Дмитрий Колодан – Пересмешник на рассвете. Книга 2 (страница 5)

– Стойте! Он со мной. Это мой…

Она не стала уточнять, кто именно, поскольку сама не знала ответа на этот вопрос. Да и какая разница после всего, что здесь случилось?

– Твой?! Тогда какого черта? Мы услышали крики, бежали сюда со всех ног… Это ты кричала?

Парень с короткими светлыми волосами оглядел Клару и нахмурился.

– Не я.

Клара прижала ко лбу мокрую ладонь. Ее трясло, но не от холода. События последних минут обернулись ворохом бессмысленных образов – Клара с трудом осознавала, что произошло на этой грязной улице и что сейчас происходит. Горящие фары молочного фургона, колеса в считаных сантиметрах от ее ноги, ухмыляющиеся рожи молочников, голос за железной дверью и выбегающие из подворотни брешисты – все смешалось и перепуталось.

– Здесь кричал ребенок, – подал голос Флип. – Мы тоже услышали крик и прибежали сюда.

Брешист огляделся по сторонам.

– Ребенок? И где же он?

– Здесь был… – Клара поморщилась. – Здесь был грузовик, молочный фургон. Какие-то люди… Они заперли ребенка в кузове и куда-то увезли! Они его увезли, а я… Я ничего не смогла сделать! Они его… ее увезли, понимаете?!

Она так посмотрела на брешиста, что тот отпрянул. Ничего он не понимал.

– Барышня, вы бы не сидели на земле-то, – сказал он. – А то застудите себе чего-нибудь. Давайте помогу подняться…

Он протянул Кларе руку. Чуть замешкавшись, она взяла его за запястье, и брешист сильным рывком поставил ее на ноги. Конечно, он был прав: не стоило сидеть на земле, холод мостовой чувствовался и через пальто, и через юбку. Но как же глупо об этом беспокоиться! И не просто глупо, а стыдно. Слезы наворачивались на глаза, стоило подумать о девочке в фургоне, о девочке, которой она не смогла помочь… А вместе со слезами пришла и злость.

– Где вы были? – выкрикнула Клара. – Почему так долго?

– Спокойно, барышня, тише, – попытался урезонить ее брешист. Клара в сердцах отбросила его руку.

– Если бы вы… – Она прикусила язык, прекрасно понимая, что ищет виноватых там, где их нет. Эти парни прибежали так быстро, как могли. Чьи-то руки легли ей на плечи: Флип. Клара отвернулась и уткнулась лицом ему в грудь, всхлипывая и дрожа от рыданий. Флип смущенно обнял ее за плечи.

– Слышь, приятель, – обратился к нему брешист. – С твоей девкой все в порядке или она того? Не в себе? Что-то я ни черта не понял, о чем она лопочет? Какой еще фургон?

– Молочный фургон, – объяснил Флип. – Тут были какие-то бандиты, и они похитили ребенка. Затолкали его в грузовик и увезли. Мы не смогли их остановить.

Клара прижалась к нему сильнее. Она чувствовала себя такой слабой и беспомощной, словно у нее вырвали некий внутренний стержень, который только и помогал ей держаться. Однако на Флипа произошедшее подействовало совсем иначе. Его задумчивая растерянность ушла, уступив место холодной ярости, и, быть может, впервые после смерти отца Клара почувствовала, что рядом есть кто-то, на кого она может опереться.

– Я че-то не понял, – сказал брешист. – Тут че, какие-то хмыри украли ребенка, что ли?

– Именно. И укатили на молочном фургоне. Туда…

Флип кивком указал направление. Все брешисты, не сговариваясь, обернулись. Но фургона давно и след простыл, и не осталось никакой надежды найти его в ночи и в тумане.

– Бред, – замотал головой брешист, который помог Кларе подняться. – Откуда ночью на улице ребенок?

– А я знаю? – огрызнулся Флип. – Это же Мон-Флер, здесь всякое бывает.

– Гребаная клоака, – согласился с ним брешист. Его приятели переглядывались и громким шепотом обсуждали услышанное:

– Ребенок…

– Похитители…

– На кой черт им ребенок?

– А ты сам подумай.

– О черт!

– Туда поехали?

Из подворотни послышался топот, и на улицу, размахивая кулаками и палками, выбежали еще четверо брешистов, громко восклицая:

– Где? Где драка?

– Да стойте вы, – прикрикнул на них светловолосый. – Тут вообще засада. Какие-то уроды ребенка украли.

– Ты чего мелешь, Франц? Какого ребенка?

Клара напряглась, голос показался ей знакомым. Она обернулась, и – надо же! – растолкав плечами приятелей, к ним вышел не кто иной, как кочегар отеля «Луна» собственной персоной.

– Гюнтер… – тихо сказал Флип. – Какая неожиданная встреча.

Лысый громила подошел ближе, щурясь в поздних сумерках.

– О-па! – сказал он, узнав Флипа. – Стихоплет! Вот уж кого не ожидал…

Он снова прищурился – на Клару.

– И девчонка тут! Чего только не бывает! А твоя мать знает, где ты шляешься по ночам?

– Мать? – Клара не сразу сообразила, что Гюнтер говорит о мадам Буше. Видимо, кочегар не стал вдаваться в тонкости их родственных отношений.

Удивительное дело: если в столовой отеля при появлении Гюнтера Клара напряглась, то сейчас она почувствовала облегчение. И дело не в том, что они были знакомы – до сих пор они не обменялись и парой слов. Просто Гюнтер выглядел как человек, который знает, что делает, и способен разобраться в любой ситуации. Каким-то образом она догадалась, что прочие брешисты относятся к кочегару с большим уважением и даже побаиваются.

– Спокойно, парни, – сказал Гюнтер, подняв руку. – Это свои, я их знаю.

– Знаешь? – спросил кто-то из брешистов из-за его спины. – И анархисточку тоже?

– И анархисточку тоже, – кивнул Гюнтер. – Ну, что тут у вас случилось?

– Не ожидал тебя здесь встретить, – сказал Флип. По лицу было заметно, что он не понимает, радоваться ему или нет.

Гюнтер хмыкнул.

– Я тоже не ждал тебя увидеть, приятель. – Это слово он произнес с усмешкой. – Далековато вы забрались от дома, не считаешь? Что шибздику вроде тебя понадобилось в Мон-Флер?

– У меня тут живут родственники, – не моргнув глазом соврал Флип. – А ты что здесь делаешь?

– Ну… – Гюнтер поскреб щетинистую щеку. – У меня тоже родственники.

Один из брешистов громко заржал, хотя Клара так и не поняла, в чем шутка.

– Так что тут у вас произошло? – снова спросил Гюнтер.

– Парочка уродов… – И Флип вкратце рассказал о случившемся. Гюнтер слушал его не перебивая, но с каждым словом становился мрачнее и мрачнее.

– Ясно, – сказал он, когда Флип закончил. – Дерьмо. Слышали, парни, как оно бывает, когда в стране нет Порядка?

Прочие брешисты загудели, точно шмели: «Да, именно, вот оно, так и есть…» Клара сжала кулаки.

– Да при чем здесь ваш Порядок?! – не выдержала она. – Какие-то ублюдки похитили ребенка, а вы… Их надо найти, пока…

Гюнтер смерил ее взглядом.

– Не кипятись, – сказал он. – Мы их найдем. Придет срок, мы всю эту мразь переловим.

– Тогда чего же вы стоите и ничего не делаете? – не унималась Клара.

Гюнтер погладил блестящую от дождя лысину.

– Ну а что ты предлагаешь? Бегать за ними по всему городу? У них машина, они уже укатили – ищи-свищи. Ты знаешь, сколько в этом городе молочных фургонов?

Клара не знала, но догадывалась, что больше одного. Ей было больно и обидно, но Гюнтер прав. Сейчас, ночью, у них нет ни единого шанса найти похитителей. К тому же, после того как они их вспугнули, бандиты наверняка затаились.

– Надо… – она прикусила краешек губы, – надо вызвать жандармов. Это же их работа.

Брешисты переглянулись.