Дмитрий Гаун – Доля ангелов (страница 2)
– Очень складно всё рассказываешь, Люцифер, но я всё равно во всём этом сильно сомневаюсь.
– Понимаю, на твоём месте сам вёл бы себя также. Послушай, Адольф, а если сейчас, у меня вместо кулаков появятся настоящие копыта? И для большего эффекта, ещё вырастут рога на голове, ты поверишь?
Гитлер, улыбнувшись сказал:
– Давай попробуем.
Люцифер снял шляпу, положил её на край стола, и слегка вытянул вперёд руки. В ту же секунду, перед глазами Адольфа оказались два копыта, торчащих из рукавов пиджака Люцифера, а из его головы торчали два рога. Адольф не верил своим глазам, и подумав, что, возможно, это какой-нибудь фокус, спросил:
– Можно потрогать?
Качнув рогами, голова ангела согласно кивнула. Гитлер, ощупывая копыта, убеждался – что они не накладные, а как будто растут из человеческих запястий. В этот момент, где-то недалеко раздался женский крик. Через секунду, в руках Адольфа сразу же оказались ладони Люцифера, и с головы, рога тоже исчезли. Гитлер повернул голову в сторону услышанного крика. В нескольких шагах от их столика, на тротуаре, стояла эмоционально взволнованная дама – показывающая пальцем на Люцифера, и что-то нервно говорящая своему кавалеру. Её спутник, глядя на спокойно сидящего рядом с Гитлером приличного мужчину в костюме, не понимал, что с ней такое и через минуту просто увёл свою даму.
Некоторое время молчавший Адольф спросил:
– И что дальше?
– Дальше, для начала закроем «тему с фрау Мартой». Ты ей очень симпатичен, но замуж она хочет за человека чуть более состоятельного. И такой уже нашелся. Чтобы снять идею нереализованности стремления к ней, предлагаю тебе с ней переночевать. Она живёт над булочной, одна. Сегодня вечером «открыто окно возможности», когда можно легко реализовать ваш взаимный плотский интерес друг к другу. Не спрашивай сейчас подробности про это «окно», расскажу завтра, а прямо сейчас иди к ней, пока ещё сохраняется стопроцентная вероятность успеха.
Удивлённый Гитлер быстро заговорил:
– Какое «окно»? Неудобно так сразу, да и поздно уже, она, наверное, легла спать.
– Да, уже легла, но ещё не спит. Адольф, сейчас, сразу после моих следующих слов, официант, выходящий из двери в помещение бара, споткнётся. Не упадёт, но прольёт пиво из трёх кружек, которые держит в одной руке.
Они оба повернули головы и стали смотреть на вход в заведение. Выходящий с кружками паренёк – вдруг споткнулся о порог, но успел ухватиться свободной рукой за отрытую дверь, и устоял на ногах, пролив часть пива из кружек.
Люцифер сразу продолжил:
– Тебе надо решить – веришь ты мне или нет, если да, то вперёд, она живёт на втором этаже над пекарней, коричневая дверь слева. Если пойдёшь, завтра я тебя найду, и мы продолжим общение, если нет, то я ухожу прямо сейчас.
Гитлер встал, одел свою шляпу, прощаясь кивнул головой, сказал:
– До завтра, – и пошел. Но сделав пару шагов, развернулся и громко спросил: – И что мне сказать?
Люцифер, отхлебнув пива и слизнув пену с верхней губы, с благодушной улыбкой ответил:
– Запомни на всю жизнь, Адольф, если хочешь с лёгкостью манипулировать людьми, говори им то – что они хотят слышать, и при этом, всем своим состоянием, действительно ощущай – как им нравится тебя слушать.
Глава 2
Иосиф
За пару часов – до событий первой главы.
Они долго сидели на краю крыши и молчали.
Заходящее на западе Солнце, окрашивало в оранжево красные оттенки – полупрозрачное одинокое облачко, которое медленно растворялось в чистом небе.
– Посмотри, Гавриил, это облачко – как душа, возникает как бы из ничего, посуществовало некоторое время, посредством формы, и, возвращаясь к изначальному состоянию – растворяется до ничего…
– Ох, Люцифер, обычно, когда ты начинаешь так метафорично философствовать, то значит снова хочешь кому-то помочь освободиться от страданий. Но позволь напомню: те – кому ты открываешь истину, часто не останавливаются на достигнутом освобождении и, продолжая развивать свои стремления – становятся могущественными властителями – что вносит излишне большие коррективы в эту реальность и часто провоцирует войны.
– Зато насколько интересней развиваются события, и сколько происходит в мире – крушений иллюзий, переоценок ценностей и – переживаний искренних страстей… Люди, привыкая к обычной жизни и начиная развивать в себе унылость и недовольства, перестают восхищаться бесценным даром – который они называют жизнью. И когда в текущем эфире бытия, лёгкости и любви становится меньше, чем напряжений и страхов, мне становится скучно. И я раскрываю кому-нибудь отчаявшемуся – природу его сознания, он постепенно реализовывает развитие своих стремлений, что создаёт крупный или глобальный дисбаланс, ведущий к расширению влияния – посредством войн. Тогда люди начинают больше ценить то – что у них было, но чем они забывали наслаждаться, отвлекаясь на то – чего у них нет. Да ты и сам знаешь, Гавриил, даже если я не буду способствовать развитию дисбаланса – провоцирующего войны, «преобладающий в эфире» негатив – реализует эпидемии или природные катаклизмы. Люди – сами развивают свою реальность, в направлении преимущественных мыслей и состояний.
В разговоре возникла пауза, которую Люцифер прервал вопросом:
– Ты же помнишь того революционера из России, с которым я когда-то в Женеве поболтал за чашкой чая?
– Да, помню, с бородкой, Владимир его зовут. Он тогда в депрессию впал, и на некоторое время – перестал верить в успех своих начинаний.
– Так вот, этот Володя, сейчас в своей стране развязал жуткую гражданскую войну – которая разрушила целую империю. А помнишь Иосифа, юношу – семинариста духовного училища, с которым я побеседовал на Кавказе, лет – двадцать пять назад? После этого он доучился последний год в семинарии – перестав посещать молебны и богословские предметы и, получив образование – примкнул к революционерам. Все эти годы он жил интересной, полной приключений и опасностей жизнью. Сейчас он соратник того Владимира, с которым я попил чай в Швейцарии. Скоро Иосиф почувствует вкус к игре под названием – «власть» и постепенно, этот выпускник духовного училища – возглавит огромную страну.
– Да, события действительно развиваются очень интересно, – восхищённым тоном произнёс Гавриил, – а о чём ты тогда говорил с Иосифом?…
1894 год. Российская империя. Г. Тифлис (
Они уже больше часа сидели и разговаривали, молодой семинарист и модно одетый мужчина.
– Да нет, Иосиф, крылья ангелов – это лишь представление людей, как символ – условно позволяющий их сознанию верить в реализацию нашей возможности быстро перемещаться в пространстве. Привычка человека «опираться на подтверждающий символизм» – сильно ограничивает собственные возможности. Отсутствие в сознании «программ реализации – посредством позволяющих символов» – развивает свободу реализации.
– Ты же не хочешь этим сказать, что любому доступно стать богом?
– Мы все и есть боги, просто… – Люцифер замолчал, взгляд его расфокусировался, как будто всё внимание направилось куда-то глубоко внутрь себя, и через минуту, отхлебнув вина из стакана, он снова заговорил: – Да, все, кто есть – это и есть один бог, только через нас способный творить и воспринимать. Наши восприятия – возникают в одном сознании, а реальное существование тех – кем мы сейчас являемся, нам только – кажется. Все мы – временно существующие – это один вечно отсутствующий абсолют, через представление наших жизней – «воображающий» присутствие себя и бытия…
Юноша очень внимательно слушал своего собеседника, а тот продолжал:
– Чтобы в этом убедиться – надо пробудиться, условно – это как во время сновидения осознать воспринимаемое – нереальностью. Для этого достаточно – ясно прочувствовать где-то внутри, в самом начале своей основы – вечное небытие.
– Внутри? Небытие? – искренне пытался понять юноша.
– Да – небытие, как бесконечность – в которой нет ничего и ничего не происходит. Когда это чувствуешь – то находишься как будто посередине между вечностью и временем. И из такой позиции – всё происходящее видится иначе. Все, кто воспринимают что-либо – сами творцы своей и общей реальности, но не знают об этом и поэтому придерживаются ограничивающих их возможности – правил и условностей.
– Как ты можешь так говорить, ты же разгневаешь бога!
– Послушай себя, Иосиф, кого разгневаю? Ты хоть раз его видел?
– Разве можно увидеть безграничный дух. Но он всё равно является – создателем всего, и всех законов, по которым всё происходит!
– Да, безграничный дух нельзя увидеть, но его можно осознать – как "истинного себя" – переведя всё своё внимание в самую основу своего восприятия, туда, где оно возникает. Этот безграничный дух или, как мы говорим – бог, действительно является основой всех душ, с той лишь разницей, что у «первоначального ничто» – нет возможности что-либо воспринимать – в абсолютном состоянии.
После этих слов, семинарист от возмущения резко встал и громко сказал:
– Да что ты несёшь! Похоже ты и правда – антихрист!
– Прошу, Иосиф, успокойся. Дай возможность объяснить. –
Юноша неохотно сел, и Люцифер заговорил: – Ну сам посуди: да, все возникают от бесконечного духа, и все наделены свободой воли. Так? Иосиф согласно кивнул, и собеседник продолжил: