Дмитрий Иванцов – Агрессия. Зелёный луч (страница 22)

– Что это? – спросил я.

– Виски. Алкоголь.

– Спасибо. Не люблю есть и пить что-либо коричневого цвета. К тому же я временно не пью.

– Временно это насколько? – поинтересовался Сэнс.

– Ну где-то до конца века. – примерно обозначил я дату. – Понятно, что следующего.

– Да вы шутник, Вуанол. Хорошо, что меня об этом предупредили. Ну тогда давайте преступим к нашим делам. Или вам нужно какое-то время отдохнуть?

– Нет, я за неделю на пароходе наотдыхался. Давайте лучше к делам, а то у нас, итак, время в обрез. Каких-то пятьдесят лет осталось.

Мужчина улыбнулся, отпил из стакана и поставил его на столик.

– Хорошо, приступим. Начну с новости хорошей. Пока вы плыли, мы нашли последних двоих из восьмой группы, которых, как и вас срикошетило.

– На этом хорошие новости закончились?

– Ну, не так чтобы очень. – замялся Управляющий. – Вот только… есть одно обстоятельство… которое может серьёзно повлиять на проект.

Я посмотрел на мужчину и увидел, что он явно чувствует себя не в своей тарелке. Его что-то очень сильно смущало. И это «что-то» могло быть только одним.

– Погодите, не говорите, я сейчас сам догадаюсь. – остановил я его, хотя он и порывался продолжить свою речь. – У вас очень глубокие сомнения насчёт этичности нашего проекта. Вам не нравится то, что из-за его внедрения на планете Корвана агрессивность аборигенов повысится и они будут убивать друг друга. Пострадают невинные ну и дальше в таком же духе.

– Как вы догадались? – ошарашенно спросил меня Управляющий. – Вы же ни с кем…

– Ваши мысли написаны на вашем лице. Тут не надо быть большим физиономистом, чтобы догадаться, о чём вы думаете. Ну что ж, давайте обсудим это более предметно. Потому что если мы не придём к какому-то общему знаменателю, то наш проект действительно будет обречён.

Сообщил я всё это собеседнику, а про себя продолжил – как же, обречён, не дождётесь. Если не будете помогать, то мы и без вас справимся. А если будете мешать, то мы вас уничтожим. Слишком многое стоит на кону, чтобы с вами цацкаться.

Управляющий же вскочил с дивана, заходил по комнате, пребывая в большом смятении. Я его не останавливал и в его терзания не вмешивался. Пусть хорошо всё обдумает и сам выскажется. Не буду наседать с нравоучениями, подожду его мнения и отвечу на него по пунктам. Между тем мужчина остановился и спросил:

– Могу ли я пригласить на нашу беседу моего заместителя?

– Да, давайте. – согласился я. – У него тоже, как у вас, смутные сомнения?

Сэнс удивлённо посмотрел на меня, потом вышел в коридор и через минуту вернулся с мужчиной в деловом костюме, который сразу же направился ко мне и протянул руку:

– Мистер Сендер. Как хорошо, что мы вас нашли.

– Да, кстати, за это вам обоим нижайший поклон. – и я действительно поклонился им обоим, но не сильно. – Если бы не вы, то неделю назад меня должны были казнить.

Нет, если они будут мешать, то уничтожать мы их не будем. Надо быть благодарным людям, иначе они тебя спасать больше не будут. Но мешать проекту мы им всё равно не дадим. Хотя в ближайший час будет понятно, станут они нам мешать, помогать или отодвинутся. Между тем оба мужчины сели на диван напротив меня и второй представился:

– Я Клэдор, заместитель Сэнса.

Ладно, будешь для меня Вторым. Я показал ему на свой стакан с виски, он выпил всё содержимое и зачем-то понюхал свой рукав.

– Мы с Сэнсом начали обсуждать начало реализации проекта тридцать четыре, и он мне дал понять, что у вас обоих есть в нём большие сомнения. Эти ваши сомнения могут сорвать или затормозить проект и поэтому нам нужно прямо сейчас с ними разобраться. И пока мы этого не сделаем, то обсуждать план работы по проекту не вижу смысла. А теперь я внимательно слушают вас. Расскажите, что вас гложет.

Мужчины переглянулись и перебивая друг друга начали рассказывать мне о своих терзаниях.

– Вуанол. Мы одиннадцать лет назад приняли решение участвовать в разведывательной группе на Корване исключительно в исследовательских целях. Я из администрации планеты, а Клэдор учёный. Мы не… не…

– … не убийцы.

– … нет, я хотел сказать… Мы не можем делать так, чтобы корванцы начали убивать друг друга. Мы полетели сюда, потому что нам было интересно посмотреть на новый мир, на наших братьев по космосу. На то, как они живут, как развиваются, чего добиваются, да помочь им в конце-то концов. А тут пять лет назад мы были просто огорошены сообщением о проекте тридцать четыре.

– Мы оба на Сантаге были уже почти на пенсии. – продолжил Клэдор. – У обоих дети давно взрослые, у них свои семьи и свои дети. Мы оба остались без жён… и захотели, если говорить прямо, прожить ещё одну жизнь, пусть и на другой планете. А тут выясняется…

– У вас здесь появились семьи? – прервал я собеседника. Они оба переглянулись и нехотя кивнули.

– Поздравляю. – сказал я им, они удивлённо переглянулись и с недоверием посмотрели на меня. – Нет, правда поздравляю, без всякой подковырки. Да я и сам собираюсь здесь завести семью. На Сантаге всё не с руки было. Дети есть?

– Да, у меня двое, у Клэдора трое. – подтвердил Сэнс.

– А теперь скажите, уважаемые, на что вы готовы пойти, чтобы ваши семьи остались в живых? Тонут две лодки, на одной из них ваши семьи, на другой чужие. Вы сможете спасти только одну лодку. Кого вы станете спасать? Свои семьи или чужие?

Мужчины опять переглянулись, но промолчали.

– Вот то-то и оно. Мы все любим быть добрыми за чужой счёт. Типа – вы не должны способствовать гибели жителей Корваны. Но сами, случись что, будем спасать только себя и своих близких, тем самым способствуя гибели других людей.

– Вы не понимаете, это другое. – воскликнул Клэдор. – В этом случае мы просто делаем выбор, кого спасать. А в вашем мы сами организуем гибель других людей.

– Я полностью с вами согласен. Тогда у меня другой вариант. Вы глава государства и на него нападает чужая армия, которая начинает, как это водится в таких случаях, без разбору убивать и солдат вашей армии, и гражданских, в том числе женщин и детей. И в том числе ваши семьи. Пошлёте ли вы на защиту страны её армию? Да или нет?

Мужчины уставились в пол и промолчали, явно сообразив, что я скажу им в ответ.

– Да, вы абсолютно точно отправите солдат армии своей страны на её защиту. На защиту женщин и детей. И тем самым вы отправите многих этих солдат на смерть. И эти смерти будут нужны, чтобы остались жить другие люди, в том числе и ваши близкие. Ну и чем ситуация с Сантагой отличается от ситуации с войной?

– Мы понимаем, что вы хотите сказать. – отреагировал Сэнс. – Вот только мы конкретно повысим агрессивность части корванян, с них снимут нейрослепки, и они тут же умрут. А перед этим вы планируете развязывать на планете войны и революции, в которых тоже погибнут люди, миллионы людей!

– Я тоже понимаю, на что вы намекаете и полностью с вашими намёками соглашаюсь. А ещё хочу сказать, что если мы не выполним проект, то сохраним жизни пятидесяти или ста миллионам корванян. И в то же время погибнет пятнадцать миллиардов сантагян, из которых восемь миллиардов будет женщин и два миллиарда детей, в том числе и ваших потомков. И гибель этих всех людей будет на нашей с вами совести.

Мои собеседники также молча продолжали смотреть в пол, а я встал и прошёлся по кабинету.

– Давайте сделаем так – я сейчас пойду где-нибудь поем, а вы обсудите ситуацию и когда я вернусь, то мы с вами придём к какому-то промежуточному решению. А конечное решение будем принимать завтра утром или в период двадцати одного дня. Так где тут можно перекусить?

– Как выйдете на улицу, идите вправо и через три дома будет кофейня. – сообщил мне Клэдор.

Я спустился вниз, вышел на улицу, повернул направо и через три дома вошёл в кофейню. Там заказал еривийский завтрак и кофе с плюшками. Сел я за высоким столом, который стоял вдоль окна, и наблюдал за прохожими, которых было очень мало. Есть старался не спеша, по двум причинам. Чтобы хорошо разжёвывать пищу, и чтобы она тем самым лучше усваивалось. А также чтобы дать время руководителям исследовательской группы, чтобы они лучше разжевали мои аргументы, и чтобы они тем самым у них в мозгах лучше усвоились.

Назад я пошёл другой дорогой, обогнул квартал и подошёл к нужному дому с другой стороны. В пути я совершенно не думал о разногласиях с собеседниками. У меня сложилось чёткое убеждение, что мешать проекту они точно не будут. В худшем случае не будут помогать, но мешать на станут. Да даже если бы и мешали. Без них, конечно, проект немного замедлится, но не остановится. Просто придётся чуть больше поработать нам с Координатором и руководителям подгрупп. Но мы справимся, в этом я был твёрдо убеждён.

Когда я через полтора часа зашёл в кабинет, то оба мужчины о чём-то горячо спорили, стоя возле окна. Увидев меня, они замолчали.

– Если вам нужно ещё время, то я могу погулять сколько нужно. – сообщил я им, но Управляющий замотал головой.

– Нет, решение мы уже приняли. Просто тут… в общем, обсуждали детали.

– Тогда давайте сядем и продолжим нашу беседу. – отреагировал я и мы опять сели на диваны.

Я внимательно посмотрел на собеседников и заметил, что они неловко переглядываются и стараются не смотреть мне в глаза. Но то, к какому решению они пришли, было написано на их лицах.