Дмитрий Игнатов – Оборот Нуля (страница 4)
По стенам на скотч были в хаотичном порядке приклеены листы, по всей видимости, вырванные из лётных планшетов, испещрённые рисунками, буквами, цифрами и неизвестными символами. Такие же листы, по большей части смятые и скомканные, валялись на полу вперемешку с пустыми тюбиками и продовольственными контейнерами. В кресле командира, развалившись и положив ноги на приборную панель, устроилась миниатюрная блондинка. На ней была серая футболка с логотипом миссии и такой же типовой комбинезон, но полурасстёгнутый и завязанный рукавами на поясе. Запрокинув голову назад и закрыв глаза, она словно дирижёр размахивала руками в такт музыке, громыхающей из динамиков и беззвучно подпевала: «Ах… А-а-арлекино, Арлекино…».
Капитан молча подошёл к пульту и отключил музыку. Девушка неторопливо открыла глаза:
– Посмотрите-ка, кто проснулся! – чуть язвительно проговорила она и улыбнулась, – доброе утро! Шар-ах, комрад Андрей!
– Что здесь происходит? – спросил Андрей, пытаясь сохранять спокойствие.
– Ничего такого, – не меняя своей легкомысленной интонации, ответила девушка, – вот подрабатываю ди-джеем… Диско 80-х! Всю ночь!
– Я повторю свой вопрос. Что здесь происходит, второй пилот Светлана?
– Ой, простите, – картинно вскочила с места Света и пересела в соседнее кресло, – я и забыла про субординацию. Уступаю вам штурвал нашего фрегата, кэп!
Сев в командирское кресло и машинально проверяя состояние всех приборов и систем, Андрей сухо проговорил:
– Очевидно, у тебя нервный срыв. Попробуй взять себя в руки и доложить обстановку. Что случилось на борту «Первооткрывателя-2»?
– «Первооткрыватель»…, – скривилась Светлана, – за те три года, которые я осуществляю командование, наш корабль сменил название. Теперь мы предпочитаем называть его «Ностромо».
– Бред…– продолжая проверять приборы, проговорил Андрей.
– Не нравится?! – искренне удивилась девушка, – может, тогда «Тысячелетний сокол»?
– Постой…– капитан обернулся на девушку, – ты сказала три года? Ты проснулась три года назад?
– Бинго, капитан! Вы уловили самую суть!
– Чёрт… Тогда всё понятно. Три года изоляции повлияли на твою психику, – он снова перевёл взгляд на приборы, – а что с курсом?
– Ничего… – невинно ответила Света, – я его просто изменила.
– Изменила?! Ты хоть понимаешь, что…
– Воу, воу, кэп! Не горячись! – замахала руками девушка, – Андрюша, дай мне всё объяснить… Во-первых, я в своём уме! Никакой изоляции у меня не было. Максимум первые 3 месяца пока мы с полковником Шен-каром пытались преодолеть языковой барьер…
– С кем?!
– С полковником Шен-каром из третьего отдела дальнекосмического обнаружения второго военного космофлота планеты Шэ-вел.
– О, господи…
– Я серьёзно! Они заметили наш корабль ещё на подлёте к краю системы. И предсказуемо начали посылать сигнал из простых чисел на частоте водорода. Случилось так, что из-за сбоя я проснулась раньше и услышала это послание. Обмениваться цифрами нам быстро надоело… Ну, и закрутилось потом… – девушка заметила загоревшуюся на приборной панели индикацию, и поспешила нажать кнопку приёма, – вот он уже звонит. Тихо!
– Доброе утро, Светлана, – прозвучал из динамика выразительный мужской голос, – как дела у вас там наверху? Приятно, что с каждым днём расстояние между нами всё меньше и мне не приходится ждать ответа слишком долго.
– Неисправимый романтик…– вздохнула девушка, а потом нажала кнопку и записала ответ, – доброе утро! Мне тоже приятно это осознавать, полковник. Что скоро мы сможем поговорить безо всяких ожиданий. Извините, но сегодня я не смогу пообщаться подольше. У нас тут на борту небольшой… эм… организационный момент.
– Надеюсь, ничего серьёзного? Я буду ждать сообщений от вас.
Связь прервалась. Приборная панель продолжала штатно монотонно подмигивать своими индикаторами, словно ничего необычного не произошло.
– С ума сойти…– растерянно пробормотал ошарашенный командир, – это контакт. Настоящий!
Девушка снова откинулась на спинку кресла и мечтательно произнесла:
– Да… Настоящий полковник.
II
«Первооткрыватель-2», постепенно снижая скорость, пересекал систему 23 Либра. Все системы корабля работали нормально. Сейчас он в автоматическом режиме продолжал маневр, медленно переводящий его в орбитальную плоскость подсистемы гиганта.
Командный отсек весь был наполнен холодным белым светом. На центральном экране уже безо всякого увеличения был виден газовый гигант, потенциально имеющий обитаемый спутник, населённый разумной жизнью. Сейчас на этом чужом небосводе он выглядел как большой желтовато-коричневый блин.
– А ты молодец… Проделала большую работу, – одобрительно кивнул Андрей, перебирая в руках пачку листов с записями, снятых со стен, когда отсек практически уже был приведён в надлежащий вид.
– Спасибо, я старалась, – отозвалась Света, собирая остатки мусора в пластиковый контейнер.
– Прямоугольная матрица 73 на 23 точки, как в историческом послании Аресибо… Всё, как по учебнику. Ничего себе…
– Да. Мы для теста обменялись картинками с «человечком» и «солнышком», а когда поняли, что адекватно получаем и передаём изображения, перешли на больший размер уже без простых чисел. Они предпочитают вертикально ориентированные дисплеи, очевидно, копируют геометрию своего бумажного листа. 2/3, 3/4 – им это нравится.
– Не используют «золотое сечение». Интересно. Ну, по крайней мере, мы знаем, кто во Вселенной до сих пор снимает на телефон вертикально, – Андрей выбрал из пачки листок с улыбающимся смайликом, – а это он прислал? Мило.
– Да. Кстати, после этого стало очевидно, что они очень похожи на нас. А потом выяснилось, что у них тоже позиционная десятичная система счисления и алфавитное письмо, и стало всё совсем просто. Мы рисовали отдельные понятия в виде рисунков и дополняли надписями на своём языке, но выяснилось, что я плохо рисую. Тогда мы договорились о модуляциях для обмена сигналами, и я начала сливать им тот энциклопедический архив, который мы привезли с собой. Они оказались менее подготовленными. Мне в ответ передали анатомический справочник, географический и исторический тексты с иллюстрациями и видами планеты и много местной музыки. Поддаётся машинному переводу, но всё довольно не системно… Похоже, они не особо готовились к контакту…
– Или они просто более осторожны, – заметил Андрей.
– В любом случае, они оказались очень похожими на нас, – возбуждённо тараторила девушка, уверенно оседлав своего астробиологического конька, – я всегда была уверена, что разумная жизнь развивается во Вселенной по определённому оптимальному маршруту, поэтому принимает сходные формы. Представляешь, у них тоже 6 пальцев. Второй рудиментарный мизинец на руке они удаляют в младенчестве.
– У нас 5 пальцев.
– Только потому, что мы все несём этот признак в рецессивной аллели, а они нет. ДНК тоже базируется на четырёх основаниях, таких же, как у нас. Но генетикой это, конечно, не ограничивается… Они похожи на нас интеллектуально, исторически, культурно…
– Не делай поспешных выводов.
– По крайней мере, мой полковник довольно быстро выучил русский язык.
– Оу, это уже «твой полковник»…, – усмехнулся Андрей,– ну, фотками-то вы с ним уже обменялись?
Вместо ответа девушка пренебрежительно хмыкнула.
– Естественно, у него там за спиной сидит не один десяток криптографов, филологов и других учёных. Ему не сложно удивить тебя своими широкими познаниями и выдающимися способностями, – продолжил командир, но заметив, что Света начинает по-женски раздражённо поджимать губы, сменил тон на более деловой и вывел на центральный экран анимацию системы газового гиганта, – ладно… Значит, говоришь, они находятся здесь?
– Да, – Света, кивнув, указала на один из 4 крупных спутников, – они называют свою звезду Ша-э, этот супер-Юпитер – Ша-эр, а вот их планета – Шэ-вел.
– Ясно. Эта луна вращается слишком быстро и близко к гиганту, буквально трётся об его атмосферу и поэтому она перегрета. Вот эта, наоборот, почти замерла в его тени и не получает достаточно света, – рассуждал Андрей, вращая пальцем виртуальную модель на экране, – но почему они не живут вот здесь, где мы предполагали изначально? Тут теплее, больше воды и кислорода. Это явно живая планета, ещё больше напоминает Землю… Но тут их нет. Странно…
– Вот сам и спроси у полковника, – оборвала размышления командира Света, – тем более в это время он обычно мне звонит…
– Я смотрю, у вас уже есть свои милые традиции, – удивился он и сразу добавил, – я люблю получать информацию из первых рук. Пожалуй, запустим парочку зондов по старому адресу и поглядим, что там… А потом сможете любезничать дальше.
Андрей ввёл последовательность команд на вспомогательной приборной панели, и от массивного корпуса корабля отделилась пара небольших автономных модулей. Подключив свои корректирующие двигатели, они быстро ушли с основного курса и устремились к изначально запланированной планете, быстро растаяв в космической черноте.
Несмотря на всю иронию командира, индикация на приборной панели действительно вскоре вспыхнула, сообщая о получении внешнего сигнала.
– Здравствуйте, Светлана, – раздался уже знакомый красивый голос, – вы так и не вышли на связь. Надеюсь, никаких внештатных ситуаций на борту нет, ваш полёт проходит по плану, и вскоре вы прибудете к нам. Если мы верно понимаем ваш маневр и габариты вашего корабля, вы планируете пришвартоваться в ближайшей к нам точке Лагранжа. Я могу прислать за вами челнок, чтобы вы могли комфортно сесть для посещения нашей планеты.