Дмитрий Казаков – Карьера мятежника (страница 7)

— Что за хр… — только и успел выдавить я, как внутри головы прозвучал хриплый, раскатистый голос:

— Челлловввеккк Еггоррр!

Тир-Тир-Вага-Хуммаа, Мать Кладки! Этой еще что от меня нужно?!

— Да, — ответил я мрачно.

Юнесса размахивала руками, все так же наступала на меня, ее грудь колыхалась, кудрявые волосы вились по плечам, и выглядела она круче всех секс-бомб интернета… Только вот я ее не слышал и практически не видел, возбуждение мое таяло, как сугроб на апрельском солнышке.

Я очень хорошо знал, что явление тиззгха означает неприятности.

— Ты доставил нам Уплотнитель Реальности, так? — сообщила Мать Кладки.

— Ну да.

Странный прибор, черная сфера, проткнутая несколькими мерцающими стержнями. Ради него мы залезли в чудовищное и опасное место, древний город, возведенный явно не бриан.

— Но ты, человек Егор, доставил нам неисправный Уплотнитель Реальности!

— Что?

Юнесса не могла меня слышать, но она видела, как шевелятся мои губы, и думала, что я ей отвечаю. Она стояла почти вплотную, я ощущал запах ее пота, сладкий-сладкий, и такой волнительный… всегда, но только не сейчас, когда кости моего черепа вибрировали от нелюдского голоса.

— Ты испортил его! Так! — продолжала обвинять Тир-Тир-Вага-Хуммаа.

— Но зачем мне это? Да вы…

Довести фразу до конца мне не дали.

— Ты повредил его, и он не работает! — тиззгха вещала точно включенный на полную громкость репродуктор. — Он был исправен, мы знаем это! Но теперь он более не работает! Говори, что именно ты с ним сделал!

— Да идите вы в жопу! — не выдержал я. — Чтоб я сдох! Вместе с вашим уплотнителем! Ничего я с ним не сделал!

Юнесса отшатнулась, сделала пару шагов назад и принялась торопливо одеваться. Похоже, лицо у меня стало не очень доброе, и она приняла его выражение на собственный счет.

Наверняка девушка продолжала что-то бормотать, но мне было не до нее.

— Ты врешь! — я слышал в голосе Тир-Тир-Вага-Хуммаа настоящие эмоции, и это были гнев и злость. — Ты же понимаешь, человек Егор, что мы можем сделать тебе очень больно! Так! Мы должны просмотреть твою память, чтобы понять, что ты совершил, все эпизоды, связанные с Уплотнителем.

— Идите в жопу, — повторил я, уже спокойнее.

И то ли что-то случилось со связью, то ли у меня впервые получилось прекратить общение с ними по собственной воле, но в голове у меня наступила тишина, а пузырь молчания вокруг наоборот, лопнул. Я услышал торопливые шаги уходящей Юнессы, и понял, что остался один, смертельно усталый и раздраженный до предела.

Представший перед нашими глазами огрызок линкора напоминал огромный утюг. Лежал он в зарослях «глазастых» елочек, и судя по его виду, с момента падения здесь не было вообще никого, ни вояк Гегемонии, ни аборигенов Бриа.

— Пустым упал, что ли, без наших внутри? — спросил Дю-Жхе, раздвигая стебли вьюнов, сплошь затянувших металлические стенки.

— Похоже на то, — буркнул я.

Мы пробились через заросли и очутились в обычном для линкора коридоре, только темном. Но едва мы вступили внутрь, как на потолке вспыхнули осветительные блоки, и я облегченно вздохнул.

Уф, энергия тут точно есть!

Портальный зал оказался нетронутым, уцелела и металлическая дуга, и прочее оборудование.

— Рискнем включить? — спросил я шаввана-техника, которого мы беззастенчиво выкрали и тащили с собой все это время.

Звали его Веррад, и он явно не привык к таким сумасшедшим марш-броскам по джунглям. Ноги он стер до крови, хотя бежал налегке, без рюкзака и оружия, а от усталости и стресса впал в оцепенение, из которого вышел только тут, при виде хорошо знакомой техники.

— Нет, не надо, — прошептал он. — Надо сначала проверить… пустите меня.

Под его пальцами консоль управления ожила, расцвела многочисленными огоньками. Но тут же Веррад издал горестный возглас, обхватил голову руками, и я понял, что удача наша закончилась.

— Чинить придется? — спросил я.

Техник посмотрел на меня полными горя, прозрачными шавванскими глазами и простонал:

— Мягко сказано. А у меня ни инструментов, ничего…

— У меня кое-что есть, — я сбросил рюкзак и принялся выворачивать его наизнанку.

Набор отверток, который мне некогда подарил Диррг — земля пухом моему другу — продвинутый ремнабор, в котором есть если не все, то очень многое, начиная с микроскопа и заканчивая дрелью. Еще всякое барахло, которым невольно обрастаешь, если занимаешься починкой разных механизмов — запчасти, изолента, пузырек с машинным маслом, которое наверняка одно и то же во всех уголках Галактики.

— Ооо, ничего себе, — Веррад наморщил лоб, оживленно потер руки. — Отлично! Понимаю теперь, почему тебя зовут Оружейником.

— Тот портал я починил, — сказал я. — Но там была механическая поломка, дело такое. Здесь… — я бросил взгляд на консоль, что полыхала багровым, — все немного сложнее… Говори, чего делать.

— Егор, — из наушников в моем шлеме донесся голос Ррагата, который остался снаружи, командовать дозорными. — С северо-востока движение в зарослях. Судя по всему, бриан. Движутся по нашему следу.

Проклятье, только их и не хватало!

— Пока сам, — я хлопнул Веррада по плечу. — Макс, приглядите тут за ним.

И заторопился в сторону выхода.

Снаружи царила ночь, мелкий дождик облизывал бока линкорного огрызка, капли сползали по веткам.

— Там были, — доложил Ррагат, указывая в ту сторону, откуда мы явились не так давно. — Потом пропали, залегли или что.

Бриан тут не просто как дома, они дома, и лес знают как собственные пять пальцев. Поэтому что они делают — мы можем только догадываться, может быть заходят к нам в тыл, а может шагают куда-то по своим делам, решив, что мы их не интересуем, и проще навести на нас авиацию.

Да, от ракет и бомб со штурмовиков нам не спрятаться.

Но мы расставили часовых со всех сторон, и надежда только на то, что все опытные, никто не уснет.

— Надо… — довести фразу до конца я не успел, поскольку ночную тьму разорвал выстрел.

Не наш, мы все с глушителями.

— Это с юга, — определил Ррагат.

И тут же пуля врезалась в металл над моей головой, едва не зацепила макушку шлема. Мелькнула среди стволов фигура бриан, качнулись длинные волосы, но абориген исчез раньше, чем я успел прицелиться.

— Юнесса, Дю-Жхе, занять круговую оборону, — велел я.

Бойцы Макса вместе с ним самим останутся в портальном зале, в резерве, да заодно и за Верратом присмотрят.

Стрельба начиналась то тут, то там, но всерьез бриан в атаку не лезли, наверняка не понимали, сколько нас. Мы тоже никак не могли определить их численность, и соваться в атаку я не собирался — нас слишком мало, и нам не нужна победа, нам нужно время, чтобы починить этот проклятый портал и уйти отсюда!

Перестрелка длилась около часа, а потом стихла, но в то, что враги ушли, я не верил.

— Егор, он просит твоей помощи, — вышел на связь Макс. — Говорит, что не справится.

— Ладно, иду.

Я передал командование Дю-Жхе, и забрался все в тот же коридор.

Портальный зал выглядел разгромленным — пол и стены вскрыты, змеятся провода, разложены незнакомые приборы, одни почти земные, другие очень странные сплошь из трубочек цветного стекла. Да, кое-какие я видел, когда в прошлый раз сам возился с порталом, но знаний у меня не хватало, чтобы понять, зачем все это, и что с ним делать.

— Нужно поправить блок изоляции вакуума, — сказал Веррад, бледный, но с лихорадочным румянцем на щеках и лихорадочно горевшими глазами. — И вставить сюда. Понимаешь?

Я кивнул — с этим «ежиком» я был знаком.

Спать хотелось неимоверно, но я понимал, что в ближайшее время отдых мне не светит.

— Счастье еще, что портал линейный, — бормотал техник, возившийся с консолью. — Канал прямой… а вот если бы был мультипортал, которые на варварских планетах ставят из экономии, тогда…

— А что такое мультипортал? — уточнил я.