Дмитрий Иванов – Залесье (страница 22)

Сборщик вопросительно поглядел на Угрехвата.

– Чего смотришь, греховодник? – не унимался парень. – Господин приор при всей консистории дал обет не гневаться, а я такого обета не давал. Мы из обители святого Алоизия Затворника, прибыли по приглашению вашего инквизитора, дабы помочь ему в расследовании колдовства и оборотничества в славном Кронбурге.

Толпа за ним тревожно зашумела.

– И как знать, на кого укажет перст божий!

– А чем докажешь, что ты клирик? – боязливо осведомился служака.

– А посох мой тебе не доказательство? Посох носит каждый пресвитер в знак того, что он – добрый пастырь паствы своей. Но тот же посох превращается в разящее копье божьего промысла, будучи обращенным против богохульников.

– Ладно-ладно, ступайте с миром и не гневайтесь, господа, я всего лишь скромный исполнитель воли бургомистра.

– Благослови тебя господь, сын мой, – произнес сэр Даргул нараспев и дотронулся рукой до лба чиновника, принимая расписку. – Да будешь ты вознагражден за праведность мыслей твоих.

Мнимые священники молча въехали на бастион Портных, и их взорам предстали величественные ворота Мученицы, названные так из-за монастыря, находившегося ранее на этом месте. Их венчал высокий шпиль, который обрамляли четыре навесные башенки. Напомню читателю: такая конструкция демонстрировала автономию магистрата в судебных делах и право выносить смертные приговоры. Вероятно, почтенная гильдия внимательно следила за своим участком обороны. Стены сооружения приятно удивляли идеальной белизной и свежестью штукатурки. Однако через восемь бойниц угрожающе глядели небольшие пушки работы иноземных литейщиков.

Господа маги миновали темные своды арки и оказались посреди толчеи и суматохи городских улиц.

– Ну, рассказывай, кто такой Алоизий Затворник? – рассмеялся старик. Только сейчас он позволил себе обратиться к помощнику.

– Алоизий-то? – хитро улыбнулся Тэдгар. – Не знаю, на ходу придумал.

– Ты, получается, врунишка и пройдоха, а, парень?

– Может, и так, зато сэкономил целую кучу денег, ваших денег, сэр.

– Да, было весело, – вздохнул опытный некромант. – Предупредил бы хоть.

– Как предупредить-то? У меня как-то случайно вышло. Сам от себя не ожидал. Должно быть, сказалась изворотливость, которую я приобрел в голодные годы.

– Видимо, тебя вчера изрядно затылком припечатало, – усмехнулся мастер.

– Не без того.

– Ладно, нам надо найти постоялый двор. Есть-то хочешь, а, красавчик?

– Ага, – кивнул юноша.

День был в самом разгаре. Мимо ворот Мученицы сновало много народа. Слышалась речь на тальмарийском, гунхарском, ульпийском. Вот толпа чумазых мальчишек пронеслась гурьбой. На углу продавщица деревянной посуды бодро кричала и гремела плошками, привлекая покупателей. Двое приятелей толковали о чем-то на ходу. Один держал бутылку вина, а другой сжимал под мышкой бочонок пива. Худощавый монах с перьями за ухом следовал куда-то, перебирая четки. Мать утешала плачущую дочку. Прошествовал важный человек в упелянде с замысловатым шапероном на голове. Бородатый мужик толкал тачку с мешками. Повсюду разносились крики, стук копыт, скрип колес, звон металла и звуки сотен шагов.

Во время поездки по бескрайним равнинам Залесья Тэдгар мечтал очутиться в сердце городской суеты. Но теперь начал уставать от постоянного мелькания лиц, цветов и форм.

Мастер же выловил какого-то ремесленника и спрашивал насчет ночлега:

– Скажите, сударь, как нам проехать в трактир «Три колпака»?

– А, это просто. Следуйте мимо церкви, как выйдете на главную площадь с ратушей, так налево, будет через три дома, не пропустите. Там вывеска знатная. Один раз свалилась на голову нашего письмоводителя. Но вы не бойтесь, с того времени ее укрепили.

– Ясно, спасибо, добрый человек, – прервал поток ненужных сведений магистр и для верности добавил легкий импульс боли в голову болтуна.

– Ой! – вскрикнул ремесленник. – Прощайте, господин.

– Поехали, – махнул рукой сэр Даргул.

Молодой маг последовал за наставником.

– А как вы собираетесь искать чародея крови? – спросил он учителя.

– Даже и не знаю, приятель, – отозвался тот. – Как я понимаю, деятельность его была секретная, обычные люди об этом ни тогда, ни сейчас не ведают. Если мы начнем опрашивать всех в открытую, нас в два счета выдворят отсюда и не посмотрят на духовный сан. – Угрехват лукаво улыбнулся Тэдгару.

– И как быть?

– Всему свое время, мой долговязый друг. Для начала нам нужно посетить место гибели господаря Валуда. Оно-то, полагаю, тайной не является. Пока исследуем его. Поймем, что к чему, дай бог, разживемся связями, а потом и за чародея крови браться можно.

Так за разговорами наши герои подъехали к церкви, которая почему-то называлась черной. Правда, на мой взгляд, ее стены скорее серые, хотя человек с утонченным вкусом определенно уловит желтоватые и зеленоватые оттенки в вечно сыром рыхлом песчанике. Хотя, возможно, название появилось из-за того, что рабочие сбросили с башни и замуровали в стене мальчика, который им докучал. Строительство храма шло долго и закончилось менее десяти лет назад. И все равно на западном фасаде завершили лишь одну колокольню – и то довольно приземистую.

Обогнув апсиду, господа некроманты наконец увидели площадь. Множество людей – богатых и бедных, молодых и старых, верховых и пеших – шагали, бежали, скакали во всех направлениях. Из мерного рокота толпы то и дело прорывались выкрики торговцев.

– А почему вы хотите поселиться именно в «Трех колпаках»? – продолжил расспросы Тэдгар.

– Мне именно их порекомендовали два ульпийских купца, причем независимо друг от друга.

– И почему?

– Хотелось бы сказать, что там подают лучший сыр с белой плесенью и умеют подобрать к нему превосходное вино, но причина куда прозаичнее. Хозяин заведения знает секрет, как избавиться от клопов. Заметь: полностью!

Далее шум сделался слишком сильным, говорить стало нельзя, и молодой маг принялся осматривать местные красоты. Впереди высилась ратуша. Ее пристроили к смотровой башне позапрошлого века шестьдесят лет назад. Сначала здание было лавкой гильдии скорняков, а затем над ней возвели еще один этаж для отправления правосудия и собраний магистрата по договоренности с уважаемыми ремесленниками. Закончили ратушу лишь недавно, так как на время господства отманских завоевателей, о котором я уже упоминал, все работы пришлось прекратить. Впрочем, тогда и заседать было некому: почтенные члены совета оказались арестованы. Неподалеку торчал позорный столб. На счастье, сегодня к нему никто привязан не был. Рядом находились два фонтана, из которых брали воду. Но разглядеть их толком не удалось, ведь вокруг постоянно толпились жители. Слева, на порядочном отдалении от домов, на склоне горы, торчала (автор настаивает на использовании именно данного слова) Белая башня. Своей формой и цветом свежей штукатурки она напоминала пень на гербе Кронбурга. Ее стены образовывали почти ровный полукруг, вот только заметить это отсюда было нельзя: выпуклость смотрела на север из города. Пространство наверху защищали зубцы парапета. Ниже зияли бойницы. На расстоянии много больше человеческого роста от земли находился узкий вход. К нему вела деревянная лестница, которую всегда можно было затащить наверх. Над дверью нависал закрытый балкончик. Назначение его было простым: поливать осаждающих кипятком или смолой через машикули.

– Эй, ты чего загляделся? – Голос наставника вернул Тэдгара к реальности и заставил прекратить разглядывание местных диковин. – Мы поворачиваем.

Всадники свернули с главной площади и очутились перед большой вывеской с изображением трех колпаков, пробитых стрелой.

Место гибели господаря Валуда все знали, но никто не желал туда ходить. Наверняка смерть правителя Ульпии, да еще и в сопровождении таких жутких катаклизмов, не только на всю жизнь запомнилась жителям Кронбурга, но и стала легендой.

А легенды никогда не стоят на месте. Будто лавины на вершинах Венедских гор, они движутся и вбирают в себя все подряд, обрастая новыми устрашающими подробностями. И хоть монахи с юга и освятили ту землю и установили поклонный крест, холм тот считался нечистым. Нет, те, кто обедал в трактире, охотно объясняли, как пройти туда. Но, во‐первых, как сказал бы господин инквизитор, свидетели давали взаимоисключающие показания, а во‐вторых, полдня, потраченные на поиски Бьерджаны, хорошо запомнились сэру Даргулу. Понятное дело, все говорили об одном и том же, но не могли внятно объяснить.

Наконец один прохвост за непомерную цену пообещал отвести господ некромантов к тропке, по которой, по его словам, можно прямиком выйти к нужному месту. День давно уже перевалил за середину, когда наши герои выехали за стены города. Небо было на удивление ясным, только на севере сгущались тучи. Дорога вначале шла по долине, но затем стала подниматься. По обе стороны высились молодые дубы, вязы, крупнолистные липы и грабы. По большей части деревья уже облетели. Редкие листья еще держались на кончиках верхних ветвей. А потому лес выглядел необычно светлым. И Тэдгар мог лишь представить, каким темным становится он летом, когда пышные кроны смыкаются над головами. Возможно, поэтому между стволами почти не видно подлеска, да и трав оказалось на редкость мало. Почву в основном покрывали мхи. Иногда между корней виднелась поникшая розетка папоротника. Говорят, здесь весной можно найти цветущие орхидеи, но сейчас они точно пожухли. То тут, то там лежали валуны. Листоватые и накипные лишайники образовывали на камнях пестрые узоры из ажурных пятен разных цветов – от нежно-серебристого до ярко-горчичного. Лошади привыкли ступать по ровной местности, подъем их явно тяготил, вдобавок сэр Даргул приказал брать всю поклажу с собой, дабы не тратить время на распаковку вещей.