Дмитрий Казаченков – Убийца героев. Том 3 (страница 4)

— Такие методы. Это как-то слишком жестоко даже для тебя.

— Ань, мы же всё уже обсудили. Я буду безгранично счастлив, если все они с улыбками на лицах примут мои условия и, взявшись за руки, начнут строить светлое будущее. Но, ты же не хуже меня понимаешь, что так никогда не будет. Всегда найдутся закостенелые консерваторы, которые сделают всё, чтобы оставить всё по-старому.

— Но, ведь, должны же быть ещё и те, кто готовы к переменам? Те, кто устал от расизма и притеснения?

— Конечно. И они сейчас все здесь. Ну, может, не все, но большинство.

Так мы и сидели, закрывшись вдвоём в кабинете, где я уже в который раз отвечал на вопросы Заранны, которые девушка уже в который же раз задавала мне, тщетно пытаясь смягчить мои планы. Да я и сам бы рад быть мягче, но куда деваться? Если мы придём к консенсусу и сможем всё решить миром, то я буду первым, кто протянет руку в жесте согласия. Тут важно понимать, что препятствовать её правлению я никоим образом не собираюсь, даже более того — предоставлю весь возможный простор, но перед этим необходимо это самое правление максимально обезопасить.

Всё шло рутинно и обыденно. Казалось бы, что в принципе может помешать обсуждению планов на будущее? Выстрел. Скорее только его отзвук. Но даже его хватило, чтобы наш диалог оборвался. И пары секунд не прошло, как мы выхватив ПП-шки из специальных тайников, которые теперь, спасибо моей паранойе, находились по всему замку, передёрнули затворы и выбежали из кабинета. Звук выстрела повторился. А потом ещё раз. А потом ещё и ещё. После четырнадцатого последовала пауза. Недолгая. За ней последовала автоматическая очередь.

Звуки шли из столовой. Пришлось бежать со всех ног, из-за чего я заметно обошёл тёмную эльфийку. У меня в голове так и вертелось:

«Что же там, блять, случилось? Что в принципе могло случиться с нашим-то уровнем обороны?!»

Вся прислуга уже находилась снаружи. Кажется, все были целы. Ну, почти: несколько официантов обнимали своё оружие, зажимая раны на ногах и руках. Ими уже занимались коллеги.

С недавних пор у каждого члена прислуги в замке при себе всегда был минимальный медицинский набор: два бинта и пузырь «бурды». Обусловлено это тем, что от пулевых ранений хватит и маленького пузырька, всё, что серьёзнее — делает медик, ну а если тебе башку прострелили, то тут уже вряд ли смогут помочь, но, если надежда есть, то попытаются. Проблема только в том, что медиков нужно ещё долго обучать, ведь, даже эти зелья далеко не всесильны. Например, если пульса нет, то, сколько ты пострадавшего бурдой не пои, а всё без толку. Но, ведь, его же можно запустить снова? Ответ — да. И сейчас медики как раз всему этому и обучаются. И не только этому. Радует то, что «тяжёлых» среди персонала нет, а значит, минимального набора будет вполне достаточно.

Сентипида с Изабеллой стояли у закрытых дверей. Горничная-сколопендра держала оружие наготове. Но вид у обеих был до того растерянный вид, что сразу становится ясно — эта ситуация из ряда вон.

— Что там?

Спросил я, первым подойдя к горничным. Пока Изабелла настороженно водила ушками, мне ответила Сентипида:

— Выражаясь вашим языком, хозяин, там пиждес.

— Во-первых, не пиждес, а пиздец, надо лучше мои выражения учить. А во-вторых, что конкретно там происходит?

Как раз в этот момент в дверь ударила очередь. Прочное дерево, специально укреплённое различными методами обработки, смогла словить почти все пули. Почти, потому что одна-таки смогла её пробить. Именно этот дурной кусок металла заставил Изабеллу ойкнув, осесть на пол. На белом фартучке медленно расползалось алое пятно. Как раз к этому моменту прибежала Заранна.

— Так, блять, оттащи этого бесстрашного енота подальше! Анька, помоги ей!

— Нет, я с тобой пойду!

Я смерил девушку взглядом.

— Ладно, хер с тобой, спорить нет времени.

Пока девушка-сколопендра оттаскивала подчинённую, я распахнул дверь и тут же нырнул за ближайший перевёрнутый стол. Наша королева повторила за мной всё в точности. Аккуратно выглянув из-за укрытия, я нашёл взглядом виновников шума. На нас же они не обратили никакого внимания. Кажется, они целиком и полностью заняты друг другом.

Жестами мы распределили обязанности: я — налево, она — направо. После короткого отсчёта в четыре секунды до следующей автоматической очереди, которая полностью заглушила наши передвижения. Ответная очередь не заставила себя ждать. Звякнуло разбившееся стекло, где-то пролилась вода, а где-то пули со звоном изрешетили кастрюлю. За ними последовали короткие выкрики:

— Сдохни уже, сука!

— Иди нахуй, тварь!

Довольно быстро я добрался до стрелявшей. Удар под колени. Схватить падающее тело, отвести рукой ствол оружия в сторону и удар в солнечное сплетение. Пистолет-пулемёт беспрепятственно выпал из обмякших пальцев.

Заранна тоже закончила со своей частью. Через полминуты у стены, украшенной следами от пуль, сидели две связанных девушки: Мишейра и Катрина. Они крутили головами, явно не понимая, что происходит, а когда взглядом натыкались на соседку, то злобно шипели и резко отворачивались. Обе девушки были наряжены так же, как и до этого во время приёма пищи: Мишейра — в платье, Катрина — в костюм. Всё оружие суккуба, которое было на ней ранее, сейчас находилось в столовой. Вернее, в столах. Топорики торчали из столешниц, а хлыст… чёрный наконечник смог пробить аж две столешницы за раз, при учёте того, что они довольно толстые.

— Ну и, что вы можете сказать своё оправдание?

— Доро-ЙК-ой! Ты-ЙК при-ишёл спасси меня?

— Рог-ат-ая, е льсси себе.

Ну что тут сказать? Обе бухие в хлам. От Катрины несёт вином, а от Мишейры… кофе. Пока я думал, как поступить с этими двумя, ко мне подошла Сентипида.

— Как Изабелла?

— Её жизни ничего не угрожает. Зельем я её напоила.

— Хорошо. Пусть отдохнёт. Этих двоих растащите по комнатам. Всё, что может послужить оружием — убрать. Никакого алкоголя или кофе. Вода, еда и на этом всё. Из комнат ни под каким предлогом не выпускать.

— Как прикажете.

Поклонившись, девушка удалилась раздавать распоряжения.

Заранна встала рядом со мной, поигрывая одним из топориков Катрины. Она смотрела вслед прислуге, которая уводила наших дурочек.

— И что с ними будешь делать?

— Сначала пусть проспятся, а потом попробую поговорить.

— Думаешь, получится их помирить?

— Нет, это вряд ли. Попытаюсь, хоть, мозги им на место вправить.

— Уже есть идеи?

— Ни одной. Буду импровизировать.

Далее мы покинули место перестрелки, чтобы не мешать слугам приводить всё в порядок. Мне же хотелось выйти на воздух. Тёмная эльфийка сбагрила подобранное оружие суккуба проходившему мимо слуге и увязалась за мной.

Моей целью стал один из балконов, на который я и вышел, распахнув стеклянные двери, о чём тут же пожалел: холодный ветер моментально напомнил, что на мне нет ничего, кроме тонкой рубашки и брюк. Меня спасла Заранна, накинув мне на плечи тёплую шубу.

— Замёрз?

— Да.

— А вот нечего было в одних трусах выскакивать на мороз.

— Спасибо.

— Да не за что. Ты и так много на себя взваливаешь.

— Разве?

— Тебя никто не просил становиться королём и править. Но ты схватился. Мы с Триэлафэй сами в это влезли, пока тебя не было, а потом пришёл ты и перетянул на себя всё что мог. Хотя я и не скажу, что это плохо. Но для тебя одного это слишком много. Ты пытаешься решить вообще все проблемы, но ты не сможешь этого сделать в одиночку.

— Хочешь сказать, что я тебя не слушаю?

Она подошла и, положив руки на перила, посмотрела на город. После недолгой паузы она ответила:

— Хочу сказать, что ты не понимаешь, что я хочу сказать. Ты слишком за меня беспокоишься. Я не хрустальная. Может, я и выгляжу как добродушная простушка, но я далеко не такая. В случае чего я могу за себя постоять, я тоже участвовала в боях в той войне. Хоть и не самых масштабных, но в самом начале войны я там была. Дралась рядом с Сэмом. Как видишь, всё ещё жива.

— С этим сложно не согласиться. Особенно, если учесть, что ты сейчас стоишь рядом со мной.

Вздохнув, она развернулась и посмотрела мне в глаза.

— Временами я не понимаю, прикидываешься ты дураком или дурак и есть. В любом случае, я от тебя никуда не денусь.

— И как мне на это реагировать?

— А как хочешь, я просто говорю, как есть. Можешь смотреть на это, как на простое удовлетворение физиологических потребностей.

И всё. Она ушла. А я так и не понял, что до меня хотели донести. Права она оказалась. Дурак. Дурак и есть. Это если говорить мягко и со скидкой на цензуру. На самом деле оно должно звучать жёстче. Может, я и не всё понял, если вообще что-то понял, но я знаю одно — права она. Совершенно точно права. И права во всём. Просто забыл я, что она куда старше меня. В несколько раз больше меня она уже живёт. Не уверен, что живи я в этом мире безвылазно, при этом восседая на троне, не послал бы всё к чертям уже через месяц, а она уже не первый год правит, причём не безуспешно.

Так и проторчал я на балконе до самого вечера, раздумывая, что вообще мне делать? О чём завтра говорить с девчонками? Что сказать Заранне? И как реагировать на её слова? Ни черта я не понимаю. И с этим надо разобраться. Потому что, если я прав, то мне совсем не нравится мотив девчонок.

Шубу я отдал одной из горничных, которую встретил по пути до спальни. Открыв дверь, я увидел, что Заранна уже успела раздеться и залезть под одеяло. Она лежала спиной к половине, на которой обычно сплю я. Я тихо подошёл и, скинув одежду, лёг на кровать.