Дмитрий Гарин – Время орка (СИ) (страница 28)
На бугристом склоне собирались простые зрители всех возрастов. Среди них бродили торговцы, предлагая угощения. Более знатные гости занимали свои места на ступенчатой деревянной трибуне с навесом, которую старательные королевские плотники выстроили напротив. Между трибуной и холмом располагались присыпанные песком площадки для состязаний.
Вокруг, как первые весенние цветы, вырастали разноцветные шатры лавочников, ремесленников, гостей и участников турнира. Одни походили на скромные, штопаные лачуги, в то время как другие блистали великолепием вышивки и заморских тканей.
День выдался ясный, но облака на горизонте и льнувшие к земле птицы обещали вечерний дождь. Восточный ветер приносил с собой едва уловимый аромат хвои, доносившийся из соседнего бора.
Ежегодно большинство земель присылали сюда своих бойцов, но в этот раз участвовали лишь пятнадцать из двадцати четырёх уделов. Правда, из Заболотных земель, где шла борьба между братьями Бейлор, каждый из которых претендовал на графское кресло умирающего отца, прибыло сразу четыре рыцаря. Однако для проведения турнира двух десятков участников было недостаточно. Положение спасли вольные рыцари, привлечённые в столицу большим денежным призом и славой, которая непременно достанется победителю. Кто-то из них платил турнирный взнос самостоятельно, другие пользовались поддержкой состоятельных покровителей, желавших таким образом поднять свой общественный статус.
Воздух над ристалищем пронзили трубные звуки, возвещавшие о начале турнира, им радостно вторила толпа зрителей.
Перед королевской трибуной, занимаемой знатью, началось неспешное шествие участников, облачённых в турнирную броню. Они гордо следовали друг за другом.
Возглавлял шествие крепкий и рослый юноша с благородным бледным лицом и короткими светлыми волосами. В его бесстрастных глазах светились яркие жёлтые кольца, выдававшие в нём коренного жителя Запада. Тёмные доспехи воронёной стали слабо поблёскивали в дневном свете, а красный плащ украшало изображение одинокой чёрной башни. Это был Малькольм Редклиф, наследник герцогского титула.
Формально вторым человеком после короля Конрада II считался его сын, принц Мориан, на деле же им был герцог, военный лидер, которому подчинялась большая часть армии. Уже много поколений этот высокий титул принадлежал Редклифам, хранителям Предела и всего королевства. За всё время службы они ни разу не дали повода усомниться в своей лояльности престолу.
За Малькольмом следовал рыцарь в роскошных доспехах. На сверкающем полированном нагруднике красовалось изображение золотых весов. Он был в закрытом кавалерийском шлеме, и никто не мог узнать его лица, но, как только глашатай объявил, что это сир Мэтью Дюваль, в толпе зрителей проснулся оглушительный рокот, разбавленный восторженным женским визгом. Под ноги его пегой кобылы тут же полетели цветы. Вне всяких сомнений, он был любимцем публики. Стража с трудом сдерживала желающих прикоснуться к победителю прошлогоднего турнира.
Следом показался широкоплечий здоровяк верхом на боевом толстоногом жеребце знаменитой варганской породы. Единственный баронет, принимавший участие в турнире этого года, Филипп Дрогнар. Он был сыном почтенного генерала Дрогнара, хозяина обширных владений к северу от Адаманта. Несмотря на свой юный возраст, рыцарь мог похвастать крепким телосложением и поистине бычьей шеей, делавшей его похожим на живой осадный таран. На его широком красном лице расплылась грубая щербатая улыбка. Он простодушно махал рукой собравшимся, но, вспомнив об этикете, повернулся к королевской трибуне, отвесив неуклюжий поклон. По толпе тут же прокатилась волна смешков.
Имен было много. Больше, чем можно было запомнить за один раз. Наконец глашатай произнёс имя Юстаса Олдри, виконта восточных земель.
Вязкий дух лошадиного навоза причудливым образом смешивался с ароматом цветов и манящим запахом всевозможных угощений, долетавшим со стороны толпы. Через узкую щель забрала Ош смотрел на неё с нараставшей тревогой. Он не мог избавиться от мысли, что сейчас человеческое море выйдет из-под контроля и, сметая все преграды, разорвёт его на части. Орк чувствовал себя чужим. Не лисицей, пробравшейся в курятник, но ягнёнком, угодившим в волчье логово. Если люди узнают, что скрывает шлем, то он пропал.
На ступенчатых трибунах, завешенных яркими тканями с изображениями гербов, восседал цвет королевства. От ристалища их отделяло двойное кольцо хорошо вооружённых стражников. Как и орки, в удержании власти люди полагались на силу стали и страх. Над богато одетой знатью возвышалась ложа короля.
Ош испытал лёгкое разочарование при виде монарха. Он ожидал увидеть грозного воителя, но Конрад II Серокрыл оказался совсем не таким. Небрежно опираясь локтём на обитый подлокотник роскошного кресла, бородатый и уже немолодой мужчина провожал всадников блестящими серебристыми глазами. На нём была шитая золотом туника с накидкой, капюшон которой украшали серые перья королевского филина. Венчавшая седеющую голову корона также повторяла покров этого крылатого хищника.
Локвуд говорил, что в Серокрылах течет кровь Древних. Ошу в это верилось с трудом.
Сиденье рядом с королём пустовало. Очевидно, оно было приготовлено для принца. Чуть поодаль устроились две придворные дамы. В одной из них Ош узнал графиню, с которой они повстречались на въезде в город. Другая, облачённая в роскошное кроваво-красное платье, была ему незнакома.
За Ошем проследовали ещё несколько представителей виконтов, затем — вольные рыцари. Они выглядели не так нарядно, как посланники земель, но Ош понимал, что их тоже стоит опасаться. За плечами у них был гораздо больший боевой опыт, чем у многих знатных всадников. Орк видел это в их холодных, жёстких глазах.
Когда Ош сыграл свою роль в торжественном шествии претендентов, Зора помогла ему спешиться. Он всё ещё не привык к седлу и не хотел проводить в нём много времени. К тому же это была их единственная боевая лошадь. Под весом закованного в сталь наездника она могла устать раньше времени.
— Сир Олдри, я удивлён, что вижу вас здесь!
Ош не сразу понял, что приветствие обращено в его адрес, но Зора слегка подтолкнула его локтем, отступив в сторону. Её пальцы непроизвольно легли на рукоятку ножа.
Рядом с ними стоял тучный человек с пышными усами и большими мозолистыми ладонями. На нём красовался богато украшенный кафтан зелёного сукна с элегантной опушкой. Незнакомец чем-то напомнил Ошу огромного бобра.
Придерживая эфес меча, орк приветственно поклонился, стараясь сделать это точно так, как показывал ему Локвуд.
Толстяк беззлобно рассмеялся, сложив пальцы на животе.
— Все эти придворные штучки никогда не были вам к лицу, не так ли?
— Боюсь, что его светлость не сможет вам ответить, любезный лорд Пуль, — вмешался в разговор подоспевший Локвуд. — Отправляясь сюда, лорд Олдри принёс обет Гловера.
Толстяк смерил Оша слегка обескураженным взглядом.
— Неужели кто-то ещё делает это? — озадаченно спросил он, уже не ожидая, к счастью, ответа от Оша.
— Моему господину нужно передохнуть и подготовиться к турниру, — с этими словами Локвуд доверительно наклонился к собеседнику, — скоро его величество объявит соперников на сегодня.
— Конечно, конечно, — весело воскликнул лорд Пуль своим глубоким, как будто булькающим голосом, — не смею вас задерживать, друг мой. Но вы-то, мастер Локвуд, порадуете меня учёной беседой? Или нынче на ристалище и ключники сражаются?
— Охотно, ваша светлость.
Учтиво поклонившись, Локвуд увлек за собой нарядного толстяка. Ош успел услышать обрывок их разговора, пока они не смешались с толпой. Эти слова заставили его нервно вздрогнуть.
— Как вам нравится этот маскарад? — доверительно поинтересовался Пуль.
— Маскарад, ваша светлость? — переспросил ключник моментально севшим голосом.
— Дювали, — полушёпотом произнёс толстяк. — Бьюсь об заклад, под этим шлемом — голова другого брата. Представляете? Мэтью Дюваль гораздо ниже ростом…
— Да что вы говорите…
— Мои глаза не так-то просто обмануть, — хвастливо добавил лорд Пуль.
«Знал бы ты, кто скрывается под этим шлемом», — подумал Ош.
Орк понимал, что честному и благородному Локвуду труднее всего давался их дерзкий обман. Однако ключник подчинился, потому что того хотел его молодой господин.
— Это виконт Альбус Пуль, хозяин Мельничного удела, — напряжённо пояснил подошедший Адам, и по интонации Ош понял, что юному виконту не нравится этот человек. — Давний знакомый отца, так что старайся избегать его.
Ош кивнул и только тогда заметил в руках юноши большой вытянутый свёрток, обёрнутый грубой холщёвой тканью и прихваченный верёвкой.
— Турнирные пики, — пояснил Адам, — Я купил их у местного ремесленника. Три штуки на сегодняшний день.
Мысленно Ош выругал себя за то, что сам не подумал о них заранее.
— Отец хотел сам сделать их для себя, но…
«Но я — не он», — хмуро подумал орк, однако вслух ничего не произнёс.
— Как ты думаешь, у тебя получится?
Адам озвучил мысль, преследовавшую Оша последние два дня. В конце концов, кем он был? Просто безликий орк из леса. Да, сейчас его покрывали латы, а на поясе висел меч, но в груди его всё равно билось сердце дикаря. Рыцари, которых он видел, были настоящими воинами. Велики ли его шансы в бою против них? Мог ли он рассчитывать на победу?