Дмитрий Гришанин – Тайны Тегваара (страница 35)

— Он только ччто был им, — хмыкнул огр.

— Нет, это единственный раз. По моей просьбе.

— Да я и не приззываю, проссто к сслову пришшлоссь, вырвалоссь от переизсбытка эмоцций, — покаялся темный маг. — У меня вессь этот сскоротеччный бой до ссих пор перед глаззами сстоит. Ччесстное сслово, поссле такого яркого ззрелищща сскуччно ссмотреть на арену. Помните, как вашш домовик увернулсся от «Когтей ссмерти» — до ссего дня этот прием в арссенале Гарлока ссччиталсся неотразсимым. Ссперва вашш Трисса исскуссно имитировал медлительноссть и неуверенноссть, меня этим сс потрохами купил. Когда мой парень получчил возсможжноссть безс помех прицелитьсся и разсогнатьсся, я был уверен — вссе, конецц вашшему домовику. И вдруг, перед ссамым ударом обречченный каззалоссь бы домовик всстрепенулсся, уклоном ушшел от разсящщих когтей и атаковал ссам, потряссающще бысстро. Как вам его изсдевательсский пинок в жшивот? Призснавайтессь, ожшидали от Триссы ччего-то подобного?

— Напрасно вы, уважаемый, моим мнением интересуетесь. Я, честно говоря, в этом бою вообще ничего не разобрал, — признался Брудо. — Как только они, подобно двум вихрям, набросились друг на дружку, я перестал что-либо различать. Ребята двигались слишком быстро для моих старых глаз. Никакого удовольствия от поединка я, разумеется, не получал, потому как ничего не разобрал. И только теперь из вашего рассказа начинаю представить примерную картину боя.

— Вот ведь нассмешшка фортуны, — усмехнулся Себарг. — Вы не ссмогли ниччего разсобрать — и вашш боецц выиграл бой. А я видел бой от и до, но… — Маг осекся, заметив прислушивающегося к беседе Артема, широко улыбнулся и поприветствовал победителя: — А вот и нашш герой! Вина герою!

Расторопный гоблин тут же наполнил вином бокал и на подносе доставил домовику.

И сам Себарг вдруг с бокалом в руке сорвался с места, одним стремительно-смазанным движением обогнул кресло и, взгромоздив сухую мозолистую ладонь на плечо Артема, обратился с проникновенной речью:

— Навлекая ссправедливый гнев твоего госсподина, я вссе жше хоччу расспить сс тобой по ччарке этого ччудессного вина, в зснак уважшения и преклонения перед масстерсством. Давай, воин, выпьем зза зсдоровье. Ты — зза мое, а я — зза твое.

— Нет, мне нельзя, я на службе, — покачал головой Артем, пытаясь отвертеться от сомнительного удовольствия пить за здоровье смертельного врага.

Но когда попытался вернуть бокал на поднос гоблину, доселе спокойно лежащая ладонь огра так сдавила плечо, что от боли у Артема потемнело в глазах, а с губ невольно сорвался болезненный стон.

Почуяв неладное, Брудо поспешил вмешаться.

— Не гневи уважаемого Себарга, выпей, — приказал он, грозно зыркнув на домовика. — От дальнейшей службы сегодня тебя освобождаю. Отдыхай, а обо мне позаботятся слуги уважаемого Себарга.

— Ссердеччно благодарю зза доверие, уважшаемый, — кивнул фермеру темный маг. — Для моих парней будет ччесстью охранять вашш покой.

— Но как же так? — растерянно пробормотал Артем после того, как послушно выпил одновременно с огром бокал вина.

— Нешто забыл, как еще утром отпрашивался? — ухмыльнулся довольный придумкой Брудо. — Все уши мне прожужжал таинственным делом, что на вечер запланировал. И вытянув-таки разрешение, ты, похоже, уже совершенно о нем позабыл.

Смекнув, куда клонит хитрец Зерновик, Артем стал активно подыгрывать.

— Да, я помню, — заверил он, как мог убедительнее. — Но подумал, из-за поездки в Темный Колизей ваше решение отменяется.

— Слово Брудо Зерновика крепче стали, — гордо выпятив грудь, объявил фермер. И с глубокомысленным видом занялся подсчетами: — Я обещал отпустить в пять часов. Так?

— Угу, — кивнул затаивший дыханье Артем.

— От данного слова отступать я не намерен. Сейчас без пяти три. Учитывая, что часа полтора придется потратить на возвращение в Светлый Тегваар, побудь еще рядом полчасика, и можешь отправляться по делам.

— Слушаюсь, хозяин, — кивнул Артем.

— Это ччто жше зза дела такие таинсственные, да неотложшные, у вашшего сслуги по веччерам? — поинтересовался Себарг, вернувшийся за время короткой беседы фермера с домовиком обратно в кресло.

— Да бросьте, какая там тайна, — отмахнулся Зерновик. — У меня через неделю день рождения, и Триса отправляется по магазинам в поисках подарка. Вот вам и вся тайна.

— Добрый вы, Брудо. Ессли б мои подкатили сс такой проссьбой, так бы выссек, ччто и думать ззабыли б о тайных походах по магазсинам безс госсподина.

— Триса служит моему роду более ста лет. Он достался мне в наследство от отца вместе с фермой. Я фактически вырос на его руках и привычки домовика знаю не хуже его самого. Он редко о чем-то просит и, если уж такое случается, отказать не поворачивается язык.

— Ну ессли так… — развел руками Себарг и, обернувшись к охранникам, распорядился: — Ччерезс полччасса выпусстите домовика. — И снова обратился к фермеру: — Ччто-то мы сс вами, уважшаемый, ззаболталиссь, а вниззу кажшетсся ззатеваетсся ччто-то интерессное. Предлагаю налить вина и ссмотреть продолжшение шшоу.

— Поддерживаю, — охотно подхватил Зерновик, подставляя бокал под рубиновую струю из поднесенного услужливым гоблином графина.

Глава 32

Резня когтями по колизейски

На арене уборщики в алых плащах перестали ровнять песок, закинули метлы и грабли на плечи и заспешили к выходам. А им на встречу под грянувший бравурный марш высыпало семеро плечистых орков, вся одежда которых состояла из коротких кожаных шорт. Из-за смуглых плеч гладиаторов выглядывали рукояти мечей в притороченных за спинами ножнах. Еще за спиной у каждого поверх меча имелся широкий круглый щит. В обеих руках орки сжимали по короткому метательному копью. А за голенищами высоких сапог у каждого имелось по ножу.

Семерка разбежалась по арене и устроила для зрителей показательное выступление. Отложив в сторону щиты и копья, по команде старшего орки выхватили мечи и, на потеху публике, стали поодиночке и в дружеском спарринге отрабатывать лучшие приемы. Под визг и вой зрителей, гладиаторы закружились в стремительных поединках с воображаемыми и реальными противниками, выдавая серии прыжков, кувырков, всевозможных нырков и кульбитов…

По сигналу старшего гладиаторы подхватили оружие и собрались вместе в середине арены. Выстроились в линию и продолжили разминку, но уже не вразнобой, а как единый, сплоченный отряд. По команде семеро бойцов дружно присели и скрылись за щитами, а через секунду одновременно сделали выпад мечами и снова ушли за щиты, потом вскочили и швырнули копья. Через секунду у одного из входов все они частоколом воткнулись в песок, на пятачке диаметром не более метра. Посланный за копьями орк, возвратившись, вдруг упал, имитируя ранение в спину. Маленький отряд тут же перестроился. «Здоровые» закрыли щитами «раненого» товарища. И снова, по команде старшего, резкий выпад уже шести клинков…

От слаженной работы мечников зрителей отвлекли экраны под потолком. С разных ракурсов там показывали огромного монстра — невероятную смесь тигра с крокодилом, размером с матерого бегемота, неспешно шагающего по коридору в виде бесконечной клетки, с решетками вместо стен и потолка.

— Дамы и господа! — громыхнуло из мощных динамиков. — Представляем вам очередное гениальное творение знаменитых вивисекторов Колизея! В этом хищнике воедино слиты: сила и ловкость тигра, цепкость и бесстрашие крокодила, выносливость и беспощадность бегемота! Только сегодня! И только для вас! Прошу любить и жаловать! Зверюга Беспощадный!

Перед зубастой мордой взметнулась решетка выхода, и под восторженные вопли зрителей Зверюга Беспощадный вырвался на песок арены.

Орки мгновенно развернулись к противнику, закрылись щитами, ощерились копьями и, сохраняя строй, медленно попятились к стене.

Монстр их проигнорировал. Скользнув равнодушным взглядом по закрывшимся щитами фигурам, задрал лобастую башку и, в ответ беснующейся на стенах толпе, исторг из вытянутой зубастой пасти оглушительный рык. И тут же с безумной яростью бросился на стену, в надежде добраться до ненавистных крикунов.

Зверюга атаковал стену справа от ложи Себарга, и маг с гостями прекрасно видел его отчаянную попытку. Для тех же зрителей, ложи которых оказались в мертвой зоне видимости, происходящее внизу в подробностях транслировалось на больших экранах под потолком.

Монстр с пола подскочил на впечатляющую высоту. Огромные как кривые мечи когтищи передних лапах Зверюги, как в податливое дерево, врубились в крепчайший гранит буквально в полуметре от рядов колючей проволоки. Когти задних, буксуя, крошили камень, уродуя гладкую стену глубокими выбоинами и царапинами. Зверюге чуть-чуть не хватило, чтоб вскарабкаться по стене до конца. Задние лапы практически нащупали опору, когда передние заскользили из-за попавшей под когти смазки. Разочарованно завывая, зверь рухнул вниз.

Первая неудача лишь раззадорила монстра. Встряхнувшись после падения, он сделал несколько скачков вдоль стены и вновь попытался вскарабкаться. На сей раз недопрыгнул до колючки больше метра. Снова секунды отчаянной пробуксовки и скат на песок. И лишь новые царапины на граните напоминают о бесславной попытке.

Третьим прыжком распаленный неудачами монстр дотянулся до колючки. Тут же в ней намертво запутался передними лапами, и словил разряд тока. Мохнатое тело тряхануло и выгнуло дугой. Зверюга задергался и завизжал от боли. Над полосатой шкурой заклубился белесый дымок. Меж стиснутых зубов ощерившейся пасти выступила кровавая пена. На экране морду взяли крупным планом, приблизили, и зрителям стало видно, как пена быстро копится на дрожащей нижней губе и бурыми хлопьями срывается вниз. Визг пойманного зверя перешел в булькающее рычание. В тот момент зрителям стало ясно, еще чуть-чуть и с такой помпой поданный Зверюга изжарится окончательно. Посыпались недовольные возгласы из лож. С нижнего балкона раздался разочарованный свист.