Дмитрий Карпин – Мы – попаданцы, спасаем мир (страница 21)
– Зачем? – удивился Громов-младший.
– Надо! – прыснула ёжик.
Денис повиновался. Протянул пистолет, не ожидая подвоха. Юля взяла его, неожиданно повернулась к лежащему без чувств богатырю и с каменным лицом спустила курок.
Бах-бах-бах. Три выстрела и три дырки в груди Игорька.
– Что ты делаешь?! – вскричал Денис и, кинувшись на Юлю, вырвал из ее рук пистолет. – Ты что, совсем спятила?
– Так надо, дурачок, – произнесла ёжик. – Тебя же спасаю. Чтобы легенда оказалась правдоподобной и чтобы ты потом все смог объяснить. А за Игорька не переживай – оклемается. Жизненно важные органы не задеты. Да и к тому же с ним такое проделали, что регенерация его клеток залечит эти ранения за считанные часы. А теперь слушай легенду, как все якобы было. – Кивок в сторону лежащих без чувств Громова и Бахчисараева. – Их накрыло светозвуковой гранатой, а ты… – Ёжик даже усмехнулась. – А ты всех спас, Денис. Ты герой!
Глава 9
Когда твой мир рушится
– Молодец, Денис!
– Красавчик, Денис!
– Герой! Самый настоящий герой!
– Да, я всегда в тебя верил, братка!
Дружеские хлопки по спине от близнецов Толика и Бориса.
– Это надо же, – затараторил Толик. – Этот клятый уголовник две группы спецназа завалил, майора и комитетчика оглушил, а наш Дениска его взял! Дай, братка, я тебе руку пожму!
Денис протянул ладонь товарищу, тот крепко ее сжал и еще раз хлопнул «героя» по плечу.
– Ну, а я тебя даже расцелую! – вдруг заявил Борис и, обняв Громова-младшего, троекратно расцеловал его в щеки. – Горд, просто искренне горд, что с тобой служу!
И так целый день, с самого утра. Все коллеги выражали восхищение за проявленное Денисом мужество при взятии крупного уголовника Игоря Богатырева. «Двое из ларца», как Денис называл близнецов, так уже в третий раз за день. Сам же «герой» с каменным лицом сидел за собственным рабочим столом и чувствовал, как на душе скребутся кошки. Было весьма паршиво. Игорек этого мира оказался самый настоящим подонком и безжалостным убийцей. Погибло много людей. Самому Денису пришлось стрелять в отца, а затем обманывать всех. А истинная героиня вчерашнего дня Юля не удостоилась ни единой похвалы. Что уж говорить о несмолкающей совести, которая по своему обыкновению вцепилась в душу Дениса и сейчас пыталась разорвать ее на мелкие лоскутки, словно Тузик пресловутую грелку.
Поэтому, когда в управление МВД по Ленинграду и области вошли четверо кагэбэшников с бритыми затылками и в неизменных кожаных пиджаках, Денис даже оказался им рад. И его даже не насторожил их странный надменно-приказной тон:
– Майор Громов, капитан Громов и младший лейтенант Гончарова, вам следует немедленно проехать с нами для разъяснений по делу Богатырева! – как по-писаному отчеканили комитетчики. Двое из них в этот момент держали руки под пиджаками, будто чего-то опасаясь и готовясь в любой момент схватиться за стволы.
– Надо, так надо, – пожал плечами Громов-старший.
Милиционеров сопроводили в комитетский джип. Причем отчего-то двое из комитетчиков остались в управлении МВД. С каким-то недобрым предчувствием Денис заметил, что на Дворцовой площади у здания Главного штаба припарковано еще несколько таких же черных джипов, но те тоже никуда не двинулись, а так и остались стоять у управления. Денис перевел взгляд на отца, майор казался встревоженным и задумчивым. И одна лишь Юля сохраняла полное спокойствие.
Их привезли в «Большой дом», как в народе называли здание КГБ на Литейном проспекте. Там их заставили сдать оружие и сопроводили вниз на цокольный этаж.
– Приветствую… товарищи милиционеры, – сухо произнес Бахчисараев. Протянутую руку Громова он будто бы и не заметил или просто сделал вид, что не заметил.
– Вас вызвали в связи с вновь открывшимися подробностями в деле Богатырева.
– Он что, уже дает показания? – удивился Громов.
– Так точно, – кивнул комитетчик, вновь облачаясь в непроницаемую и строгую скорлупу. – Пройдемте в допросную.
Они двинулись по длинному и плохо освещенному коридору. Милиционеров Бахчисараев пустил вперед, затем двух своих сотрудников, более похожих на бывалых бойцов спецназа, а сам замкнул шествие.
«Мы будто под конвоем, – мелькнула у Дениса мысль. – Ох, не нравится мне все это».
– Пришли, – вдруг произнес Бахчисараев и кивнул на стальную дверь. – Заходите.
Громов пожал плечами и надавил на ручку, дверь оказалась не заперта, и они вошли. В глаза ударил свет, яркая прозрачная лампочка накаливания ватт на двести болталась под потолком на проводе. Денис зажмурился, а когда вновь поднял веки, то даже вздрогнул. Прямо перед милиционерами на железном стуле сидел Игорек и недобро усмехался. Руки его оказались прикованы к подлокотникам, на ногах тоже болталась цепь, причем толстенная, явно сделанная из титана.
«А вот здесь вы не перестарались», – хмыкнул про себя Денис, припоминая, как в подобной допросной в альтернативном мире Российской империи Игорек смог разорвать цепи обычных наручников. Только вот тогда Игорек был на их стороне, а сейчас…
«И что это он на нас так зыркает? – подумал Денис. – Что это вообще за спектакль такой? Зачем нас сюда привели?»
– Садитесь, – велел старший майор госбезопасности и указал на три стула напротив задержанного.
Юля уселась первой, взгляд ее был будничный и немного скучающий, она спокойно взглянула на ухмыляющегося Игорька и даже улыбнулась ему. Богатырь кивнул в ответ, будто приветствуя. А вот Громов-старший, напротив, с подозрением взглянул на предложенный ему серый и холодный стальной стул и произнес:
– Товарищ Бахчисараев, я требую немедленно объяснить, что здесь происходит! Поскольку предлог, под которым нас сюда вызвали, судя по всему, не имеет никакого отношения к истинной причине, и вся эта процедура больше напоминает очную ставку. Поэтому я требую…
– Спокойно! – вдруг рявкнул комитетчик, а затем улыбнулся и уже тише добавил: – Товарищ майор, я вам сейчас все объясню. А вы пока садитесь и чувствуйте себя, как дома.
Последние слова очень не понравились Денису, но Громов-старший обреченно сел, и сыну ничего иного не оставалось, как последовать примеру отца.
– Вы отчасти правы, товарищ, – произнес Бахчисараев, отчего-то забывая назвать Громова майором. – Но начнем сначала. Задержанный Игорь Богатырев оказался весьма откровенен и словоохотлив, к моему удивлению. Он во всем сознался и поведал нам о всех подробностях ограбления броневика. А также… – комитетчик по своему обыкновению возвел палец к сырому потолку подвала, – а также рассказал нам о подвигших его на это дело обстоятельствах.
– Жажда легкой наживы – вот его обстоятельства! – фыркнул Громов.
– Без сомнения, вы правы, товарищ, – кивнул старший майор госбезопасности. – Но, упоминая обстоятельства, я имел в виду не мотивы нашего задержанного, а людей. Людей, которые сподвигли Богатырева на совершение преступления, людей, которые являлись идейными вдохновителями и организаторами сего незаконного действия, людей, в чьих руках задержанный являлся всего лишь примитивным орудием и…
– Да поняли мы, поняли, – вдруг фыркнула Юля. – Любите же вы, Кир, растекаться по древу, давайте уже ближе к делу, а то я, ей-богу, сейчас засну. – И ёжик нагло зевнула.
От негодования и возмущения Бахчисараев даже слегка покраснел, было понятно, что, по своему обыкновению, он заготовил длинную и напыщенную речь с завязкой, развитием сюжета, приправленную театральным драматизмом, и с неизбежной, возможно, по его мнению, даже бомбической кульминацией. Но лишь одна колючка ёжика, и вся его напыщенная речь лопнула, словно воздушный шарик, в который наглый хулиган выстрелил из рогатки.
– Ближе к делу, так ближе к делу, – сквозь зубы прорычал Бахчисараев и перевел взгляд на Игорька. – Товарищ Богатырев, поведайте нам, кто же ваши загадочные наниматели, что уговорили вас на совершение дикого и безжалостного преступления.
Все взглянули на Игорька, тот усмехнулся уголком рта, подмигнул милиционерам и заговорил:
– Как ты, чекист, я речи толкать не умею, поэтому буду краток. Те двое, что наняли меня, сейчас находятся в этой каморке. – Он сделал паузу.
«Каков наглец! – заерзал на стуле Денис. – Он что, собрался обвинить нас с Юлей? Ну конечно! Это всего лишь месть за то, что мы взяли его! Но все это голословно, бездоказательно! Неужели Бахчисараев мог поверить ему?»
– И кто же эти люди? – поторопил комитетчик, поскольку театральная пауза Игорька слегка затянулась.
– Это майор Громов и его любовница с волосами цвета корейской морковки, – наконец выдохнул богатырь.
«Чего? – опешил Денис. – А я?»
Ёжик лишь усмехнулась, будто бы все это действие являлось для нее будничным и обыденным. Или же просто, как всегда, пыталась сохранить железную выдержку.
– Это наглый поклеп! – вскочил Громов. – Бахчисараев, неужели вы верите ему? Верите клятому уголовнику, без каких бы то ни было улик?!
– Немедленно сядьте, товарищ, – строго взглянув на Громова, произнес старший майор госбезопасности; глаза его в этот момент были полны злобы, что открыто говорило о том, что он действительно верит Богатыреву.
Громов же не сдвинулся и с места, продолжая смотреть на Бахчисараева. Возможно, эта игра в гляделки затянулась бы надолго, но двое сопровождающих комитетчика горилл медленно откинули пиджаки в сторону и демонстративно схватились за стволы.