Дмитрий Иванович Хван – Ангарский сокол: Шаг в Аномалию. Ангарский Сокол. Между Балтикой и Амуром (страница 14)
Появление огромной семьи бывшего советского мичмана вызвало в лагере множество пересудов и дало пищу для разговоров на неделю вперёд. Бойца из роты обеспечения, носившего ему еду, а также врача, осматривавшего этих людей, донимали множеством вопросов. Как говорил Виктор, Васильев остался в поселении думать, что же ему предпринять. Смирнов предположил, что он тоже придёт: поскольку его товарищ был здесь, то следует ждать и Николая.
– Одному ему станет тоскливо, – сказал тогда полковник.
Андрей оказался прав. Васильев, поначалу не испытывавший восторга по поводу возможного ухода на родину и оставлению уже ставшей ему привычной жизни в тайге, появился у лагеря на исходе прошлых суток. По его словам, их вождь Данул был весьма зол из-за ухода Сафарова и пытался запретить уйти и ему. Однако появление боеприпасов к автомату Николая решило вопрос в его пользу. Данул ничего не смог этому противопоставить. Он хорошо помнил первое знакомство со злой палкой, пускающей невидимые стрелы.
– Почему им не позволяют выйти из аномалии? – удивился майор Сазонов, собираясь выходить из палатки.
– У Павла есть опасения насчёт режима соблюдения секретности Объекта, – ответил за всех полковник. – Но он обещал Сафарову через полтора месяца решить вопрос положительно, правда, Виктору придётся поменять место жительства.
– Ну, это ещё ничего… – протянул Соколов и, делая шаг за полог и закрывая глаза от солнечного света, удивился: – Это что такое?
К палатке руководства со всех ног спешил один из научных сотрудников проекта, отвечавший за контроль перехода. Едва увидев его лицо, все поняли, что произошло нечто.
– Саша, что случилось? – вышел вперёд профессор.
– Николай Валентинович, – тяжело дыша выдохнул учёный. – Аномалия! Контур закрылся!
– Что?! – воскликнули буквально все.
Вспыхнувшие было страсти тут же погасили Смирнов и Радек, аргументировав это недопущением распространения паники. Было решено срочно устроить какую-либо видимость работы у перехода. Радек, побледнев от неожиданной вести, предположил, что это рабочий момент. Как он пытался объяснить, контур аномалии держался за счёт аппаратов, которые держали его открытым, действуя на него ионно-плазменными волнами. Для этого процесса было необходимо бесперебойно подавать напряжение.
– Возможно, что-то случилось с электропитанием, – сказал он решительно. – Мои ребята найдут выход, я уверен.
– А если не смогут найти? – негромко спросил главный инженер. – Что тогда?
– Тогда нам остаётся ждать, – ответил еле слышно Радек. – Семнадцать лет.
Самой главной задачей сейчас было недопущение в лагере паники, поэтому собиравшиеся у бывшего перехода рабочие, временно оставшиеся на базе, были немедленно направлены полковником на проведение инвентаризации всего имеющегося имущества. «Экскурсанты» Сартинов и офицеры покуда были у берега Байкала, и к капитану послали бойца с просьбой прибыть в палатку руководства экспедиции. Майор Сазонов был отряжён на срочный пересчёт всех находившихся в лагере людей. Он должен был свериться с журналом учёта переходов, в котором расписывались все входящие и выходящие из аномалии люди. Примерно через час майор доложил Смирнову о полном соответствии наличествующего состава списочному, присовокупив семьи бывших мичманов.
– Товарищ полковник! – докладывал майор. – Произведён пересчёт людей, находящихся в базовом лагере. Согласно списочному составу расхождений нет. Наличествует четыреста шестнадцать человек. Из них сто восемьдесят четыре военнослужащих.
– Спасибо, Алексей, – кивнул полковник. – Ваша с Петренко задача – не допустить возможные выступления персонала в случае распространения известия о закрытии перехода. Только паники мне тут не хватало. А мы с товарищами будем совещаться в палатке связи. Держите ситуацию под контролем, докладывайте по каждому случаю.
Полковник на правах председательствующего открыл совещание, начав с главного вопроса:
– Товарищ Радек, каков ваш прогноз по поводу возобновления работы перехода?
– Как я уже говорил, – отвечал профессор. – Вопрос стоит в подаче электроэнергии, как только будет подано достаточно мощности, контур будет восстановлен.
– Время, нас интересует время, – сказал Соколов.
– Максимально – неделя, – решительно проговорил Радек. – На днях в Рогачёво прибудет самолёт с мини-АЭС. Это должно надолго снять проблему питания окна.
– Хорошо, будем исходить из этого, – кивнул полковник.
– Объясним людям, что сейчас происходит монтаж электростанции и им следует какое-то время потерпеть до её пуска, – предложил главный инженер. – Вот только…
– Что? – нахмурился Смирнов.
– Удовлетворит ли персонал такой ответ и на сколько времени хватит их терпения? – объяснил Вячеслав.
– Поживём-увидим, – закончил короткое совещание начальник.
Вряд ли кто-то был уверен в быстром разрешении проблемы. И у каждого были на то свои причины.
Через четверо суток даже у самых стойких оптимистов стали сдавать нервы. Начались первые стихийные выступления рабочих – грузчиков, монтажников. Их контракты не предусматривали подобной ситуации, да и обитать они должны были в обустроенных домиках, а не ютиться в палатках. Спустя неделю дело едва не дошло до драки, специалистов научной группы морпехам пришлось взять в кольцо охранения, дабы не пускать к ним разбушевавшихся рабочих. Начались призывы к неповиновению. Вскоре пришлось даже стрелять в воздух, охлаждая иные горячие головы. Обстановка в лагере постепенно накалялась.
К концу второй недели страсти поутихли, уступив место апатии. Но начались случаи неподчинения у морпехов-срочников. Контрактники-офицеры держались отдельной группой, уже нехотя подчиняясь руководству лагеря. Создавалась критическая ситуация, до полного разложения персонала было совсем недолго, и Смирнов это понимал. На очередном совещании Соколов предложил собрать людей и объяснить всё, как есть. И направить усилия всех на собственное выживание.
– Уже сейчас надо что-то предпринимать, через три, максимум четыре месяца начнутся холода. Что такое сибирские морозы, все знают? И топливо начинать экономить.
– Что ты конкретно предлагаешь, Вячеслав? – скрестил на груди руки Смирнов.
– Вот, – Соколов выложил на стол ту самую странную фигурку из белой глины, которую нашли биологи под скелетом.
– Что это? – раздалось несколько голосов.
– Что ты хочешь этим сказать? – полковник удивлённо посмотрел на инженера.
– Кирпичи.
– Ты хочешь делать кирпичи?! – воскликнул Смирнов.
– Разве не надо? Кто из вас зимой откажется от дровяной печки? – инженер обвёл взглядом маленькую компанию.
– Но как ты будешь их делать? И где материал возьмёшь?
– Я уже нашёл, спасибо Виктору Сафарову. Я показал ему эту фигурку и спросил, где тут в округе есть такие глины. Он мне рассказал о некой белой реке, местные её хорошо знают. Она впадает в Ангару. Поэтому сейчас я ставлю первоочередной вопрос по организации экспедиции на поиски белой глины. Я знаю, что она хорошего качества – глина жирная, фигурка не разбилась о камни с метровой высоты падения, я проверял. Нам нужны печи на зиму и нужен кирпич для построек.
– Ясно, я думаю, что возражений быть не может по этому вопросу? – Смирнов оглядел людей.
– Но как мы поступим с туземцами? – проговорил Петренко. – Ведь это сейчас мы в волчьем углу и пока нас никто не посетил, и только потому, что мы не высовываемся? Мы же не можем запретить им ходить по тайге?
– Да, Ярослав, это верно. Да и мы не можем вечно тут сидеть! – согласился полковник.
– А вдруг завтра аномалия откроется? – задумчиво проговорил Радек.
– А вот как откроется, тогда и будем думать. А пока всё, вопрос закрыт. Вячеслав, собирай группу, подумай, сколько человек тебе надо.
– Валентиныч, обижаешь. Я уже тут накидал кое-чего, – инженер достал из кармана лист бумаги.
Смирнов углубился в чтение.
– Погоди, это тебе около двадцати человек надо, ещё охрана…
– Да, по охране я там тоже написал. Но это прикидочно, сначала надо найти глину и обследовать местность вокруг. Я думаю, если место подходящее, то нам придётся переезжать на новое место.
– Вы что, бросите место аномалии, вы в своём уме? Как так можно делать? Я отсюда никуда не уйду! – Радек разошёлся не на шутку.
– Погодите, об этом никто не говорит, – примиряюще сказал Вячеслав.
– Конечно, это место надо должным образом оборудовать и постоянно находиться тут, – рассудил Смирнов.
– Так, ладно, по первому вопросу ясно. Завтра уйдём на двух лодках по Ангаре, поищем место, о котором рассказал Сафаров. Кирпичи нам действительно будут очень нужны.