Дмитрий Карпович – Сыщик. Чёртова рота (страница 2)
– Оооо, Петруха, привет. Да всё, вроде, нормально, вот месяц уже как дома.
– Надо увидеться обязательно.
– Да без проблем, я пока свободен. Работу ищу, времени много. Давай увидимся, конечно.
– Погоди. А что с работой-то?
– Да ничего, в активном поиске.
– Хм. А ты в милицию не хочешь пойти послужить?
– Я? В милицию? Да ни за что!
– А ты не кипятись… Погоди, давай-ка подгребай ко мне в отдел. Посидим, покумекаем, чаю попьём, печеньками закусим и поговорим за жизнь.
Рейсовый автобус, на котором прямо сейчас ехал Косенко, через каких-то пять остановок должен был быть около «Кировской» милиции.
– Ну давай. Я мимо тебя еду на автобусе. Минут через 15 буду.
Встретившись и обнявшись, бывшие подельники по студенческой жизни пошли в соседнее кафе.
– Я серьёзно. У нас и оперов, и участковых не хватает. Тебя хоть сегодня можно начать оформлять.
– Нет, Петь. Какая нахрен милиция? Пять лет в универе, чтобы погоны надеть? Мне армии хватило. Я юристом хочу быть.
– Да ты не кипятись… У нас тут все «юристы», и юридической практики – «выше крыши». Есть, кстати говоря, у нас одна «блатная» служба – отдел по борьбе с преступлениями и правонарушениями на потребительском рынке называется. Они ходят «по гражданке», гоняют торгашей на рынках, «погоны не светят». Туда берут только с опытом работы. Давай я тебя туда запихаю? Просто попробуй.
– Не знаю, – со вздохом сказал Косенко. – Но работа нужна…
Ещё через тридцать минут они стояли около двери начальника отдела.
– Подожди здесь, я поговорю с начальником.
Полковник милиции Суховей Виктор Дмитриевич, начальник Кировского отдела милиции, выслушал Симонова. Нехватка кадров в подразделении была не катастрофичной, но очень ощутимой. Недокомплект личного состава был процентов 30. Не хватало постовых, участковых, оперов, следователей, соответственно, нагрузка ложилась на плечи остальных. Но и брать кого попало с улицы не позволяли особенности работы и ведомственные нормативные акты.
Суховей был резок не только в принятии кадровых решений, он не любил приспособленцев и готов был заменить хоть половину отдела на молодую и свежую «кровь». Но где её взять? За каждого нового сотрудника он лично стимулировал кадровиков премией.
За резкий характер подчинённые называли Суховея Виктора Дмитриевича «СВД» – по аналогии со снайперской винтовкой Драгунова, бьющей резко, хлёстко и в самую цель.
– Заводи, – жёстко «стрельнул» полковник глядя на Симонова.
– Здравия желаю, товарищ полковник, – по-армейски отчеканил Косенко.
Не поднимая головы от подписываемых документов, полковник тихо, вместо приветствия, произнёс себе под нос, спрашивая не то у себя самого, не то у Сергея:
– Семь на восемь.
Задумавшись на секунду, Косенко ответил:
– Хорошая двухкомнатная квартира.
«СВД» поднял голову, уставившись любопытным взглядом на кандидата в милиционеры.
– Обоснуй!
– Ну, вы же имели в виду семь умножить на восемь, – пояснил Косенко, – а это пятьдесят шесть, а пятьдесят шесть квадратов – это хорошая по площади двухкомнатная квартира.
– Хм, молодец, что не просто не тормозишь, но ещё и нестандартно мылишь.
Теперь уже на секунду задумался Суховей, пристально разглядывая собеседника.
– Гляжу, поднимается медленно в гору лошадка, везущая хворосту воз, – медленно прочитал часть стихотворения Некрасова полковник и замолчал.
А Косенко продолжил:
– И шествуя важно, в спокойствии чинном,
Лошадку ведёт под уздцы мужичок
В больших сапогах, в полушубке овчинном,
В больших рукавицах… а сам с ноготок!
«Здорово, парнище!» – «Ступай себе нахер!»
«Уж больно ты грозен, как я погляжу!»
– Симонов! – заорал полковник, не давая продолжить увлёкшемуся поэзией Сергею, вызывая к себе «на ковёр» торчащего за дверью и подслушивающего их разговор кадровика.
– Я здесь, товарищ половник! – Испуганный Петруха ввалился в кабинет начальника.
– Оформляй парня. Направление на ВВК и прочую лабуду. Не затягивай, – кратко и резко приказал «СВД», как будто щёлкнул затвором.
Через полтора месяца, в августе 2009 года, Сергей Косенко приступил к стажировке в должности инспектора отдела со странным и смешным названием ОБППРиАЗ.
Ещё полгода стажировки и профподготовки, и новоиспечённый лейтенант милиции Косенко Сергей Николаевич «встрял» в ряды правоохранительных органов Новосибирска.
Рутинная работа по выявлению правонарушений на рынках, составление отказных материалов и административных протоколов быстро наскучили Сергею. Однако и прыгать туда-сюда с должности на должность, из службы в службу, в милицию и обратно «на гражданку» было не в характере лейтенанта. Он решил внести свою изюминку в застывшее, инертное тело отдела.
Динамика, разгон, нестандартный подход, настырность, общение с людьми – всё это привело к тому, что уже через год, к концу 2010 года, выявленных преступлений на потребительском рынке у него было больше, чем у всего подразделения.
Явки с повинной от торгашей из киосков, обсчитавших потребителей или обманувших своих хозяев, мелких мошенников, выманивавших деньги у граждан за неоказанные им услуги по сборке мебели, и прочие правонарушения. Косенко выявлял и раскрывал преступлений больше, чем любой опытный опер или участковый в Кировском районе.
Суховей, изучив статистику по выявленным преступлениям к концу года и сравнив динамику их роста за 2010 год, не стал вызывать к себе молодого лейтенанта. Он оторвал свой полковничий зад от кресла и лично прибыл на улицу Мира, где располагался подчинённый ему отдел со смешным названием ОБППРиАЗ.
– А я в тебе не ошибся. Молодец, – начал он свой разговор с Косенко.
– Стараюсь, товарищ полковник.
– Смотри, в следующем году ваш отдел расформировывают. А ты мне вот такой «фильдеперсовый» нужен. Пойдёшь в уголовный розыск. Это не просьба. Это приказ. Просто поверь мне, у тебя всё получится. Я ещё не раз буду тобой гордиться. – Выстрелив очередью слова благодарности, «СВД» убыл восвояси.
Через полтора года после первого разговора с однокашником по университету Петрухой Симоновым Косенко был уже «Лунавым». Он был опытным сотрудником милиции. И личное внимание начальника отдела к молодому лейтенанту было тому не единственным подтверждением.
Косенко ещё не был «Щукой», что на старом, блатном жаргоне означало «опытный опер». Ему только предстояло им стать.
Глава 4. Щука
Кабинеты оперов уголовного розыска отдела полиции №8 «Кировский» располагались на втором этаже здания по адресу ул. Петухова, дом №57.
Косенко «прописался» в кабинете №317.
Два опера, старшие лейтенанты Николай Белых и Дмитрий Долгих, с недоверием смотрели на новичка.
– Ну, заходи, располагайся, – пригласил Коля Белых Сергея за свободный стол.
Кировский отдел по численности был одним из самых крупных наряду с соседним – Ленинским. Численность личного состава превышала 700 человек. Несмотря на большую текучку и нехватку кадров, многие в отделе работали по нескольку лет и хорошо знали друг друга. Но Сергей проработал всего полтора года, полгода из которых стажировался и проходил профессиональную подготовку в специализированном центре. К тому же перевёлся он из «блатного» по местным меркам подразделения со смешным названием ОБППРиАЗ.
Новичок был хоть и молод, но уже опытен. Опера пробили его по своим «внутриутробным» каналам, навели справки о любимчике «СВД».
Они были наслышаны и о том, как быстро он устроился в милицию, и о результатах работы Косенко, когда он делал «палки» на простых и нетяжких эпизодах мошенничества и краж в своём подразделении. Знали и о том, что «СВД» лично «за руку» привёл Косенко в уголовный розыск.
Ладно, время покажет, кто есть кто. Здесь работать нужно самому за себя и за того товарища, которого кадровики ещё не подыскали и не затащили в извечно недоукомплектованный штат уголовного розыска. Здесь халявить-то не положено, просто не получится. Либо ты работаешь, причём сутками напролёт, досыпая и досматривая сны на жёстких стульях служебного кабинета, подложив томик оперативно – поискового дела под голову вместо подушки, недоедая и жуя сухие бутерброды с салом, привезённым твоим батей на его старенькой «девятке» из деревни, и запивая их чёрным горьким чаем, либо максимум через полгода становишься «Володей Шараповым» с его своеобразной философией и идёшь мастурбировать в другие подразделения.
Все трое оперов обсуживали кусок «Кировской земли» – маленькое «Новосибирское гетто».
«Затулинка» – Затулинский жилмассив, часть Кировского района, застроенная и заселённая в 70-е годы прошлого века однотипными девятиэтажными панельными домами, славилась у всего уголовного розыска города Новосибирска. По количеству наркоманов, наркопритонов и уличных грабежей с ним мог конкурировать разве что микрорайон «ОбьГЭС» – такое же «гетто» – аппендицит от знаменитого новосибирского Академгородка.