Дмитрий Колосов – Несущий смерть (страница 20)
— Два года назад, — повторил генерал, обращаясь к невидимому собеседнику.
— В личном деле подобный факт не зафиксирован. Прикажете допросить?
— Нет. Я доверяю своим солдатам. — Сатг отключил связь и развел руками. Она никогда не бывала на Соммете.
Керл уже и сам начал сомневаться. Все же прошло столько времени…
— Может быть, попросить ее принести нам еще кофе? — предложил Сатг.
— Нет, не надо. Наверное, я ошибся.
— Ну, как знаешь. В таком случае тебе пора идти. Отсчет времени пошел. Удачи тебе, Керл Вельхоум.
— Спасибо, — ответил Керл, поднимаясь. — Мне уже желали ее сегодня.
Подойдя к двери, гладиатор внезапно обернулся и спросил:
— Генерал Сатг, а что ты будешь делать, если вдруг наступит день, когда все планеты войдут в Пацифис? Ведь тогда вы лишитесь последних своих врагов.
— Ничего, — генерал изобразил улыбку. — Мы изобретем себе новых.
Командующий Особым корпусом сдержал свое слово. Запоры в помещении, куда поместили Керла, были чисто символическими, но за дверью сидели четверо вооруженных до зубов рейнджеров, саженные плечи которых настраивали Керла на пессимистические мысли. Солдаты были поставлены в известность о том, кто их пленник, и знали, что он собирается освободиться. Поэтому они держались настороже, а входили к Керлу не иначе как вчетвером.
Керл пробыл в своей тюрьме примерно пять часов, но так ничего и не придумал. Скоро должно было стемнеть. Ночью, по словам генерала, караул удвоят. Затем наступит рассвет, солнце медленно доползет до полуденной отметки. Ровно в пятнадцать Керлу принесут обед, а через два часа его поставят к стенке. Сомневаться, что генерал исполнит свое обещание, не приходилось. Гладиатор мерил шагами узкое пространство комнаты и размышлял.
Спасительная идея пришла совершенно неожиданно. Сколь ни хороша была военная подготовка рейнджеров, инструкторы не смогли изменить их психологию, психологию паци. Если человек мертв, значит, он умер, и никак иначе. Именно так подумали охранники, обнаружив, что Керл болтается в петле под потолком камеры. Один побежал докладывать о случившемся генералу Сатгу, другой бросился за доктором. Двое оставшихся стали снимать повесившегося гладиатора. Первый из них придерживал ноги Керла, а второй полез на табурет, чтобы перерезать веревку. С таким же успехом он мог пилить пальцем титановую трубу. Солдат упрямо тупил свой нож о керамическую жилу, и в этот миг Керл открыл глаза. Рейнджер хотел завопить, но кулак гладиатора врезался ему в шею, и посьерранин рухнул с перебитым кадыком. Второму охраннику Керл разбил коленом лицо, а потом добил его, уже лежащего, ударом ножа. Он не спешил и дождался доктора и третьего охранника. Право же, познания Керла в области анатомии были ничуть не хуже, чем у космомеда, явившегося засвидетельствовать его смерть. Тот даже не успел удивиться и рухнул навзничь с раздробленной височной костью. Рейнджера Керл удавил керамической жилой, с помощью которой так ловко изобразил повешенного.
Следовало поторопиться. Керл обыскал мертвецов, пополнив свой скромный арсенал двумя бластерами и гранатами. К его огорчению, гранаты были обычные, а не синхронизированные, иначе он оставил бы своим тюремщикам небольшой подарок.
Генерал Сатг был настолько уверен, что Керлу не удастся справиться с приставленными к нему рейнджерами, что даже не позаботился о внешней охране. Керл беспрепятственно покинул модуль, в который его поместили. Теперь следовало подумать о том, как выбраться из лагеря.
Имелись две возможности, и обе далеко не идеальные Можно было попытаться выбраться через вал, предварительно разорвав спирали Риала гранатами или мелтановыми импульсами, но в этом случае Керл привлек бы к себе всеобщее внимание, что не входило в его планы. Кроме того, за рвом могли располагаться минные поля и ловушки, избежать которых в темноте было очень непросто. Куда предпочтительней было покинуть лагерь через ворота, но в этом случае беглецу пришлось бы пустить в ход оружие, что, впрочем, не гарантировало успех, так как ворота представляли собой двухсекционную камеру, разделенную прочнейшей нефелитовой перегородкой, которую было не прожечь даже плазменной струей.
В легком замешательстве Керл огляделся вокруг и чертыхнулся. Как он мог позабыть про гравитолеты! Шесть летающих машин стояли на плацу рядом с энергетическими модулями. Керл неторопливо направился к ним, и в этот миг его бегство было обнаружено.
Пронзительно завыли сирены, вечерний полумрак прошили лучи установленных по периметру лагеря прожекторов. Из жилых модулей посыпались рейнджеры, напяливая на ходу шлемы и бронедоспехи. Они орали и суетились, командиры отдавали на ходу путаные приказы. В воздухе витало напряжение, словно перед взрывом. Достаточно было поднести спичку, что Керл и сделал.
Он размахнулся и швырнул сразу две гранаты. Черные шарики взвились в воздух, чтобы через мгновение превратиться в огненные цветы. Одна из гранат угодила в стену модуля, где размещались офицеры, другая разметала скопившихся на плацу рейнджеров. Как и следовало ожидать, началось всеобщее веселье, в котором Керл был главным заводилой.
Паника соткала в воздухе зеленую мелтановую паутину. Рейнджеры палили во все стороны, Керл старательно уничтожал прожектора. Шальной импульс попал в один из энергетических контейнеров, и тот превратился в огромное огненное кольцо, испепелившее все в радиусе двухсот футов. Напрасно голос генерала Сатга, доносившийся из радиорателя, призывал рейнджеров успокоиться. Сообщение, что на территории лагеря находится сбежавший из плена гладиатор Керл Вельхоум, вызвало еще большую панику. Рейнджеры хорошо знали это имя.
Предоставив посьерранам истреблять друг друга, Керл устроился в тени одного из гравитолетов и стал дожидаться, пока не появится какой-нибудь пилот. Как и всякий другой гладиатор, Керл умел управлять этими летающими машинами, но он не знал оборонительной системы лагеря, а кроме того, ему требовались более подробные сведения о куполе.
Ожидание затягивалось, и Керл избавился еще от пары гранат, дав веселью новый толчок. Рейнджеры почему-то решили, что он прячется в одном из модулей, и буквально растворили ни в чем не повинное строение в потоке мелтановых импульсов. Керл ждал.
Наконец у взлетной площадки появился человек, на шлеме которого был изображен значок с двумя перекрещенными крыльями. Керл, не мешкая, схватил его за шиворот и впихнул в один из гравитолетов.
— Пилот?
— П-пилот, — лязгая зубами, подтвердил пойманный.
Ему явно недоставало той храбрости, которая, по словам генерала Сатга, должна была переполнять каждого рейнджера. Керл ласково улыбнулся посьерранину:
— Тогда летим.
— Куда?
— Высадишь меня прямо на купол.
— Нельзя. Там полно тиммеров. Нас собьют. — Пилот немного успокоился, в его голосе появились нотки уверенности.
— Ну, тогда высадишь меня около купола.
— А ты меня не убьешь?
— А зачем? — вопросом на вопрос ответил Керл и уточнил: — Ведь ты не будешь делать глупости?
— Нет.
— Полетели!
— Но…
Керл решил прекратить дискуссию, в бок пилота уперся ствол бластера. Под влиянием этого аргумента пилот спешно поднял гравитолет в воздух и вывел его за пределы лагеря. Хаос мечущихся прожекторов, мелтановых импульсов и пламени остался позади. Керл позволил себе расслабиться.
Воздушное путешествие было недолгим. Вскоре машина приземлилась на небольшую лужайку. До купола, смутно поблескивавшего во тьме, оставалось не менее мили.
— Эй, приятель, я же велел тебе высадить меня около купола! — возмутился Керл.
— Это невозможно, — ответил пилот. — Купол окружен минным полем. Видишь вон ту штуковину? — Посьерранин указал на бетонопластовый куб, смутно видневшийся неподалеку. — Это знак, что дальше идти опасно. Все это поле напичкано ритм-минами. Знаешь, что это такое?
Керл кивнул. Ему приходилось сталкиваться с подобными взрывными устройствами, реагирующими на частоту колебаний человеческого сердца. Гладиаторы со свойственным им черным юмором именовали эти мины «сердечными друзьями». Человек не мог ни безнаказанно миновать, ни обезвредить подобное устройство, для этого требовался специальный робот.
Тоненько затрещал зуммер радиофона. Керл движением бровей приказал пилоту включить режим переговоров.
— Если не ошибаюсь, это Керл? — Голос принадлежал Сатгу.
— Так точно, мой генерал! — ответил гладиатор.
— Ты ловко провел моих парней и улизнул из лагеря. Посмотрим, что ты будешь делать дальше.
Довольный собой, Керл рассмеялся:
— Посмотрим. А ты не боишься, Сатг, что я просто смоюсь?
— Нет. Это не в твоем стиле. Кроме того, тебе не выбраться с планеты, а здесь ты рано или поздно будешь пойман. Добраться до конвертерного модуля твой единственный шанс спасти шкуру. С тобой есть пилот?
— Да. А что?
— Передай ему, что по возвращении он будет расстрелян, а лучше пристрели его сам. — Я так и сделаю, — сказал Керл и выстрелил побледневшему рейнджеру в голову.
— Удачи, Керл.
— Всего хорошего, генерал.
Забрав находившиеся в гравитолете гранаты и ракетомет, Керл пошел в ночную тьму. Отойдя шагов на пятьдесят, он обернулся и выстрелил. Импульс попал точно в энергетический кабель, и летающая машина превратилась в облако пламени.
Остаток ночи Керл провел на ногах, пытаясь найти лазейку в обороне купола. Но проклятое минное поле исключало малейшую возможность подобраться к нему поближе. Кроме того, по периметру купола стояли тиммеры, запрограммированные на поражение любой движущейся мишени. Пару раз в темноте мелькал тонкий мелтановый луч — это роботы обстреливали поле, уловив движение какой-то мелкой зверушки. Один из импульсов попал в «сердечного друга», тот с грохотом взорвался, натолкнув Керла на интересные размышления.