Дмитрий Колосов – Конец охоты (страница 6)

Но Отражение 1404/1/1, казалось, поставило целью радовать гостью нежданными сюрпризами. Не успела Шева сделать и нескольких шагов, как из розового леса появилась толпа вооруженных мужчин. Их было поболе десятка. Незнакомцы были облачены в сшитые из шкур и грубой ткани одежды, а массивные мечи и ярко раскрашенные щиты придавали им далеко не миролюбивый вид. Увидев Шеву, воины, не сговариваясь, дружно устремились к ней. История с великаном повторялась. Только теперь рядом с Шевой не было Локи и она должна была рассчитывать на собственные силы. Ну что ж, еще никому не удалось доказать, что кусок закаленной стали стоит в бою больше излучателя. Шева извлекла из-под куртки свое грозное оружие. Нападавшие были уже близко, когда чуткий слух Шевы уловил стук копыт. Через мгновение из лощины показался всадник. Одеждой он не отличался от негодяев, намеревавшихся напасть на Шеву, голову украшал массивный шлем, поверх которого была натянута оскаленная волчья голова.

«Еще один!» — подумала Шева, прикидывая, кем ей заняться первым. Но всадник, похоже, был не из этой шайки, потому что воины замедлили бег, а потом и вовсе остановились. Их лица выражали нерешимость, перешедшую в испуг, когда всадник, дернув поводья, направился к ним. Нападавшие не приняли вызов и с криками устремились к лесу. Всадник погнался за ними, но большинству беглецов удалось скрыться в лесу, и лишь двое оказались, на свою беду, слишком нерасторопными. Одного он зарубил единственным ударом. Второй попытался сопротивляться, но безжалостно сверкающий меч воина с волчьей головой превратил в щепки раскрашенный щит, а потом добрался и до его владельца. Убедившись, что враги мертвы, победитель повернул коня к Шеве.

То, что всадник выручил ее из беды, вовсе не означало, что он — друг. И потому Шева не спешила убирать излучатель. Щуря глаза, она пыталась рассмотреть лицо, наполовину скрытое шлемом. Всадник был молод и безбород. Пожалуй, он был даже юн, на щеках его играл почти детский румянец. Он был похож…

— Пауль! — радостно вскрикнула Шева.

Подскакавший вплотную к ней всадник радостно улыбнулся и сбросил с себя шлем. Это действительно был Пауль.

После объятий и слез радости Пауль, все еще держа Шеву на руках, рассказывал ей:

— Все получилось примерно так, как ты и рассчитывала. Едва ты со своим Арктуром скрылась из виду, как я прибег к помощи телепортатора. Видит Бог, мне вовсе не хотелось расставаться с головой. К сожалению, ты не научила меня, как обращаться с этой штукой, и потому я просто набрал наугад несколько цифр и исчез. Надеюсь, зрители были разочарованы!

— Это уж наверняка! — вытирая мокрую щеку, засмеялась Шева. — Они даже бросились в погоню за мной, но опоздали. Но почему ты очутился именно здесь?

Пауль пожал плечами:

— Не знаю. Я просто прыгнул в неизвестность и попал сюда. Я рад, что ты пришла за мной! Надеюсь, тебя ждала щедрая награда за поимку Арктура.

Девушка скорчила гримаску, должную выражать сожаление.

— Увы, это был не он.

— Кто же?

— Не знаю. При переходе в Матрицу этот человек исчез. А потом Служба слежения зафиксировала манипуляции с копьем, происходящие в Отражении 1404/1/1, то есть там, где сейчас находимся мы с тобой. Управление решило, что это дело рук Арктура, и я снова отправилась в путь.

Улыбка медленно сползла с лица Пауля.

— Так ты пришла не за мной?

Шева на мгновение заколебалась, но решила быть честной:

— Я продолжаю охоту за Арктуром, но клянусь, я непременно узнала бы о твоей судьбе. Просто у меня еще не было на это времени. Представляешь, — Шева засмеялась, — Сурт вытащил меня прямо из душа!

— Да, смешно, — согласился Пауль, хотя его лицо выражало отнюдь не веселье.

— Ну не злись! — попросила Шева. — Я счастлива, что ты спасся! И я безумно рада видеть тебя! Честное слово!

— Но главное для тебя — Арктур!

— Это мой долг. Не забывай, что я работаю на Систему. И исполняю при этом важнейшие поручения. Сначала долг, а лишь потом чувства. Но ты значишь для меня ничуть не меньше, чем Арктур, в противном случае зачем мне дважды спасать тебя! Арктур занимает мой мозг, а ты — сердце.

— Хотелось бы верить! — Пауль прикоснулся губами к порозовевшей щеке Шевы. — Ну ладно, оставим сладкие беседы о любви и долге на потом. Надо сматываться отсюда, пока не примчалась новая свора лесных псов.

— Кто это?

— Разбойники, грабящие одиноких путников. На большее у них не хватает смелости.

— Но почему они бросились в бегство, едва ты появился?

Легко подняв Шеву, Пауль усадил ее на холку коня, затем приторочил к седлу контейнер и уселся сам.

— Они псы, разве это не ясно? Шелудивые псы, трусливые даже в стае. Даже целая свора псов никогда не рискнет связаться с волком!

— И что же?

— Я волк. Ульв — так зовут меня в этом мире! Я честно заслужил право украсить шлем волчьей головой. Псы знают мою силу и никогда не рискнут связаться со мной, если только не призовут на помощь одного из медведей.

Обернувшись, Шева с любопытством изучила лицо Пауля. Она и не подозревала, что этот юнец может быть столь силен и уверен в себе.

— Каких медведей?

— Тоже разбойников, но живущих поодиночке. Они привыкли рассчитывать только на себя и потому представляют опасность. Не стоит дразнить медведей!

— Не стоит! — Засмеявшись, Шева прижалась к груди юноши. Конь, проламывая копытами тонкую корку наста, побежал рысью в лощину. — Ой! — спохватилась Охотница, когда скакун уже отмерил порядочное расстояние. — Я забыла своего кота!

— Какого еще кота?

— Моего домашнего кота из Матрицы. Деструктор подкинул его мне, когда я перемещалась по спиралям.

— Зачем? И кто такой Деструктор?

— Деструктор? — Шева задумалась. Не так-то легко было определить словами, что представлял для нее Деструктор. — Деструктор — это некий чудак. Довольно могущественный.

— Вроде Арктура?

Шеве почудилось, что она различила в голосе Пауля нотки ревности.

— Дался тебе Арктур! Деструктор другой. — Подумав, Шева поправилась: — Вообще-то я не знаю, какой он. Я не знаю, что ему нужно. Он просто донимает меня мелкими проказами. То пошлет цветы, то натравит на меня тигра. А в этот раз он подбросил мне моего собственного кота. Повороти коня, мы должны найти его!

Но Пауль не подчинился:

— Не думаю, что тебе удастся найти в лесу Мюрквид[5] своего кота. Лес слишком большой, а кот — маленький. Кроме того, это опасно. Я не хочу рисковать ни твоей, ни собственной жизнью ради столь незначительной твари.

— Как ты можешь! — возмутилась Шева. — Мой Баст — лучший на свете кот!

— Может быть. Но он всего лишь кот. И пусть это испытание будет проверкой самому лучшему в мире коту. Если он выберется к людям — значит, он действительно лучший, если же нет — туда ему и дорога.

Шева не нашлась что возразить. Немного погодя она заметила, скорее для себя, нежели для Пауля:

— Однако ты стал жесток!

— У меня была хорошая учительница! — незамедлительно ответил спутник. — Кроме того, три года, проведенные в этих краях, что-то да значат!

— Три года? Целых три года?! — изумилась Шева. — Ведь прошло всего несколько часов!

В ответ Охотница услышала смех Пауля.

— Кажется, ты сама учила меня, что время течет где-то быстрее, где-то медленней. Мое время течет медленно. Или быстро… Не знаешь?

Шева помотала головой, она действительно не знала, как будет правильно.

— Так или иначе, прошло три года. Но я не жалею о них. Это было славное время! Попав в эти края, я ужаснулся, но потом мне здесь понравилось. Мир жестоких и коварных, но в то же время открытых и щедрых людей. Меня приняли без особой ласки. С полгода я был рабом у одного из конунгов, но потом сбросил ярмо и стал воином. Я ходил в дружине славного Седрума. Я научился владеть мечом, и вскоре мне не было равных в этом деле. Я научился стрелять из лука и грести по шесть часов кряду, когда нужно было догнать ладью купца или уйти от чужих драккаров. Я научился держаться в седле и по три дня обходиться без пищи. Я знаю, как согреться в лютый мороз, убив оленя и сунув в его распоротое брюхо ноги. Примерно с год я ходил в набеги, а потом решил стать хозяином собственной судьбы. Я стал одиночкой, живущим вне человеческой стаи. Таких называют медведями, но я ненавидел разбойников — и медведей, и псов. Я истреблял их, и потому меня прозвали Волком. Ульв — теперь это имя известно всем обитателям Верланда. Каждый в этом мире произносит его с уважением, а некоторые — и со страхом!

Пауль на мгновение умолк, и Шева поняла, что настал удобный момент спросить:

— Пауль, а тебе не кажется, что этот мир не такой?

— Что значит — не такой?

— Я хочу сказать, что он не совсем такой, каким должен быть!

— Ты имеешь в виду зеленое солнце, великанов, цвергов, Ермунганда, враждующих богов и тому подобное?

— Да, все это и тому подобное, чего я не знаю. И еще оранжевого зайца, розы на красном снегу…

— Может быть, — подумав, ответил Пауль. — Я не затруднял себя размышлениями. Мне нравится этот мир. Я готов допустить, что он — какая-то игра, правила которой мне не до конца известны. Но они покуда устраивают меня, и я принял их. — Голос юноши стал чуть приглушеннее, Шева догадалась, что он повернул голову. — Погоня! — сообщил Пауль мгновение спустя. — Они все же вытащили из берлоги медведя и оседлали коней. Теперь они гонятся за нами. Должно быть, их очаровала добыча.