Дмитрий Колесов – Рожденный в СССР. Часть 1 (страница 10)

 Ха, нашел кретина дедок. Да ты мне и на хрен не нужен. Можешь не искать. И передал Гарику записку деда с адресом дачи. Пусть успокоится старичок. Когда Гарик ушел, пришла пора поговорить с Саней.

 — Давай Саня, твой выход — когда, что, как. Докладывай. — заявил я ему. Было видно, что парня взволновало происшедшее событие.

 — Ну, что братишка, жизнь показала нам и другую сторону. Ничего не поделаешь — не всегда будут сладкие плюшки. Очень часто жизнь раздает и тяжелые плюхи.Но главное: то что нас не убивает — делает сильнее. Не я первый это сказал, но это правда. — продолжил я.

 — В день, когда тебя забрали, в обед пришли оперы с постановлением на обыск. Деменьтев был с ними, но только наблюдал. Один из оперов был весь такой из себя… склизкий. Так участковый за ним, как привязанный ходил и по дому, и на улицу, и в подвал. Тот аж кипятком писал с досады — точно приготовил подставу. Ничего не нашли. Просмотрели всю обувь и одежду прямо обнюхали, волосы собрали с подушки. Деменьтев сказал, чтобы я спокойно занимался своими делами. Со всем разберутся без предвзятости, лишнего не навесят. Спросил, меня когда ты пришел, но по–моему он и так знал — соседи рассказали. Соседи поначалу косились, но видно лейтенант правильно поговорил с ними. Сейчас ведут себя так, будто ничего и не было. Школу не пропускал, на занятия к Анне Павловне ходил уже два раза и одно занятие провела ее дочь. Она такая красивая…обалдеть. Ты ее видел?

 — Нет, когда я у них был — она работала. Но вот дочурка у нее — золотце. Наверное в маму?

 — Да ну, что ты — сопливка детсадовская. А вот мама ее — королева. Нужно тебя с ней познакомить.

 — По–моему ты меня переоцениваешь. До школы слухи не дошли? — поинтересовался я.

 — Ну да, не дошли. Мой сосед, сын прокурора, сказал что к директору следователь приходил. Но вчера я видел в школе нашего участкового и меня в школе как–то не напрягали. Ровно все было.

 Я все ждал, когда Саня спросит меня о случившемся, но парень стойко молчал. Это было достойно определенного доверия.

 — Саня, те бандиты что пасли нас на машине у ипподрома — оказались ментами. Их выгнали из милиции, а потом еще и прикончили. Я оказался на подозрении, ведь это с моей подачи их вышвырнули с работы. Я рассказал о них лейтенанту.

 — Да хотя бы и так. У нас были причины для этого, — ответил Саня.

 Да, парень с огромным потенциалом, у меня точно такого не было. Вот и явное изменение реальности. Оказалось, что парню был нужен только родственный толчок и он уже на высокой орбите. Не мальчик, а муж.

 — Саня, все забыли. Как–будто ничего не было. У нас столько работы и заботы, что нет смысла пережевывать прошлогодние сопли. Лады?

 На этом мы и закрыли тему. Пошли на усиленную тренировку, ведь завтра суббота, а мы прилично посачковали. И хоть не по своей вине, но Ван Ваныча это вряд–ли колышет.

 На работе я сдал справку из милиции, но ажиотажа она не вызвала. Я понял, что Деменьтев и сюда не поленился зайти.

 Обязательный человек, мы такое с Иваном никогда не забывали в прошлой жизни. Не забудем и сейчас.

 На работе Максим уже начал собирать движок газона и просто махнул мне рукой, приглашая подключаться. Так с минимумом слов, мы полностью собрали движок и установили его на стенд. Чтобы сегодня закончить и поставить движок на прогон, нам пришлось прихватить обед и часа два после окончания работ. Ну и что, ведь есть такое слово »надо», которое Максим даже и не произнес. Но оно подразумевалось, а кто я такой против этого могучего в СССР слова. Никто, по фамилии Никак.

 Дома Санька бурчал:

 — Ну, что ты так задержался, я уже два раза разогревал.

 — Саня собирай форму и погнали к Ванычу. И так опаздываем, какая еще еда. Сядешь на багажник велика.

 На тренировке мы конечно не блистали, но и явно не партачили. После тренировки состоялся обмен мнениями.

 — Не сомневаюсь, что вы все следите за Олимпийскими играми в Риме, — начал разговор Ван Ваныч.

 –Жаль, что самбо не олимпийский вид, а то все медали были бы наши, — высказался Федор, молодой девяносто килограммовый атлет. Просто дикой силы и вообще очень талантливый самбист.

 — Вот потому самбо и не будет олимпийским видом, — выразил свое мнение Петр, самый опытный среди нас и самый сильный самбист. Скорее всего работавший инструктором по рукопашному бою в серьезной конторе.

 –Но в Токио будет дзюдо и федерация самбо приняла решение выступить в этих соревнованиях, — продолжил Ван Ваныч.

 Далее он рассказал, что формат нашей команды будет известен после серии международных выступлений. Включая первенство Европы и мира. И нашему »семинару» поручили подготовить своего кандидата в сборную. Это предложение сделано авторитетными официальными лицами федерации и поэтому очень серьезно. На нас сделана ставка.

 И твердо добавил:

 — Я решил, что мы будем готовить двух кандидатов. И не для выбора одного из них в сборную, а будем ориентироваться на двух сборников. И выставим их в открытую (абсолютную) весовую категорию.

 — Ну да и там Антоша Гесинк (Антониус Йоханнес Гесинк) нас размажет по татами, — сказал легкий такой парень. По имени Костя, весом меньше шестидесяти килограммов, но невероятно быстрый.

 — Тебя он не поймает, — пошутил Федор и все захохотали.

 — Иван, ты присмотрел уже кого–то? — спросил Ван Ваныча Петр.

 — Работать на отбор начнут четыре человека ты Петр, Федор и двух к нам пристегнут по решению федерации. Это будут молодые из Грузии, призванные в армию.

 — Не поздно ли уже мне, Иван?

 — Нет. Это категория, где главное — опыт. Гесинку будет тридцать, тебе тридцать три. Будем работать — впереди больше трех лет. И я думаю, Найденов еще что–нибудь найдет. Интересненькое.

 На этой обнадеживающей ноте тренировка закончилась, но не закончился день встреч.

 И конечно »Фигаро здесь, Фигаро там», в лице Деменьтева, ждал меня у нашего дома. Естественно он был приглашен в дом и не отказался от поужинать. Я пропустил и обед и ужин, поэтому ел плотно. Лейтенант видно тоже не переедал сегодня, ну а Санька проглот еще тот. Так, что минут на пятнадцать — двадцать мы выключились из окружающего усилено работая челюстями. За чаем участковый огорошил меня:

 — Ухожу с участка. Взяли старшим опером в отдел уголовного розыска. Капитанская должность. Думал так и уйду в отставку с участкового. Но вот… опять понадобился.

 — Кого вместо вас пришлют? — спросил Саня.

 — Хороший молодой парень, буду ему помогать на первых порах.

 — Что там с расследованием убийства бывших, — написал я, — если это не тайна.

 — Типичный висяк.

 — Начальство лютует наверное? — поинтересовался я.

 — Как раз наоборот. И так бывает. Старое, очень старое дело с тройным убийством инкассаторов закрыли. Раз. Убийство воровского авторитета тоже. Два. И еще в тайнике на их даче, нашли улики на несколько повисших серьезных дел. Так, что будет висеть и висеть, наши особо рыть не будут. Прокуратура и Старшие(КГБ)… не знаю. Есть правда, очень подходящий человек, брат убитого авторитета. Но у него железное алиби — сел в тот день на пятнадцать суток. В обед сцал на дверь МУРа и был пойман на месте преступления. Вот до чего карты доводят блатных.

 Я еле удержался от смеха. Ну и Шило. О нем теперь легенды будут ходить по уголовному миру. Врядли его коронуют, но авторитет он свой поднял. А вот засветился он по полной и теперь держать подпольный тотализатор ему нельзя.

 — А чего так мало дали? — задал вопрос участковому.

 — Да справка у него была от врача — почки больные. Оформили на пятнадцать и не разводили канитель.

 Попрощались по доброму — хороший человек лейтенант и не просто хороший, а надежный. Как оказалось. Рисковал всем, что–то личное у него в этом деле. И еще, на нем реальная история изменилась — он ведь должен был погибнуть участковым. Через пару недель, по пути с работы, очень красивая и великолепно одетая девушка мимолетно прижалась ко мне в метро. Я еще очень удивлялся этому. Но когда дома нашел в кармане конверт с лотерейным билетом — удивляться перестал. Посмотрел в газете номера и серии выигравших билетов и даже не удивился — на билет пришелся выигрыш автомобиля »Москвич–407». Как говориться: доброе дело — не останется безнаказанным, злое — без вознаграждения. Невесело.

Глава 6

 Обдумывал, что же сделать с выигрышем. Можно было спекульнуть с большой выгодой — почти на сто процентов прибыли, можно взять себе, но … В СССР нужно было соответствовать »среднему росту» или быть чуть–чуть выше. Та среда обитания — наш район, а точнее его жители, не поймут и не примут совсем пацана имеющего уже свой дом и машину. Сопляк который имеет все то, что семьи добиваются годами упорного труда и далеко не все… Ну дом то ладно — они все видят, как мы ежедневно его строим своими силами и даже готовы помочь. Это обычное дело, а вот новенький москвич отделял нас от соседей каменной стеной. Даже пусть эта машина хоть сто раз »правильно» приобретена. А за годы жизни я понял, что выражение: »Дай Бог тебе друга соседа», — не фигура речи, а правда жизни. Но… жаба гнилого капитализма успела поселиться у меня в девяностые годы и просто подарить москвичек трудящимся страны — я не мог.

 В результате обдумываний, напросился на прием к директору учебного комбината — Гуляеву Антону Васильевичу, по личному вопросу. По этим вопросам он принимал после работы или в обеденный перерыв — строго по очереди. А его секретарша — пятидесятилетняя интеллектуалка (Раиса Максимовна) полная самодостоинства, строго следила за очередностью и временем приема.