые часы и первые дни войны. Тяжелое это было время! Перед глазами стояли пожарища, разрушенные здания, вздыбленная от разрывов снарядов и бомб земля, летящие на восток армады вражеских самолетов. В ходе оборонительных боев Станислав был ранен, но от направления в госпиталь отказался, лечился при части.
Советские войска были вынуждены отступать, оставляя на поругание противнику родную землю, родных людей. Какой же важной была в это время близость командиров и политработников к рядовым бойцам, их слова поддержки. Они, а через них и активисты: разъясняли обстановку, убеждали бойцов, что те должны выстоять, иначе и быть не может, и конечно призывали всех не падать духом, стойко обороняться, наносить по врагу сокрушительные удары!
Уверенность и прилив сил вызывали прибывающие новые соединения и части, а так же боевая техника. Фронт получал все необходимое для борьбы с противником.
С каждым днем нарастала мощь Советских ударов. Темпы гитлеровских наступлений снижались, обстановка все более стабилизировалась. Затем последовали наши сокрушительные контрудары, развенчивая вражеские планы молниеносной войны. Разгром немцев под Москвой похоронил так называемый миф о непобедимости их «мощной военной машины».
В Красной Армии проходили грандиозные преобразования. С целью более надежного прикрытия войск с воздуха, нанесения более эффективных ударов по вражеской авиации на базе действующих и прибывающих из тыла частей, формировались новые зенитно-артиллерийские соединения. Так осенью 1942 года была сформирована 16-ая зенитно-артиллерийская дивизия РВГК (Резерва Верховного Главнокомандования) состоявшая из четырех полков, вначале оснащенных 37-мм зенитными пушками и пулеметами ДШК, а через несколько месяцев один из полков был перевооружен на 85-мм зенитно-артиллерийские пушки среднего калибра. Силу и эффективность этих соединений вскоре на себе почувствовали фашисты. К тому времени за успешно проведенные боевые действия Станиславу Мироненко было присвоено звание старший лейтенант командир 2-ой зенитно-пулеметной роты 728-го зенитно-артиллерийского полка 16-ой зенитно-артиллерийской дивизии РВГК
Свое боевое крещение эта дивизия получила в морозную зиму начала 1943-го в Воронежско-Касторненской операции, прикрывая части 13-ой Армии генерала Пухова. В ночь перед наступлением Мироненко прибыл в зенитно-пулеметную роту, занимавшую позиции за боевыми порядками пехоты. Общаясь с бойцами, он еще раз разъяснил поставленные задачи, поделился имеющимся боевым опытом.
На рассвете, после мощной артподготовки части Красной Армии, сломив сопротивление врага, устремились вперед. Вслед за наступающими танками и пехотой продвигалась и 2-ая зенитно-пулеметная рота, сбив в первый же день немецкий самолет. Операция развивалась успешно. Уже на третий день наши войска ворвались в Касторное, окружив группировку противника. В этой операции полками 16-ой зенитно-артиллерийской дивизии было сбито более 10 фашистских самолетов.
Совершив многокилометровый марш по бездорожью и снежным завалам, часть дивизии была передислоцирована из района Касторное на прикрытие войск 48-ой Армии генерала Романенко, которые вели трудные наступательные бои на Орловском направлении.
В течение февраля-марта 1943 года полкам дивизии пришлось множество раз отражать яростные воздушные атаки противника, неся при этом потери в людях и технике. Огнем орудий и пулеметов было уничтожено до 20 вражеских самолетов! Личный состав мужественно отбивал атаки, приобретал закалку и боевой опыт.
В память Станислава особенно врезался один эпизод, произошедший 19 февраля в его 2-ой зенитно-пулеметной роте. Фрицы предприняли несколько контратак осуществляемые штурмовиками «Юнекрс-87». Зенитчики 2-ой роты под массированным артобстрелом отражали их налеты. Командующему расчетом сержанту Николаю Клюеву взрывом перебило ноги. Его бойцы прекратили вести огонь и бросились к своему командиру. Истекая кровью, Клюев вернул их обратно к зенитке и приказал продолжать стрельбу. Вновь загрохотали выстрелы и прошитый очередью «Юнкерс» рухнул на землю. Превозмогая адскую боль, сержант чуть слышно поблагодарил товарищей и… умер. Так сражались и умирали за Родину многие Советские воины. ⠀
Сутками зенитчики находились на морозе. В мерзлом грунте в первую очередь делали окопы для орудий, а для самих себя сооружали снежные шалаши: по одному на каждый расчет. Но, несмотря на все трудности и лишения, ребята жили в приподнятом настроении – они нещадно били фашистов и все время шли вперед!
С конца марта Центральный фронт, в составе которого находилась 16-ая зенитно-артиллерийская дивизия, перешел к обороне. Ожидалось большое немецкое наступление. Части дивизии, прикрывая с воздуха обороняющиеся войска, тщательно готовились к предстоящим боям, позднее вошедшим в историю войны под названием Курская битва.
В конце июня 1943-го дивизию посетил командующий Центральным фронтом К. К. Рокоссовский вместе с членом Военного Совета фронта К. Ф. Телегиным и командующим артиллерией В. И. Казаковым. Это было важным событием для всех. Командующий встретился с личным составом, поблагодарил за успешные действия в зимних наступательных операциях. Сообщил, что Центральному фронту вскоре предстоят неимоверно трудные бои с применением большого количества самолетов противника. Выразил надежду о том, что полки 16-ой зенитно-артиллерийской дивизии с честью оправдают доверие Военного Совета, надежно прикроют войска с воздуха, своим умением и отвагой в боях завоюют право называться Гвардейскими. Сразу же было сделано все, чтобы о посещении командующего фронтом знали все воины до единого.
Против Курского выступа враг сосредоточил огромную группировку. Имея цель наступления с севера и юга, он жаждал окружить и уничтожить наши войска, как бы в отместку за свое сокрушительное поражение под Сталинградом.
Днем и ночью командиры рот и взводов вели работу с личным составом, разъясняли коварные замыслы и цели противника, активно готовились к боевым действиям.
Уже ночью с 1 на 2 июля все подразделения и части дивизии, предупрежденные о возможном начале гитлеровского наступления, усилили караулы, выложили противотанковые гранаты в ниши ячеек и щелей вокруг огневых позиций и командных пунктов. Вечером 4 июля командиры управления полка убыли в подразделения. Старший лейтенант Мироненко направился в 4-ую батарею лейтенанта Отари Мирианашвили. Неспокойной была ночь на 5 июля. Воины напряженно ожидали вражескую артподготовку. Однако неожиданно для всех шквальный огонь по сосредоточенным фашистским группировкам и их огневым позициям первой открыла наша артиллерия. Это продолжалось всего несколько минут. Немецкая артподготовка началась значительно позже ожидаемого времени и была уже не столь плотной. Вслед за этим танки и пехота противника начали атаковать наши обороняющиеся войска. Следовавшие одна за другой большие группы фашистских самолетов наносили с воздуха бомбовые удары. Закипела ожесточенная битва на земле и в воздухе, продолжавшаяся много дней!