Дмитрий Григорьев – "Саримайз""Шторм и Гибель Народов" (страница 5)

И она ушла, растворившись в толпе так же быстро, как появилась.

Слим проводил её взглядом и задумался.

Шило. Странная. Опасная? Возможно. Но полезная — точно.

Вернувшись к Хряку, Слим подробно рассказал всё, что видел. Про щупальцев, про карманников, про сборщиков дани, про девушку Шило.

— Шило, значит, — Хряк почесал бороду. — Эта шельма везде суёт свой нос. Но она не врёт — она действительно знает рынок. Только осторожнее с ней. У неё свой интерес, и они не всегда совпадает с твоим.

— Понял, — кивнул Слим.

— А теперь — практика, — Хряк подвёл его к стене с новым рисунком. — Это план дома одного мелкого ростовщика. Он живёт на улице Тупиковой, в зелёном доме. Охраны нет — старый скупердяй экономит на всём, даже на замках. Но у него есть собака.

— Собака?

— Маленькая, но шумная. Если залаешь — соседи выскочат, а соседи у него — гильдийские. Услышат — придут. Твоя задача — обойти дом, найти, где можно залезть, и не разбудить пса. Воровать ничего не надо — просто разведка.

— А если собака проснётся?

— Тогда беги. Быстро. И не попадайся.

Улица Тупиковая оправдывала своё название — она упиралась в глухую стену старого склада, и дальше хода не было. Зелёный дом стоял в самом конце, окружённый чахлым палисадником и ржавым забором.

Слим подошёл к забору, прислушался.

Тишина.

Он перелез, бесшумно приземлился на пожухлую траву и двинулся к дому. Окна были тёмными — ростовщик спал. Слим обошёл здание, заглядывая в каждую щель. Чёрный ход, отдушина в подвал, дверь в сарай — всё заперто.

И вдруг — шорох.

Он замер. Из-под крыльца высунулась морда. Маленькая, лохматая, с блестящими глазами.

Собака.

Она не лаяла. Просто смотрела на него, виляя хвостом.

Слим медленно, очень медленно присел на корточки. Протянул руку. Собака понюхала пальцы, лизнула их и ткнулась носом в ладонь.

— Ты, я смотрю, не охранник, — прошептал Слим, гладя пса по голове. — Так, бездельница.

Собака довольно засопела и уткнулась мордой ему в колени.

Слим воспользовался моментом — быстро осмотрел крыльцо, нашёл отодвинутую доску, под которой виднелась щель. Достаточно широкую, чтобы пролезть худому парню.

— Завтра принесу тебе кость, — пообещал он собаке, — если не разболтаешь.

Пёс тявкнул — тихо, скорее для вида — и скрылся под крыльцом.

Слим выбрался обратно за забор и, не оглядываясь, пошёл к Костяной улице.

— Ну как? — спросил Хряк, когда Слим вернулся.

— Есть лаз под крыльцом. Собака — не проблема. Я её погладил, она меня не тронула.

Хряк усмехнулся.

— Ты, парень, либо везучий, либо умеешь с животными договариваться. Это тоже талант. — Он протянул Слиму кусок хлеба с салом. — Ешь. Завтра пойдём дальше.

— Куда?

— На шахты, — Хряк помрачнел. — Пора тебе узнать, откуда на Шторме настоящие деньги.

Слим жевал, чувствуя, как внутри поднимается холодное, тягучее предчувствие.

Шахты.

Там, где работал и медленно умирал его отец.

Там, где цинтитовые камни светились в темноте смертельным светом.

Там, где начиналась настоящая сила острова — та, за которую убивали.

Дома его ждал сюрприз.

Лин сидела за столом, на котором лежала стопка старых бумаг — писем, квитанций, каких-то клочков.

— Что это? — спросил Слим, закрывая дверь.

— Я нашла их в подполе, — ответила Лин. — Мать прятала там. Думаю, это то, что осталось от отцовских контрактов.

Слим подошёл, взял один лист. Буквы прыгали перед глазами — он не очень хорошо читал, но кое-что разобрал.

«Контракт № 7843... сроком на десять лет... ответственность за здоровье работника не несёт... в случае смерти обязательства переходят к наследникам...»

— Они влезли в долги, — тихо сказала Лин. — Если отец не отработал свой срок, долг переходит на нас. На тебя.

Слим сжал бумагу в кулаке.

— Сколько?

— Не знаю. Но если кто-то узнает, что мы здесь... они придут. Заставят работать.

Слим посмотрел на спящую Миру, потом на Лину, потом на бумаги.

— Никто не узнает, — сказал он. — Я всё устрою.

Он спрятал бумаги обратно в подпол, задвинул доску и сел на топчан.

В голове шумело.

Шахты. Долги. Контракты.

И где-то там, в южном районе, в особняках с высокими заборами, сидят те, кто пьёт кровь таких, как его отец.

— Я доберусь до них, — прошептал он в темноту. — Клянусь.

Лин ничего не ответила. Она просто легла рядом с Мирой и закрыла глаза.

Остров Шторм спал.

Но его тени бодрствовали.

Глава 5.

Первое дело

Хряк не спешил отправлять Слима на шахты.

— Рано тебе ещё, — буркнул он на следующее утро, когда Слим явился в подвал. — Шахты — это не рынок. Там воздух другой. Там люди другие. Там цинтит светится в темноте, и если надышишься — через пять лет сгниешь заживо. Ты готов к такому?

— Я готов ко всему, — ответил Слим.

— Врёшь, — отрезал Хряк. — Никто не готов ко всему. Но ладно. Сегодня у тебя будет настоящее дело.

Он достал из-под стола свёрток и развернул его. Внутри лежала тёмная куртка с капюшоном, мягкие кожаные перчатки и верёвка с крюком на конце.

— Это тебе. Куртка не шуршит, перчатки не скользят, крюк выдерживает твой вес. Одевай.