Дмитрий Иванов – Без права на остановку (страница 2)

Едем на моей, обсуждая по дороге, куда нам вечером пойти. Театр? Ресторан? Или сразу на дачу? Мне кажется, у нас на лицах у обоих написано одно и то же: хоть куда — лишь бы вместе. Но план есть план!

— Марша Норман? Это женщина, Толя, — знаю эту пьесу, шла у нас в Осло. Кстати, Марша лет пять назад получила за неё Пулитцеровскую премию! Тяжелая вещь… Главная героиня — разведённая безработная, у которой эпилепсия. Её сын — наркоман и вор, а на руках ещё и тяжело больная мать, которая пытается отговорить дочь от самоубийства. И всё это — за одну ночь, до рассвета.

— Жуть! Ну и билеты мне подсунули! Может, тогда балет? — предлагаю я.

— Балет — хорошо, но хочется настоящего русского драматического театра! — призналась гостья.

— Есть ещё парочка билетов, — говорю. — Про что спектакль — не знаю. Называется «Да здравствует королева, виват!» Возможно, тебе как третьей в очереди на трон это будет интересно.

Водитель, везший нас, аж оглянулся. Я, конечно, заранее хвастаться не стал, кто моя попутчица. Сказал просто — иностранка. А ведь получается водила немецкий знает! Мы же на немецком общаемся.

— «Маяковский» даёт. Был я на этом спектакле. Там про противостояние двух английских королев — Елизаветы Первой и Марии Стюарт. Хорошая постановка, напряжённая, — вступил в разговор водила-театрал, подтвердив мои догадки по поводу языка.

— Давай на него, Толя! — улыбнулась Марта, и вопрос был решен.

Да я за такую улыбку — и за то, что она прижалась ко мне грудью, пусть даже случайно — готов и на мрачную драму идти… И даже самому в ней играть! Хоть мать-страдалицу, хоть наркомана сына.

У посольства, наконец, понял, почему чемоданы такие тяжёлые. Мои догадки про золотой запас королевской семьи оказались… не такими уж дурацкими. В каждом чемодане — по увесистой деревянной коробке. Судя по размеру и весу, если не золото, то как минимум платина.

— Что там? — озадаченно спросил я у Марты, ведь мне эти обе коробки предстоит нести в посольство.

— Не бойся, не контрабанда! Это что-то для медицины. Из тяжёлого металла — тантал, вроде бы. Красный Крест передаёт через наше посольство.

На выходе из посольства чемоданы заметно полегчали. Но остались такими же набитыми вещами. Я туда не лез, но краем глаза заметил один… хм… ночной комплект. С кружевами. Франция, не иначе… Шарман, шарман!

— Куда смотришь⁈ Надо на меня смотреть, — мгновенно среагировала Марта.

Дела сделаны, можно ехать в театр. Тем более и я, и Марта для этого одеты подходяще.

— Слушай, а ведь обеих королев играет одна и та же актриса! Или это сёстры? — шепнула Марта, склонившись к моему уху.

— Нет, одна актриса. Доронина, — отвечаю я, сверяясь с программкой.

И кажется, сказал это слишком громко. Потому что на меня тут же зашипели с двух сторон. Очень хотелось огрызнуться, как в том фильме: ты что шипишь? Но сдержался — не хочу чтобы у Марты было испорчено впечатление о спектакле. А он её реально увлёк, она даже иногда взволнованно сжимала ноготочками мою руку.

— Очень тонко передали характеры королев, — делилась впечатлением Марта после спектакля. — Эксцентричная, властная Елизавета и грациозная, мягкая Мария… Такой контраст, и обе — настоящие.

— Ты и правда понимала, о чём говорили? — искренне удивился я.

— Да, я же учу твой язык. Почти всё поняла. Конфликт между протестантской Англией и католической Шотландией.

— Про религию, что ли? — уточнил я, ведь вместо спектакля любовался Мартой и пропустил часть сюжета.

— Не совсем, — улыбнулась она. — Про борьбу за власть и влияние. Но главное — про внутренний конфликт. Про судьбы. Они обе сильные, но по-своему. Обе несчастные. Там личная трагедия за политикой стоит.

— Ну… я тоже так считаю, — соврал я с самым серьёзным видом и сразу сменил тему: — Есть вариант — заехать в ресторан. Или сразу на дачу, где заночуем. Она тут недалеко, в Барвихе.

— А зачем ресторан? — удивилась Марта. — Можно что-нибудь купить по пути. У меня, кстати, есть чипсы «Лейс». И шоколадка. Маленькая. Тебе, наверное, не хватит… Надо что-то докупить, чтобы ты не остался голодным, и не ехать в ресторан!

— Ты всерьез думаешь, что я бы съел последнюю еду у тебя в виде чипсов и шоколадки? Или на министерской, считай, даче и поесть нечего? — натурально возмутился я.

— А ты считаешь, что если мой мужчина голодный, я могу съесть последнюю шоколадку сама?

— На дачу! — командую я водиле и добавляю для заботливой принцессы: — Есть там еда. И полно. Сам готовил. Не так вкусно, как у вас во дворце, но с голоду не умрём.

— Да? Тогда едем! — воодушевилась девушка, а водила чуть слышно хмыкнул.

В самом деле… хорошо он язык понимает. Подозрительно хорошо.

Глава 2

Не знаю, как будет в будущем — не бывал. А вот сейчас Барвиха имеет особый статус: без пропуска заехать сюда не получится. Но у нас, разумеется, с этим всё в порядке.

На повороте с Рублёвского шоссе, при въезде в посёлок, нас, как и положено, тормознули. Только это были не гаишники, а, скорее всего, ребята из Девятого управления КГБ — те, кто отвечает за охрану партверхушки и особо важных объектов. На шлагбауме дежурили двое в штатском. Хотя, вполне возможно, в будке КПП кто-то ещё сидит. Может, даже с оружием.

Номер у меня хоть и блатной, но не «вездеход» — обычная разъездная «Волга» Совета Министров. Может, поэтому разговор с нами был через губу, а моему водителю так вообще тыкают. Ясно: тут птицы высокого полёта живут, и вдруг непонятная парочка молодёжи в обычной совминовской машине — не повод брать под козырёк.

Ну, да не суть. Бумаги в порядке, и нас пропускают. Но «Волга», фыркнув, чихнув, а потом прокашляв что-то невнятное, вдруг заглохла. Полиглот-водитель, привыкший к капризам советского автопрома, вылез, хлопнув дверцей, и бодро полез под капот, не обращая внимания на пристальный взгляд штатских у будки. А мы с Мартой, выйдя из машины, стоим, обнявшись, и рассматривая красоты окрестности в предвкушении романтического вечера вдвоем.

Вдруг раздается короткий гудок. Парни на шлагбауме вытягиваются в струнку, и мимо нас проносится кортеж: сначала — белая «Волга», за ней — уазик, потом — бронированный ЗИЛ. Завершает кавалькаду «жигуль» ГАИ.

Да уж… солидно люди ездят!

Мы с Мартой провожаем колонну глазами, даже парни-охранники рты приоткрыли — явно не каждый день такая процессия проезжает. И вдруг… ЗИЛ тормозит. Следом останавливаются и остальные машины. Более того — начинают пятиться назад. К нам, что ли?

Я краем глаза замечаю, как один из охранников потянулся к рации, а водитель моей «Волги» с головой уходит обратно под капот, будто хочет спрятаться там целиком.

Кто там? И главное — что надо?

Задняя дверца ЗИЛа приоткрывается — и наружу буквально вылетает… Светка Аюкасова!

Смотрю с каменной рожей на пышущую энтузиазмом мордашку бывшей любовницы — и ничего хорошего не жду. Баба она с прибабахом. Это я ещё тогда понял, и, слава богу, вовремя соскочил. И теперь вот это стихийное бедствие, в короткой юбке, в футболке, в босоножках и, возможно, в чулках, или в колготках (теперь это и не выяснить), идёт к нам походкой женщины, уверенной в себе и в своём эффекте.

— Толя? А я всё думаю — ты или не ты? Выглядишь, прямо скажем, солидно. И девушка у тебя… — Светка бросает взгляд на Марту и делает театральную паузу. — Красивая.

— Можно подумать, ты не узнала Марту, — сухо бросаю я.

А ведь девушки знакомы. Причём, хорошо. Виделись не раз. Знали друг о друге всё, что надо. И, скорее всего, даже то, чего знать не надо. Они и на хоккей с мячом как-то вместе ходили, и на боксе встречались, когда я на ринге кулаками махал. Тогда у Светки юбчонка была ровно такой же длины, как сейчас. Помню, как один грузинский боксёр — вроде Зураб — валялся на скамейке после нокаута и всё пытался заглянуть ей под юбку. Вот он, наверное, точно знал: чулки или колготки. А мне сейчас туда смотреть нельзя. Даже искоса.

— Света, здравствуй! — Марта улыбается ей, как родной.

Аюкасову аж перекосило. Не сказать, чтобы заметно — но мне, как человеку с опытом, это видно: зрачки чуть сузились, губа дёрнулась, и вся эта Светкина гламурная уверенность на пару секунд дала осечку.

Вот и умеют же на западе рот в улыбке кривить. Хотя… кто ж её знает, может, Марта и вправду рада «подруге». С ходу и не разберёшь — дипломатия у неё в крови. Какой-нибудь «курс этикета для принцесс» прошла, где был пункт: всегда улыбайтесь бывшим женщинам вашего мужчины…

— Бог ты мой! Норвежская принцесса! — Светка якобы только что узнала мою спутницу. — А мы с тётей в санаторий «Барвиха» ездили, проведать кое-кого.

— Знаю, госдача номер три. А мы сломались… Скоро, кстати, починимся? — кричу водителю, который вид имеет расстроенный.

— Пока не нашёл причину, — с виноватым видом честно признаётся он. — Но не в бензине дело. И не в катушке. И не в свечах. Чую — опять трамблёр.

Ну вот тебе и «блатная тачка»! Спасибо, начальнику гаража, удружил от души — подсунул проблемную машину, что не один раз уже ломалась. Знал ведь, что с иностранкой поеду, что момент почти романтический может и не знал, и дал машину, которая явно на ладан дышит.

Тем временем народу рядом с нами становится больше. Из уазика выскочили майор и дядька в штатском, а из ЗИЛа показалась… Раиса Максимовна!