Дмитрий Гришанин – И один в поле берс (страница 42)
Пара чистильщиков нагнала основной отряд лишь примерно через час непрерывной беготни по лесу. Это случилось на огромной поляне, где ближники князя, во главе с вооруженным белоснежным копьем предводителем, вступили в жаркую схватку с «динозавром», шестеркой «королей», и еще доброй сотней тварей более низких стадий развития.
— Ну вот, сын, и первое стойбище погонщиков, кажись, отыскали, — просветил наследника Артем Любомудрович, замедлив шаг на краю поляны, и, придержав за плечо рвущегося в драку Бориса, стал строго наставлять: — Значит так: с серьезными тварями чтоб не зарубался. Даже «короли» пока что тебе точно не по зубам…
— Но батюшка… — отцовские пальцы клещами стиснули плечо сына, заставляя его замолкнуть, едва начав возражать.
— … Ежели так выйдет, что доведется все же схлестнуться с «королем» — только защищайся, и при малейшей возможности уходи за спины опытных воинов. Они знают, как сражаться с подобными монстрами, ты ж к этому еще точно не готов. На поле боя достаточно других тварей, одолеть которых тебе по силам, вот ими и займись… Все понял?
— Да, отец. Все исполню, как велено.
— Добро! Удачи тебе, Борис!..
Как тигр, длинным прыжком выскочив из зарослей кустарника, Артем Любомудрович в полете призвал в правую руку свой здоровенный бердыш и, на приземлении, врубил широченное лезвие в хребет гончей мрака стадии вожак. Никак не ожидавшая такой подлянки со спины, практически перерубленная напополам тварь, зашипев подколодной гадюкой, повалилась на истоптанную землю. И выдернутый тут же из ее спины окровавленный бердыш обрушился уже на оскалившуюся морду острозуба — глупая тварь стадии бывалый, вместо того, чтобы со всех ног улепетывать прочь от смачного чавкнувшего удара, оборвавшего жизнь «вожака», проявила фатальное любопытство, за что, разумеется, тут же и поплатилась, разрубленной напополам аж до самой груди бестолковкой…
Нырнувший следом за отцом в круговерть жаркой схватки, Борис легко увернулся от таранного броска щиторога стадии вожак и тут же почти по рукоять вогнал меч в загривок проносящейся мимо твари. Парировав же через секунду окровавленным мечом когтистую лапу налетающего сбоку грызля, параллельно кастом второй стойки
Несмотря на многократный численный перевес противника, заметно превосходящий его умением отряд княжьих ближников доминировал на всем протяжении скоротечного боя. Лишь первые пару минут сечи, когда у выходцев с Изнанки был жив предводитель — огромный, как дровяной сарай, ыыбж стадии динозавр, у разношерстной зубасто-клыкастой толпы защитников поляны наблюдалось некоторое подобие организованного сопротивления отряду людей. Но как только пробившийся к могучей твари князь смог отыскать брешь в броне монстра, и неотразимым ударом туда белоснежного копья умертвил главного стража поляны, «короли» тут же посыпались за своим лидером, как песочные башни на ураганном ветру…
Апофеозом сражения стала внезапная череда взрывов, прокатившаяся по остаткам изнаночного воинства, когда все выжившие в устроенной людьми мясорубке твари изнанки сбились в центре поляны, сформировав последний очаг сопротивления вокруг единственного уцелевшего «короля». Большинство тварей взрывами разметало на куски. Уцелевшее же меньшинство, включая «короля», словило нехилую контузию и утратило временно способность к активному сопротивлению. Однако и наседавшие со всех сторон на тварей люди, из-за серии взрывов, вынуждены были отшатнуться назад. В итоге, добивать контуженных монстров беспрепятственно довелось совсем молодому шустрому парнишке, сброшенному на место взрыва спикировавшим из поднебесья летучим грома-быком.
Лихо орудуя полыхнувшим изумрудным сиянием топором, парень за считанные секунды упокоил всех недобитков и, заскочив на гранитный валун в центре поляны, разрушил пелену скверны на алтаре…
Что лихой парнишка этот его брат, Борис сообразил лишь, услыхав брошенное князем отцу:
— Однако, вам Савельевым палец в рот не клади… Даже не поздоровался, засранец.
— Обязательно это ему припомню, князь-батюшка, — склонил в ответ седую голову Артем Любомудрович. — Дай срок, все, как есть, спрошу с оглоеда.
— Забавно будет на это посмотреть, — хмыкнул отчего-то развеселившийся князь.
Устроивший же финальный переполох Дениска тем временем был ловко заарканен длиннющим языком грома-быка и, переброшенный тут же на широкую спину питомца, понесся на своем стремительно набирающем высоту крылатом чудовище куда-то прочь с заваленной трупами тварей поляны.
Глава 35
Глава 35
— Бро, прикинь, там снова, походу, стая разномастных ублюдков, вместо стража нормального нас дожидается, — проворчал я, сверившись с картой, где, вопреки устоявшейся традиции с крупной красной точкой в сторонке от алтаря — логовом стража — увидел скопленье мелких алых бисерин непосредственно вокруг алтаря, на окружающей его площадке.
— Муууу… — равнодушно откликнулся рогатый летун, которому с километровой высоты в сгустившейся тьме абсолютно не было видно: че там творится внизу.
— Да понятно, что пофиг. И так нам даже проще… Я к тому, что звездец, походу, полный погонщикам настал. Уже на пятом алтаре какая-то шушера несерьезная, вместо стражей достойных, ошивается.
— Муууу!..
— Именно!.. Раз уж настолько все плохо, что не осталось даже нормальных защитников алтарей, значит, карта их стопудово бита, и мы с тобой, бро, уже буквально в шаге от победного завершения квеста.
— Муууу?..
— Ты как всегда прав, мой красноречивый друг, не всего квеста, разумеется, а лишь первого агона. Хотя, вот хоть убей не пойму, какое продолжение за этим может последовать…
— Муууу?..
— Че за дурацкие вопросы?.. Разумеется, снижайся и взбодри тварюшек внизу душевным фейерверком из-под хвоста. Ну а я потом, как водится, спрыгну и добью самых живучих, чтоб бедняжки не мучились.
— Муууу!..
— Сам ты живодер. А я, наоборот…
Не дослушав, Зараза камнем рухнул вниз, столь радикальным способом стремительно опускаясь до полсотни метров прицельного бомбометания.
Пришлось, прикусив язык, вцепиться руками в цепь-поводья и задвинуть поглубже ноги в стремена, слившись таким давно до автоматизма отработанным маневром с падающим питомцем в единое целое. И за несколько секунд жуткого свободного падения в бездну безлунной ночи, перед моими глазами калейдоскопом пронеслись кадры воспоминаний об угарной гонке последних десяти дней…
Да, в этот раз нам пришлось отложить традиционный еженедельный визит в родовой дом. Пожертвовать уикэндом вынудило появление «конкурирующий фирмы», тудыть ее в качель. Потому как планомерно выводимые нашим с питом тандемом из-под скверны Изнанки алтари в один расчудесный момент достигли окрестностей стольного града, где вдруг выяснилось, что от осаждающих городскую стену орд выходцев с Изнанки осталось уже только воспоминание. Князь же с отборными воинами, покинув выстоявший осаду город, уже вовсю развлекался в окрестных лесах, изничтожая остатки вражеского воинства, и сокрушая походя попадающихся под горячую руку стражей местных алтарей.
Дабы не лишиться законной добычи, пару раз нам с Заразой пришлось даже нагло вмешаться в ход княжеского сражения и буквально вырвать из рук победителя Белана законный трофей — распечатать оскверненный алтарь прямо перед княжеским носом, предварительно шуганув его самого и княжьих ближников ковровой бомбардировкой по горстке уцелевших монстров.
Ну и дальше, чувствуя за спиной победоносный марш княжеской дружины, окончательно зачищающей от изнаночных недобитков просторы вокруг избавленных от печати скверны алтарей, мы с Заразой спешили разобраться за день с как можно большим количеством стражей, и урвать, соответственно, до появления князя с ближниками, свою законную награду за освобожденные алтари. О перерыве на суточный отдых, в условиях сложившегося цейтнота, не могло быть и речи. Потому семидневка как-то само собой переросла в десятидневку.
Но, к счастью, марафон безумной квестовой гонки подходил, похоже, к закономерному финалу. И отсутствие нормальных стражей у последних алтарей было ярчайшим тому подтверждением…
— Муууу!.. — неизменно-восторженным ревом Зараза сопроводил выданную из пукана серию «душистых» гостинцев тварям изнанки.
Ночной мрак внизу озарился каскадом багровых взрывов, принесших мгновенную легкую смерть большинству стабунившихся вокруг алтаря тварей. Бедолаги-живчики, роговая или хитиновая броня которых оказалась прочнее разрывной силы навозных бомб пита, заметались по округе горящими факелами. И мне потом пришлось потратить еще пару минут, после спуска на землю, на погоню за каждым, дабы упокоить закопченного подранка милосердным ударом топора.
— Эй, ты как? — окликнул я опустившегося следом за мной на курящиеся едким дымом воронки Заразу и, с удрученным видом, швыряющегося теперь в них копытами.
— Муууу… — проворчал грома-бык.
— Ну, бро, сам виноват, что всю жратву в угли превратил, — развел я руками.
Но Зараза шутки не оценил.
— Муууу!..
— Ой, хорош уже права качать на ночь-то глядя.