Дмитрий Иванцов – Красный луч (страница 1)
Дмитрий Иванцов
Красный луч
Глава 1. Начало
Я высовываюсь из-за угла и тут же вижу прямо перед собой синтетика. Проблема в том, что его ствол его автомата направлен прямо в меня, а мой ещё только поворачивается в сторону противника. Меня как обычно спасает моя реакция – я падаю, в полёте доворачиваю автомат и нажимаю спусковой крючок. Выстрел, пуля попадает в шею синтетика, который тут же валится рядом. Всё как обычно, почти все нейтрализованные мною синтетики получали от меня пулю именно в шею. Это их только ранило, добивал же всегда синтетиков мой напарник.
Ну вот прямо как сейчас, синтетик вскакивает, но тут же получает от напарника пулю в лоб и валится уже замертво. Напарник подскакивает к нему и начинает пинать ногой, крича во всё горло:
– Не смей… стрелять… в моего… мужика!
После каждого слова синтетик получает ощутимый пинок, от которого, впрочем, ему было уже ни жарко и не холодно. Кстати, синтетик в меня выстрелить даже не успел, поэтому обоснование пинков было с логической точки зрения не так чтобы очень.
Немного о моём напарнике, а то вы не весть что ещё подумаете. Вообще-то это не напарник, а напарница. Причём напарница не только во время боёв, ночи мы тоже проводим вместе, а также утра и вечера, будни и выходные, без перерыва. Так повелось недавно, где-то лет тридцать назад. У нас даже дети есть, трое, две девочки (ссыкухи, как любя называл их мой дед) и младшенький (больше двух метров роста). Я всем говорю, что три раза дома был. Да, мы муж и жена, если вы ещё не поняли.
Тут жена закончила пинать тело синтетика и обратила внимание на меня. Но лучше бы она этого не делала, потому что её внимание вылилось в два увесистых пинка уже в мой бок.
– Вставай давай, чего разлёгся, кто работать будет.
Эта её стандартная фраза пару лет назад стала негласным девизом нашего подразделения. Эту фразу применяют к любому лежащему бойцу, только его при этом в большинстве случаев не пинают, потому что жалеют. Да это и логично – лежит себе человек, никого не трогает, за что его пинать? Мы же ведь не женщины какие-то!
Я поднялся, и мы двинулись дальше по коридору. Жена пригибалась, потому что так было нужно по инструкции, чтобы визуально уменьшить силуэт и снизить вероятность попадания пули противника. Я пригибался, потому что болел бок, в который попали пинки жены. Кстати, ей пригибаться было совсем не обязательно, потому что роста она была два вершка. Впрочем, свирепости в ней было обратно пропорционально её росту, ну то есть выше колокольни.
Если вы думаете, что знакомитесь с военно-стрелялочной историей, то напрасно. Стрелялки уже в принципе закончились и дальше пойдёт история о суровой правде жизни. Почему суровой? Да потому что в этой истории замешаны, вернее участвуют женщины. А с любой женщиной любая история сразу же становится крайне суровой, запутанной и одновременно очень смешной.
Да вы сами подумайте, чем бы занимались мужчины, если бы на свете не было женщин? Утром проснулся, совершил моцион, позавтракал, отдохнул, походил возле пещеры, пообщался с соседом, отдохнул, пообедал, отдохнул, сходил на речку, покупался, отдохнул, поужинал, лёг спать, во время сна ещё раз отдохнул.
Но с женщинами ситуация на планете существенно и многократно усложнилась. Поскольку запросы у женщин немного превышают мужские, где-то раз в триллион, то и удовлетворять эти запросы приходится именно мужчинам. Поэтому к вышеперечисленным мужским действиям прибавляем порядка ста деяний в час по заданию женщин и в конце дня получаем – «ну вот, разлёгся, хоть бы мусор вынес»!
– Семнадцатый, доложите обстановку. – это нас прервало радио от командира группы. А семнадцатый это я.
– Первый, последнего красного добили, синих не наблюдаем. – доложил я, глядя на планшет со схемой помещений корабля.
Кто такие красные и синие, и что за корабль? Похоже пришла пора вас ввести в курс дела.
Сейчас 2176 год, мы находимся над планетой Земля в солнечной системе галактики «Млечный путь», вселенная «Вселенная». Мы над планетой, потому что ведём бой с пришельцами в их космическом корабле. Эти пришельцы, или как мы их в обиходе называем пришаки, заявились к нам пять лет назад и сообщили, что в их планету Сантагу через сколько-то там лет попадёт очень крупный астероид и разрушит её. Пришакам податься не куда, только на нашу планету, потому что только она является полностью пригодной для их жизни. И что скоро они заявятся к нам и будут жить на нашей планете. Их прибудет немного, где-то миллиардов пятнадцать и нашему миллиарду придётся сильно подвинуться. Ну и потом пришельцы по причине своего численного и технологического превосходства начнут доминировать. Со всеми вытекающими для нас последствиями, в основном негативными.
Такое уже было у нас самих, семьсот лет назад европейцы начали мигрировать на американский континент и подвинули местное население в резервации. Кстати, пришаки сразу об этом и сказали, что для пресечения разных конфликтных ситуаций нам придётся переехать в Антарктиду. На это мы показали пришакам дулю, а один из переговорщиков и кое-что другое. Пришельцы отправились на корабль, но сказали, что вскорости вернутся. Человечество же оказалось в ситуации принятия непростого решения. Что делать, если произойдёт вторжение технологически более развитой цивилизации, к тому же преобладающей количественно?
Воевать? А если у них будет какое-то супероружие типа копий с ядерными наконечниками 999 мегатонн? И кто будет воевать, когда у нас не осталось армий после нейрореформы? О, да, вы же про нас не всё знаете. В первой половине двадцать первого века, то есть примерно сто пятьдесят лет назад, на планете Земля случилась Первая глобальная, она же Третья мировая война. Из восьми миллиардов на планете выжили где-то миллионов пятьсот. После этого, когда остатки человечества морально пришли в норму, было принято решение провести нейрореформу, которая должна была снизить внутривидовую агрессивность людей.
Реформа постепенно цели достигла, агрессивность людей снизилась. На планете стало значительно безопаснее – количество убийств, терактов и случаев насилия существенно уменьшилось, военные конфликты ушли в ноль. Параллельно с этим существенно повысился уровень жизни населения, так как не стало расходов военных и сильно снизились затраты на полицию и тюрьмы. Но любое действие имеет побочные последствия, так и с нейрореформой. Побочное последствие от неё было только одно – человечеству оказалось сложно собрать армию против инопланетного вторжения.
Оно и логично: чтобы воевать, нужно иметь определённый уровень агрессивности. А нейрореформа снизила его почти до нуля. Поэтому собрать армию было достаточно сложно. Но в этом вопросе нам «помогли» сами пришельцы. Они вернулись через два года после переговоров и привезли с собой армию синтетиков.
Как в последствии выяснилось, пришельцы тоже, как и мы сделали нечто в виде нашей нейрореформы и снизили свою агрессивность, что привело к миру на их планете Сантаге. Но из-за угрозы вымирания им придётся со своей планеты улететь на нашу. И они уже поняли, что просто так мы им свою планету не отдадим и дадим бой. Потому что перед нами встал выбор – или они или мы, и мы на удивление выбрали себя. А цель их повторного прилёта была в том, чтобы дать бой нам, планету отнять и загнать нас в резервации. Где мы из-за повышенной плотности популяции снизим свою рождаемость и постепенно вымрем. Это в лучшем случае.
Но чтобы нас победить, нужны солдаты с высокой степенью агрессивности, которой у пришельцев уже нет и возвратить её не получится. Во-первых, это долго, во-вторых, это приведет к войне между группами пришельцев. Поэтому они решили не развивать агрессивность у себя, а пойти по другому пути. И этот путь попутно решил проблему скорости доставки армии на сверхбыстрых космокораблях.
Пришельцы научились создавать синтетические организмы, которые в не активированном состоянии спокойно переносили сверхсветовые скорости. Но по особенностям устройства этим синтетиком мог управлять только его синтетический мозг. И в этом мозге должны быть соответствующие нейронные сети управления – то есть программы. Такие управляющие синтетиками нейросети в их синтетическом мозге пришельцы создавать не научились. Вернее, сформированные ими нейросети не смогли нужным образом управлять синтетиками. Мы знаем, что самое сложное во Вселенной – это живая клетка и мозг. Ни то, ни другое создавать искусственно не смогли ни пришельцы, ни мы.
Но пришакам удалось найти другое решение. Они научились делать нейрослепки из мозга любого организма и внедрять его в мозг синтетика, который после этого становился один в один со своим донором. Можно сказать, что в мозг синтетика переносили сознание донора. Но проблема была в том, что этот донор после этого умирал, потому что в нейрослепки нейронные сети его мозга переносились физически. После взятия копии мозг донора становился девственно чистым, в нем не было даже нейросетей, организующих дыхание и управляющих органами тела. Ну и без дыхания донор умирал в течение пары минут, но для синтетика это уже не имело большого значения. Только что сознание было в доноре, а сейчас оно уже в новом теле. Понятно, что обратно в мёртвое тело сознание вернуть было нельзя, поэтому почти никто из пришельцев не захотел становиться синтетиком. К тому же в таких синтетиках не было бы агрессии, и они не могли бы вести боевые действия.