Дмитрий Колесов – Рожденный в СССР. Часть 1 (страница 7)

 Я достал билеты тотализатора с общим выигрышем почти в три тысячи рублей. Это были наши ставки с Саней против фаворита и передал их лейтенанту.

 — Меня пытались ограбить, но я отбился и убежал. С бандитами была машина с милицейской сиреной, — написал я в блокноте участковому.

 — Номер запомнил?

 Я записал участковому номер »Победы» и добавил в блокноте:

 — Майор Максимов, из МУРа, будет у Ван Ваныча в субботу на тренировке. Я хотел ему рассказать об этом.

 — Давай я сначала переговорю со своим начальником. Билеты возьму с собой. Доверишь?

 Я просто кивнул головой товарищу лейтенанту. А куда деваться?

 Проводил участкового до калитки, попрощались за руку. Хороший знак.

 Через полчасика подгреб Саня, с приличным фингалом под глазом. Его я покормил горячим супом и гречкой с тушенкой. Парень растет и должен не просто есть — жрать. А синяка я будто и не заметил.

 Тем не менее, школьного домашнего задания и задания от Ван Ваныча никто не отменял. Пока Саня делал уроки. Я отошел к верстаку и продолжил работу над своими очередными подделками . К примеру, Сане я нашел на толкучке легкую цепь длиной полметра и на ее концы пристегнул небольшие замки на которые можно было натянуть куски жесткого резинового шланга. И вуаля…вполне»легитимная» цепь для пристегивания велосипеда. Где хозяин даже о замках позаботился, закрывая их резиной…чтобы не ржавели под дождем. А по сути это были нунчаки, в шестидесятых годах известные лишь узким специалистам. Я показал Сане основы работы с этим оружием и теперь был уверен, что он отобьется даже от двух трех взрослых мужчин. Время от времени, подкидывал ему новые приемы работы с нунчаками. Парень был в восторге. Пацан. Даже когда вырастит, им же и останется. Уж я то знаю.

 А себе я делал балисонг, более известный в моем времени, как нож–бабочка. Очень хороший нож для устрашения. Трюки с кручением бабочки, просто завораживают. Я сделал два ножа — один боевой, а другой с тупыми острием и лезвием. Зато очень блестящим лезвием. Для трюков.

 Когда пришло время тренировки (тренировались утром и вечером по часу, полтора) по заданиям Ван Ваныча, я показал Саньке трюки с бабочкой. И он выпал из реальности, настолько это его потрясло. Пришлось строго указать мальцу, что »делу время — потехе час». Но пришлось дать обещание научить парня паре трюков, если за четверть не будет троек. Только строго предупредил Саню, чтобы дальше дома это не распространялось. Можем получить большие неприятности с законом. Для убедительности процитировал соответствующие статьи УК РСФСР. А для себя отметил, что необходимо будет достать новое издание УК РСФСР, которое выйдет в конце октября 1960 года.

 Однако я видел, что до парня не дошло… и решил зайти с другого бока:

 — Александр, если ты в самбо владеешь приемом, который никто не знает, каковы твои шансы на победу?

 — Я выиграю даже у более опытного противника, — ответил Саня.

 — А если он знает этот прием? Можешь не отвечать — это риторический вопрос. Вопрос с очевидным ответом. Понимаешь, может так случиться, что твое знание о нунчаках или бабочке… поможет тебе выиграть жизнь. Даже не может поможет, а так и будет. Жизнь мы с тобой ведем рисковую, надеюсь ты это понимаешь. И я очень надеюсь, что ты не будешь серьезные боевые знания, разменивать на дешевые понты. Саня задумался и это было уже хорошо. Решил попробовать до давить его окончательно:

 — Осознай на всю жизнь — если воин взялся за оружие, то он готов убивать врага. Ты готов это делать? Даже защищаясь?

 На этом мы пошли готовиться к отбою и спать. Утром я спросил Саню:

 — По твоему фингалу я вижу, что ты уже познакомился с лучшими учениками школы. Проясни мне ситуацию.

 — Да обычно было… сначала. Самый сильный и тупой одноклассник предложил стукнуться. Показал на нем пару приемов с выведением из равновесия. Все нормально — без обид. А на перемене подходит восьмиклассник и предлагает выйти. А там уже ждет компания со старшеклассниками. Парень оказался боксером, он мне и поставил бланш. Пропустил первый удар, но потом взял его на болевой прямо, из стойки. Когда самый здоровый десятиклассник схватил меня за шиворот — я взял его большие пальцы на излом и поставил этого шкафа на колени. Остальным пригрозил, что сломаю пальцы их дружку если сунутся. Остыли. И я ушел на занятия.

 — Ты понимаешь, что это лишь начало?

 — Я узнал, что здоровый — это туповатый сын генерала. А вот крутит им, его хитрозадый кореш одноклассник. У этого отец работает в МГК КПСС и дружен с Петром Демичевым. Так меня просветил мой сосед по парте, у которого отец работает в городской прокуратуре.

 — Серьезно. Пойдем в школу вместе. Нужно решить вопрос и только мирным путем.

 — Как? И вообще, такие дела решать с родителями — западло.

 — Ты путаешь понятия: родители и родной старший брат. Отец будет тебя защищать от взрослых, но не станет разбираться с твоими ровесниками. А вот родной брат — это твоя пожизненная »подписка». Всегда, везде и в любое время. Запомни это раз и навсегда, хотя бы для того, чтобы не напрягать меня лишний раз.

 План действий я объяснил Сане по дороге в школу. Он сильно сомневался, что выйдет нечто путное. Однако промолчал.

 За три минуты до начала занятий, мы с Саней зашли в 10–А класс. Он закрыл дверь на ножку стула, а я с силой ударил по учительскому столу учебником, мимоходом прихваченным с чьей — то парты. В возникшей тишине подошел к парте, где сидели два »брата–акробата». И со стороны сына партократа, одним движением оторвал закрывающуюся крышку парты. Затем положил ее на края учительского стола и первой парты, а затем …( помоги Господи) резким ударом ребра ладони — сломал пополам. К счастью доску. Обломки положил на парту двух обалдевших друзей. Внимательно посмотрел им в глаза и ушел вместе с Саней. За все время действа никто не сказал ни слова.

 На втором этаже я пошел к лестнице, а Саша успевал в класс до прихода учительницы. У двери он оглянулся… Меня, почти физически окатили его сильные радостные эмоции, наверное только сейчас я стал его братом. Я даже растерялся от пронзительной ясности происходящего.

 И уже на улице подумал: » Интересно, а кому больше нужен брат? Нам с Иваном или Сане. Вопрос».

 Пошел домой лечить руку, так как зашиб ее прилично. И это несмотря на то, что рука Ивана после двух лет старательской работы, была больше схожа на копыто. Незадача, а ведь мне послезавтра на работу.

 Саша пришел домой к обеду и сразу заявил:

 — Завтра еду в школу на велике.

 — Что уже можно не бояться каверз пацанов?

 — Да они уже все в друзья набиваются. Хотят слухи, что мой брат пробил башкой стенку в классе. Знаешь, а учительский стол ты тоже сломал.

 — Повеселился, называется. Ну хрен с ним, но »храни нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь». Понимаешь? Все эти всплески эмоций не стоят выеденного яйца. По поступкам нужно судить и людей, и б… Самая искренняя дружба — школьная. И все равно, любая дружба это труд, обязанности, ответственность. Всегда имей это в виду, — стал поучать я Саню.

 И вовремя остановился. Или не вовремя. Однако Сане уже было все равно — сколько мне лет.

 — Хватит уже бурчать. Пойдем лучше потренируемся, — предложил он.

 После тренировки, Саня сказал:

 — Иван, тебе нужно писать в газетах. Ты говоришь, все это, так же правильно, но зато — не так нудно.

 И вот здесь я призадумался. А ведь действительно, я привык излагать свои мысли письменно и жизненный опыт у меня не малый. А знание тупиков и поворотов новейшей истории нашей огромной державы, может мне здорово помочь в изложении »горяченького». Нужно прыгать.

Глава 4

 Пора было начинать думать не только о ближайших задачах, но и об отдаленной перспективе. Стать с Саней к девяностым годам богатенькими буратинами — можно. В принципе. Особенно обладая моими знаниями, но кому будет от этого прок? Стать рабом своего капитала и вовлечь в это всю родню. Мало того — подвергнуть их жизни риску. Личным примером культивировать привлекательность дикого капитализма и те самым способствовать развращению молодых сограждан. Ведь никому не расскажешь, что все эти скороспелые миллионеры–однодневки из народа скоро будут не нужны новому обществу старых коммунистов. Поэтому одни будут отстрелены, как дикие звери, а другие разорены. А миллиардеры будут назначаться, как когда–то секретари обкомов.

 Это галимая галиматья, что только с помощью знаний из будущего можно изменить ход истории. Я имею ввиду — подсовывая факты из будущего вождям социализма. Свою жизнь они несомненно изменят и конечно к лучшему, но радикально изменять настоящее они не будут. Так …покроют матом, а затем лаком. Уничтожать ключевые фигуры СССР — еще более глупо. Люди пришедшие к власти с Никитой Сергеевичем Хрущевым — второй сорт. От них ничего не зависит. Винтики, вынули один, тут же найдется такой же. А паровоз с рельс не сойдет и не остановится, так как не эти люди рельсы прокладывали и сам паровоз изобретали. Так, могут подкинуть уголька, смазать механизмы… А еще повредить тормозную систему, как это сделал кукурузник со своей компанией ничтожеств. Вожди не массовый продукт, а очень редкое порождение определенной общественной формации. Появляются раз в сотню лет — максимум.