Дмитрий Гришанин – Тайны Тегваара (страница 39)

Глава 36

Замена под стук колес

Гоблиниха повисла на вставшем колом рычаге многопудовой тушей, и строптивая железяка стала медленно, но верно, заваливаться в нужном направлении. Лицо толстухи аж посинело с натуги. Она даже прервала пламенный спич.

Артем счел за благо прислушаться к настоятельной рекомендации перевозчицы и, устроившись на заднем диване, тут же нащупал концы ремня безопасности и защелкнул на поясе.

Проплывающая сбоку стена Колизея вдруг понеслась быстрее, еще быстрее, оборвалась и сменилась мелькающими домами, череда которых вскоре превратилась в неразличимое глазу мельтешение каких-то непонятных строений по бокам. Рванувшаяся стараниями толстухи с места в карьер вагонетка понеслась, как гоночный болид.

Ударивший в лицо резкий порыв ветра растрепал волосы, и разом стих отрезанный активированным тостухой барьером. Артем снова несся с сумасшедшей скоростью по стальной рельсовой реке Темного Тегваара на встречу неизвестности.

Рука сами собой нырнула за сигаретами и зажигалкой.

Едва раскурив сигарету, жадно затянулся, выдохнул через нос облачко ароматного дыма, снова затянулся и стряхнул пепел. Под действием никотина, в голове стало проясняться. Исчезла паника, из-за перекройки курасом начального плана. Появились уверенность и спокойствие.

Без гнева обмозговав сложившуюся ситуацию, Артем пришел к выводу, что предлагаемый Марсулом вариант не так уж плох. Конечно, окажись курас в Темном Тегвааре, все было б гораздо проще — Артем передал бы волос Гарлока, и маг Долины, под личиной огра, сам бы проник в дом темного мага.

— Увы, Марсула в Темном нет, — забормотал под нос Артем, не замечая, как начинает рассуждать вслух. — Ждать, когда освободится и прикатит на подмогу, банально нет времени. Хочешь — не хочешь, придется рисковать и самому лезть в дом Себарга. Вот Марсул, зараза, предполагал ведь, такое развитие. То-то аж три пробирки с зельем подсунул, многовато для подстраховки. И ни полсловечка. Комбинатор фигов!.. Ладно, об этом позже с ним перетрем, если дело выгорит. Потому как, ежели облажаюсь, курас и слушать меня не станет… Так, что мы имеем? До окончания шоу в Колизее еще примерно час. Неизвестно, как Себарг планирует вернуться домой. Может, для этого, у гада портал заготовлен. Он ведь мастак по порталам. Значит, дома может оказаться мгновенно. Предположим, так и будет. Себарг с окружением заявится через час. Я к дому подкачу через двадцать минут. Выходит, на все — про все, в запасе сорок минут. Негусто. Брудо говорил — домина у Себарга огромный. И мне предстоит отыскать в большом незнакомом доме маленькую девочку за сорок минут и, по возможности, не привлекая внимания слуг мага. М-да, так себе перспективка. Оно, конечно, в личине Гарлока стану проворным, как огр, но лучше б, вместо скорости, унаследовал его знание дома. Ладно, че зазря тоску наводить. Будем надеяться, что дочка кураса отыщется быстро, Себарг замешкается с возвращением, а Марсул, пусть с опозданием, но таки прибудет на подмогу. Тогда… Ай, чтоб тебя!

Размечтавшись, Артем и не заметил, как искурил сигарету до фильтра, обжег пальцы и отшвырнул окурок.

Определившись с планом действий, Артем решил немедля принять оборотное зелье, чтобы за оставшееся время поездки привыкнуть к новому телу. Хорошенько встряхнул добытую из-за пазухи пробирку, зубами вытащил пробку, бросил в студенистое мутно-желтое вещество извлеченный из кармана волос огра и, запечатав пробкой, снова встряхнул.

Реакция последовала незамедлительно. Содержимое пробирки бурно вспенилось. В полсекунды добежав до пробки, пена окрасилась в изумрудный цвет и начала быстро оседать. Через пару секунд в пробирке не осталось и следа зеленой пены, скопившаяся на дне жидкость стала такой же прозрачной, как и после первого опыта с волосами Трисы, и стала наливаться, не голубым, а изумрудным цветом.

Выдержав несколько секунд с момента окончания реакции, Артем убедился, что с зельем больше ничего не происходит, и оно готово к употреблению. Памятуя предыдущий опыт, не стал затягивать с дегустацией. Потянул зубами пробку, и аккурат в этот момент вагонетка под скрежет тормозов резко свернула к краю и влетела в узкий каменный рукав.

Внезапный лихой маневр хорошенько тряхнул Артема, удержавшегося на месте только благодаря ремню безопасности, и чуть не выбил из рук драгоценную пробирку. Потяни Артем пробку мгновеньем раньше, и ее содержимое расплескалось бы по салону вагонетки, сейчас же не вытащенная до конца пробка предотвратила катастрофу.

— Эй, полегче нельзя! Не дрова везешь! — рявкнул на перевозчицу едва не оставшийся без зелья Артем.

В тесном туннеле слышимость было отменной. Артем возмутился громко. И, несмотря на приличное расстояние между ними, гоблиниха прекрасно его услышала.

Зафиксировав рычаг в определенном положении, толстуха развернулась лицом к пассажиру и обижено попеняла:

— Сам просил — быстрее до места доставить. Я честно выполняю условия договора. Стараюсь, как могу. Если передумал гнать на пределе, могу прям щас сбросить скорость. Только скажи. Но слитни взад не отдам! И слагаю обязательства: домчать в Изрытую за двадцать минут. Вот такой у нас, понимаешь, расклад. Так че решил, уважаемый? Гоним дальше, или сбрасываем скорость?

— Гоним, конечно, гоним, — закивал Артем, пряча в кулаке почти распечатанную пробирку с готовым к употреблению зельем.

— Тогда попрошу без упреков! — подытожила перевозчица и продолжила жаловаться: — Обидно, чес слово! Стараешься тут…

— Я понял, — поспешил перебить Артем. — Прошу прощения за несдержанность. Обещаю, такое больше не повторится.

— Извинения принимаются, — с важным видом кивнула толстуха. — Ну как тебе в моей вагонетке, уважаемый? На диванчике удобно?

— Крутая вагонетка, диван — огонь. Ты бы за дорогой смотрела, а, — без особой надежды предложил Артем.

— А чего за ней смотреть? — пожала плечами толстуха, поудобней устраиваясь в развернутом кресле. — Мы ж в сквозном проезде. Тут, понимаешь, движение одностороннее…

— Да знаю я, — раздраженно оборвал Артем. — Просветили уже.

— Че ж тогда нервный такой, — усмехнулась гоблиниха. — У меня три минуты свободного времени. Вот, решила развлечь пассажира разговором. Или, быть может, тебе неприятно со мной беседовать, потому что я безобразная толстуха?

— Ну вот, опять эту бодягу затянула, — закатил глаза Артем. — Успокойся. Мне дела нет до твоей фигуры.

— Тут уж ничего не поделаешь, факт на лицо — после родов фигура поплыла, — игнорируя заверения человека, оседлала любимого конька гоблиниха. — Но я не унываю. Решила скопить денег и сделать пластику. Конечно операция не из дешевых. Чтобы набрать достаточно слитней, приходится вкалывать с утра до ночи. Но задумка того стоит! Я уже почти скопила нужную сумму. Осталось совсем чуток — перевезу еще десятка два клиентов и лягу под нож пластического хирурга. Верну былую красоту и прощай вагонетка.

— А как же дети? — невольно вырвалось у Артема. — Шутка ли, семнадцать ртов прокормить!

— При чем тут дети? У них своя судьба — у меня своя, — уперев руки в бока, объявила крупногабаритная дама. — Это у вас, человеков, принято с чадами чуть ли не до седых волос нянькаться, пылинки сдувать. А у нас, гоблинов, каждый с рождения сам за себя — как может, так и выживает. Детки должны быть благодарны уже за то, что оставила всех в своей тесной комнатушке. А не снесла, как это принято у молодых незамужних мамаш, первый выводок в сиротский дом. Где тамошние зверюги-воспитатели до смерти бы уморили добрую половину моих детишек. Кого-то распотрошили б на органы, кто-то стал бы игрушкой в руках богатых насильников…

— Ну и нравы у вас в Темном Тегвааре, — покачал головой Артем. — Воспитатели гробят детей пачками, и никому до этого нет дела! Куда же смотрят темные регуляторы?

— Ты чего, светлый, вчера что ли из материнской утробы народился? На детских смертях делаются огромные деньги. И за слитки покупаются лучшие адвокаты и продажные регуляторы. Убийства в сиротских домах выставляются несчастными случаями. А убийцы малышни оказываются чисты перед законом, как кипяченая вода.

— Кошмар.

— Теперь понимаешь, как повезло малышам иметь такую ответственную мамочку, как я. Впрочем, чего греха таить, забота о мелких мне не в тягость. Гоблинята с рождения всеядны, и с кормежкой проблем нет. На одежду тоже тратиться не нужно, в пещеру им выбираться рановато, а дома можно и голяком. А че, у меня жилище теплое, а лежбище для выводка из трех старых одеял я устроила около горячей батареи. Возиться с ними, сам понимаешь, некогда. Слитни надо зарабатывать. Да им это и не нужно. Уже на следующий день после рождения малыши научились ползать по комнате, еще через пару дней стали жрать все, что не приколочено. С туалетом поначалу правда были проблемы, гадили засранцы, где приспичит, и вонь в доме стояла ух какая! Но волшебными плюхами быстро вбила в пустые головенки безобразников основы гигиены, и через неделю, по мере надобности, приучились самостоятельно ходить на горшок. Через две недели после рождения у мелких началась, считай, самостоятельная жизнь. Утром, перед уходом на работу, когда детишки еще спят, я добавляю к остаткам своего завтрака пару порезанных батонов, заливаю чаем или, когда лень заваривать, просто водой, разминаю и ставлю миску с месивом на пол рядом с лежбищем. Они просыпаются и самостоятельно кормятся. Ночью прихожу, снова делаю месиво из остатков ужина, двух батонов и разведенного водой пива, и мелкие наедаются перед сном. Вот и вся забота.