Дмитрий Иванов – Залесье (страница 7)

Как там господин Мортимер? Тэдгар поднял голову. Старик отъехал довольно далеко. Выглядит спокойным, уверенным. Пожалуй, путешествие ему нравится. Он определенно наслаждается и безветренной погодой, и красотой заиндевелых елей, и чистотой горного воздуха. «А я? Сижу как на иголках», – с досадой подумал парень и послал конягу быстрее. Вскоре он догнал мастера, как вдруг…

Боковым зрением помощник магистра заметил красное пятно на снегу. Лошади встали на дыбы. Юноша лихорадочно натянул поводья – только хуже. Он схватился за гриву, за луку седла. Животное с диким ржанием метнулось в сторону, толчок – и горе! – наездник полетел прямиком в придорожный куст. Треск сучьев… Или ребер? От удара на миг оборвалось дыхание и потемнело в глазах. Руки шевелятся, ноги тоже. Должно быть, ветки и снег смягчили падение. Голос Угрехвата, какое-то заклинание.

Вот уже наставник прыгает на землю и подходит.

– Цел? – спросил старик, подавая руку.

– Кажется, – простонал Тэдгар из Гуртсберри и схватил ладонь пожилого некроманта.

Тот буквально вытянул бедолагу и поставил на ноги.

– А я ведь тебя спрашивал, хорошо ли ты ездишь верхом, мальчик, – с укоризной проговорил Мортимер.

– Простите, сэр, не удержался. – Парень попытался отряхнуться, а заодно проверить кости на предмет переломов.

– Не удержался, – передразнил мастер. – А магия тебе на что, дурья башка? Не умеешь с лошадью справиться, болевой шок – и коняга стоит как вкопанная.

– Право, и не думал, что в таком деле может пригодиться магия. – Юноша понял: господин ворчит для порядка. Злобы в его голосе не было.

– Магия – она на то и магия, что пригождается везде. И чему вас, обалдуев, в академии учат? Вот я твою лошадь шоком остановил. Видишь теперь, какая смирная сделалась?

– Да вы просто виртуоз по части темных искусств, сэр. – Лесть – безотказное средство умиротворения Угрехвата.

– О да, – картинно протянул старый джентльмен и рассмеялся. – Ладно, мальчик, пошли-ка посмотрим…

– Подождите, сэр!

– Что опять не так?

– Простите, я не могу найти посох.

– Вот дурачина! Ты прям гаулвергский тролль: такой же верзила и так же мало мозгов. Как маг может потерять посох?! Посох – это святое! Да вон он лежит!

– Где?

– Тут! – опытный заклинатель показал пальцем. – Внутривидение надо иногда подключать, если шары ничего не видят. Пойдем-ка посмотрим, что напугало наших лошадок.

Герои склонились над кровавым пятном на дороге. Посредине лежал труп куропатки с разверстой грудью и свернутой шеей. Тэдгар, конечно, не особо разбирался в систематике пернатых, но почему-то подумал, что это именно куропатка, хотя с тем же успехом несчастная птица могла оказаться рябчиком или тетеревом.

Сэр Даргул снял перчатку и повел рукой над тушкой. На пальцах появилось легкое зеленоватое сияние.

– Ого! Да уж, лошади чуют опасность лучше людей. От нее веет смертью!

– Смертью? – недоуменно скривился парень.

– Нет, не простой смертью. Потрудился немертвый. Чувствуется слабо, но вполне явственно. Вид определить не смогу.

– Вампир?

– Может быть, – торжествующе заявил магистр. – И никаких следов рядом. Будто тварь спустилась с неба, расправилась с несчастной птахой и взлетела снова. Ладно, нам нужно спешить. Можно устроить целое расследование, но, знаешь, дружок, я хочу ночь провести в мягкой постели, а не под елкой в лесу, где водятся всякие… – Старый чароплет махнул рукой, встал и пошел к лошади.

Бедолага Тэдгар последовал его примеру.

Ехали долго. Теперь юноша держался строго за наставником и старался сильно не отдаляться. То ли он постепенно привык к царственному спокойствию морозного леса, то ли падение взбодрило парня, но отчего-то страх исчез, ужас сменила здоровая осторожность.

– Скоро мы подойдем к пограничному укреплению, – сказал сэр Даргул, не поворачиваясь. – Помнишь, чему я тебя учил? Не говори, что мы маги. Тем более – некроманты. Некромантия тут вне закона. Здесь тебе не Гарнация. Вообще по возможности молчи. Беседовать буду я. Нас должны пропустить без всяких проволочек. Понял?

– Да, сэр, – угрюмо кивнул парень.

Молодой заклинатель всегда поражался способности Угрехвата оценивать пространство и время. Похоже, господин Мортимер мог в любой миг определить местоположение и безошибочно отметить его на карте. И действительно, вскоре сплошная стена стволов впереди начала редеть, а за поворотом деревья расступились. Непрвычно яркий свет ударил в лицо, и взорам путешественников открылась весьма примечательная картина. Перевал становился очень узким, и предприимчивые владыки Залесья – а случилось это, несомненно, еще задолго до Иана Винкорна – перегородили проезд невысокой стеной от скалы до скалы. Впрочем, кладка казалась не слишком прочной. Там, где некогда белая штукатурка облупилась – и таких участков открывалось взору предостаточно, – проглядывали не только грубо отесанные булыжники, но и кирпич, щебень, скрепы из балок и массы строительного раствора. В крупных щелях уютно устроились вечнозеленые папоротники-многоножки. А потому сие укрепление могло напугать скорее гунхарских купцов, нежели армию с таранами и требушетами. Однако впереди был устроен настоящий барбакан с двумя надвратными башнями – каждая с порт-кулисом – и узким проходом между ними. Замковый камень арки закрывал щит с гербом короля Мациуса: в лазоревом поле – ворон черный, сидящий на ветке золотой, держащий в клюве кольцо того же металла. На самом деле Тэдгар не знал, как описывать гербы, в которых в нарушение здравого смысла финифть накладывается на финифть. В академии в таких случаях учили говорить «пришитый», но один заезжий герольд использовал термин «окруженный полем». На всем протяжении парапеты покрывали навесные галереи.

В окне над входом мелькнула тень – путников заметили. И вот уже навстречу нашим героям вышли двое стражников с алебардами. Каждый носил темно-синюю бригантину с блестящими клепками. Из-под нее торчала стеганая рубаха со стоячим воротником. Наверняка внутри скрывалась металлическая пластина. Руки и ноги защищал полный комплект латной брони. На головах – салады с забралами без бувигеров. У обоих на поясе висело по короткому мечу и кинжалу.

«Зачем столько доспехов? – подумал помощник исследователя. – Ни дать ни взять на битву собрались».

– Слезайте с коней! – крикнул боец слева.

Маги подчинились.

– Кто такие и куда направляетесь?

– Мы ученые. Едем в Залесье закупать редкие реагенты для наших алхимических изысканий, – ответил сэр Даргул на тальмарийском. – Сейчас держим путь в славный город Хэрмебург, или, иначе, Цибинум.

Такой ответ явно сбил с толку бравых воинов.

Но, дабы не выдавать растерянности, привратник продолжил:

– И какие же реагенты вам понадобились в Хэрмебурге и для чего?

– Видите ли, в горах растет особый подвид ятрышника мужского. Его клубни мы используем для приготовления лучшего салепа, который является средством от любого яда. Клубней этих добывают мало. К нам в Гарнацию их никогда не привозят. Вот мы с коллегой решили закупить их побольше. А где же искать столь ценный товар, как не в Хэрмебурге, торговой столице Залесья?

Чистой воды ложь. Тэдгар удивился находчивости магистра. Любопытно, мастер загодя приготовил речь или сочинял на ходу?

Дорогой читатель, еще будучи студентом, я понял: самой правдивой кажется та отговорка, которая звучит наименее вероятно. Добавьте к этому, что стражники не знали ни про ятрышник мужской, ни про его название на тальмарийском и уж точно никогда не слышали про салеп – целебный напиток из Отмании. Никаких уточняющих вопросов неповоротливый ум мужлана из венедской деревни выдать не смог.

– Идите за нами! – сказал доблестный охранник границы. – Мы досмотрим вашу поклажу, а вы заплатите пошлину за въезд.

Вслед за воинами чародеи прошли через барбакан. За воротами находилась широкая площадка, обнесенная частоколом, с казармой по правую руку, сараем и конюшней – по левую. Все постройки примыкали непосредственно к скалам. А те поднимались крутыми склонами высоко вверх и нависали над укреплением. Со двора на стену вели расшатанные деревянные лестницы по обе стороны от внутренней башни. Снег успели вытоптать и смешать с грязью. Впереди под навесом сидели двое собратьев по оружию в стеганых доспехах и лениво разглядывали гостей. Алебарды были прислонены к столбу. Не укрылись от глаз и привязанные к балкам гирлянды чеснока.

Стражники заставили путешественников открыть все сумки и придирчиво разглядывали содержимое. Свертки одежды и продуктов интереса не вызвали. Зато походная лаборатория сэра Даргула привлекла внимание проверяющих. Они доставали флаконы и пузырьки, пялились на инструменты, но открывать склянки боялись. Господин Мортимер стоял рядом, готовый в любой миг броситься на помощь драгоценным реагентам, если дубиноголовый мужлан уронит пробирку, линзу или кристалл. Тэдгар участливо глядел на наставника, но не вмешивался. Ничего дорогого или хрупкого парень не вез.

Вдруг сзади послышался скрип ступенек. Во двор спускался человек лет сорока с куцей бороденкой, роскошными усами и хитрыми глазами. Горделивая осанка говорила однозначно: он здесь главный. Одет незнакомец был в богатый кафтан из добротной шерстяной ткани, украшенный на груди рядами блестящих шнуров с петлями. Полы стягивал широкий темно-синий кушак с кистями на концах. Рукава и воротник оторочены густым мехом. Из того же материала была сделана и опушка шапки с алым, красиво заломанным бархатным верхом.